Зона эрогенных действий (СИ)

— Отступаем к воде! — Спустя какое — то время скомандовала запыхавшаяся Бру. До главной, видимо, раньше всех дошло, что отбиваться бессмысленно. Надо драпать!
Уцелевшие валькирии стали прорываться к берегу и уходить в сторону грота на мель. По крайней мере расчёт был на то, что на узкой береговой линии, что начиналась перед пещерой, мы сможем продержаться подольше.
Монстры за нами гнались без особого энтузиазма, через десяток трупов отстали. На берегу мы оглядели друг друга, и ахнули. Уцелело чернадцать валькирий и Омега. Изенгильда бежала за нами, закрывая тылы, но до берега так и не добралась, где — то сошла с дистанции. Причём, даже волчица не уследила. Дэсада тоже не увидела, похоже, оставили его там.
Я перевела дух и помчала к озеру без всяких обаяснений. Кажется, именно туда уводили пленниц. Отряд двинулся за мной, но отстал, силы были на исходе. Только волчица дышала в затылок и рычала на своём матерном, чтобы я одумалась лезть.
Гигантского монстра, походящего на осьминога, заметила ещё издалека. Башка вместе с показавшейся частью тела возвышалась над берегом метров на пятнадцать! С такой громадной я ещё не билась! И с полным задом энтузиазма, помчала ещё быстрее.
Монстр только по общим впечатлениям смахивал на осьминога, щупалец из— под башки лезло нескончаемое множество.
Гигант вылез из озера у кораллового моста, отделяющего водоём от моря и принимал от своих приспешников пойманную добычу. Женщины отчаянно сопротивлялись, визжали, брыкались и кусались, но всё было без толку.
Вереница кото — обезьян к тому времени, как я приблизилась, уже заканчивалась.
Пленители подтаскивали девушек к берегу и с поклоном расходились, собираясь в отдельно стоящую толпу понаблюдать за действом. Урод протягивал мощную щупальцу примерно четверть метра в диаметре, она раскрывалась беззубой клоакой, из которой вытягивались щупальца поменьше, хватали жертву и погружали в воду, да так, что оставалась лишь голова. Осьминог — мутант явно не хотел топить своих жертв сразу, жаждал насладиться их страхом, криками и мучительным экстазом.
На всех щупалец у него хватало, будто он их мгновенно растил в нужном количестве.
На подходе заметила схваченную Изу, её как раз только опустили в воду. Воительница была без сознания, но в воде, не без помощи щупалец, похоже, стала в ужасе приходить в себя. Приметила и разукрашенные лица молодух, погруженные в воде и корчащиеся от болезненных проникновений… Последнего приволокли Дэсада. Он сопротивлялся, как лев, получил несколько раз по голове и затих. Осьминог потянулся было к нему, но отдёрнулся. А затем с гневным грубным ором, что чуть перепонки не лопнули, ухватил не успевшего убежать кото — обезьяна и легко разорвал его на две части, что тряпичную куклу.
Конечно, я тут же сгрустнула и поумерила пыл.
Мда… тварь очень не любила мужчин. Думаю лишь по этой причине тут было дозволено обитать русалкам.
Кото — обезьяны заметили нас раньше, чем сам осьминог. И пошли в бой. Увидев главного монстра, валькирии, что шли ща мной, запаниковали, но бежать не стали.
Битва была неравной даже без участия гиганта: двести монстров против полтора десятка.
— Не сопротивляйтесь! — Крикнула я своим и помчала в сторону кораллового моста, стараясь проскочить приспешников. В воде около осьминога насчитала примерно полсотни женских голов. Девушки закатывали, выпучивали или закрывали глаза, крича и стоная, иногда надрывно вопя и тяжело дыша, будто у них принимают роды. Трудно было представить, что делают мелкие щупальца с их телами в воде, судя по всему монстр мог менять толщину и форму своих конечностей…
Наконец, чёрный глаз размером с арбуз, с круглым жёлтым зрачком, посаженный глубоко в черепе, заприметил меня!
— Мира не глупи! — Крикнула Бру, пытаясь догнать меня. — Он слишком огромный, нам не…
Валькирия не успела договорить, толпа кото — обезьян настигла её и навалилась.
Но я больше не могла отвлекаться!
Эрективная магия запредельно фонила, и мир мой сузился до тоннеля, где с одной стороны была я, а с другой — мешковидная башка монстра.
 
При виде меня монстр радостно забулькал и потянул щупальцу. Пытающиеся обезвредить меня на подходе приспешники сразу же шарахнулись в стороны.
Я встала, как вкопанная и прицелилась. Через секунду метнула нож, что было сил. С такого расстояния попасть в мишень мне удавалось пятьдесят на пятьдесят. Острие угодило прямо в глаз!
От такого истошного рёва у меня самой чуть глаза не полопались. Монстр резко осел, что сразу окатило тёплой и вонючий водой из озера. Под воду погрузились и головы плененных! Щупальца едва не настигшая меня, отвалилась отрубленной и зазмеилась на берегу.
Не теряя ни мгновения, я поспешила в атаку. Пока он плескался, отрубила ещё одну щупальцу. Затем закинув в ножны за спину меч, разбежалась и прыгнула на него с выпущенными когтями, зубами и шерстью дыбом.
Недолёт вышел серьёзным. Я облажалась…
Плюхнулась в воду, как выброшенная за борт паршивая кошка. Вода оказалась очень горячей, на грани терпимости. Следом в воду, как дебилка, прыгнула и волчица. Ей повезло чуть больше, угодила прямо на щупальцу, что тут же её обвила и стала погружать в пучину.
Затем очередь дошла и до меня. Я бы поотбивалась, но руки были заняты тем, что удерживали меня на воде. Попыталась нырнуть, но только хуже сделала, это ведь его стихия.
Сразу четыре щупальца вцепились, ухватив за руки и ноги намертво.
Осьминог поднял меня из воды, как соломенную куклу и, решив, видимо, рассмотреть нетронутым глазом, перенёс на другую сторону. Мои попытки доплюнуть яд оказались тщетны. И жалки… От натяжения, трещали жилы, пребывая в скудном для себя положении, я ощущала острую боль в суставах. Казалось, что любой рывок зверя, и меня разделит на части. Как не напрягалась, всё равно сил у врага было в сотни раз больше. Решила наоборот расслабиться и получать удовольствие.
Вскоре убедилась, что оставшейся части отряда тоже не поздоровалось. Осьминогу поднесли и их на блюдечке.
Рассмотрев меня лучше монстр успокоился и вновь стала пульсировать эрективная жила.
К сожалению, не такая сильная. Похоже, часть девушек он всё же утопил. Судя по обидному рёву, сам оказался не рад.
Оставалось рассчитывать на новых жертв. Скорее всего, именно по этой причине в меня ещё не вставили. Ощущение, что мне уготованы самые страшные и долгие муки за подпорченный глаз, ой как бодрило! Вряд ли от ножа он вытек, но помучится твари долго придётся.
Сдаваться так легко я была не намерена. Но пока думала, что с этим уродом сделаю, тот оставив меня подвешенной за ноги и за руки звёздочкой, решил хорошенько позабавиться с остальными. Хотел, видимо, оставить десерт на последок. Всех уцелевших он поднял над водой, и стал показательно трахать во все отверстия.
Как ни больно было смотреть, у Брунгильды даже живот выпирал, когда щупальца входила с толчком вновь и вновь. От хора криков агонии, протяжных стонов и утробного рёва боли можно было сойти с ума. А ещё свихнуться от мысли, что я ничего не в силах сделать, когда на твоих глазах мучают дорогих тебе людей.
Я словно вернулась в прошлое, когда впервые столкнулась с этим мерзким чувством беспомощности и бессилия.
Хотелось мне, что бы прямо сейчас на озеро нагрянула какая — нибудь шальная ведьма, или любвеобильная синяя нимфа…
Было бы великолепно, если бы волчица вдруг вынырнула из воды со здоровенными яйцами в зубах, или Дэсад чтобы вдруг очнулся, встрепенулся и хоть как — то отвлёк урода!
Но всё вокруг сдалось, обесцветилось, сдулось до тряпочек и беспомощно выло.
 
Только шерстяные морды, вставшие на безопасном расстоянии, продолжали глазеть и восторгаться, как же легко входит и выходит. Как же быстро надуваются животы, как же туго и мощно всё идёт обратно.
К этому времени вся одежда с бедняг была сорвана, словно бумага. Осьминог трахал валькирий по — всякому, загибая, как безвольных кукол, будто разбирался где что, и какой предел тела у каждой.