Полиция на похоронах

Инспектор аккуратно сложил письмо и вернул его Кемпиону.
— Вряд ли я подружился бы с этим человеком, — заметил он и поспешно добавил, — хотя, наверное, он неплохой парень. Но когда такой человек попадает на скамью свидетелей, то он делает из вас дурака, а дело не продвигается ни на йоту. Он считает, что разбирается во всем на свете. Возможно, так оно и есть — в отношении книг и древних языков. Но он понятия не имеет о том, что заставило обвиняемого жениться на истице в 1927 году в Чизвике, уже женившись один раз в 1903 году на первой свидетельнице. Ровным счетом никакого понятия.
Кемпион кивнул.
— Думаю, что вы правы, — сказал он. — Тем не менее, Маркус — хороший адвокат. Ведь в Кембридже обычно рассматриваются очень тонкие дела. Мне хотелось бы, чтобы девушка наконец появилась, раз уж она приехала. Я дал Лаггу точные указания, чтобы он направил ее сюда, как только она появится на Боттл-стрит. Думаю, что такое путешествие в недра Лондона будет для нее одновременно и безопасным и поучительным. Девушка, которую Маркус смог уговорить выйти за него замуж, должно быть, особа выдающегося ума. Кроме того, ее обеспокоенность сама по себе довольно абсурдна. Ну, пропал ее противный дядюшка — и чего бы ей за него волноваться? Я намерен, усевшись в этом удобном месте в своей замечательной шапке, сказать ей несколько нелицеприятных слов о ее дядюшке Эндрю. Девушка, на которую все это наверняка произведет глубокое впечатление, вернется к Маркусу и подробно расскажет ему о том, что она здесь увидела и услышала. Так всегда бывает. Маркус сделает из всего этого вывод, что я быстро деградирую, вычеркнет мое имя из записной книжки и оставит меня в покое. А как обстоят ваши дела?
Инспектор пожал плечами.
— Не могу пожаловаться, — сказал он. — Но продвижение по службе, как известно, всегда приносит дополнительные хлопоты.
— Ш-ш-ш! Слышите шаги? — вдруг сказал Кемпион. — Это, должно быть, она!
Мужчины прислушались. В подворотне послышались чьи-то нерешительные шаги. Они приблизились ко двору, где находилась котельная, а затем удалились на некоторое расстояние.
— Судя по походке, это хромой мужчина в ботинках сорок третьего размера, который курит сигары с обрезанным кончиком и служит приказчиком у мелкого торговца, — пробормотал Кемпион, натягивая на голову свою твидовую шапку. — Так обычно стучат о мостовую ботинки, о которых говорят, что они «простые, но добротные», — продолжил он более серьезным тоном. — Надеюсь, что Маркус не выбрал себе в невесты английскую красотку с мужским размером ноги и громоподобным голосом.
Оатс выглянул в просвет полуоткрытой двери.
— А-а, — произнес он небрежно, — это тот тип.
Кемпион вопросительно приподнял брови.
— За мной сегодня от самого Ярда шел человек, — ответил инспектор. — По правде говоря, я совсем позабыл о нем из-за дождя. Я думаю, он околачивался где-то поблизости с того самого момента, как я сюда зашел. Должно быть, хочет пожаловаться на что-нибудь или предложить мне свое изобретение для выявления потенциальных преступников по внешнему виду. Вы даже представить себе не можете, Кемпион, сколько подобных предложений я получаю. Мне лучше пойти поговорить с ним.
Дождь на некоторое время прекратился, хотя небо по-прежнему было хмурым. Станислаус Оатс вышел во двор, дошел до самого конца подворотни, выглянул наружу и снова скрылся в тени двора. Худощавый и безукоризненно одетый Кемпион в потешной твидовой шапке, нахлобученной на самую макушку, наблюдал все это, стоя на пороге котельной.
Снова зазвучали шаги, и через мгновение перед ними возник невысокий человек с остатками былой респектабельности.
Вблизи его внешность производила менее однозначное впечатление, чем на расстоянии. Лицо было красным и одутловатым, из-за обветренной кожи и глубоких морщин почти невозможно было разглядеть его некогда правильные черты. Костюм, к которому этот человек явно относился очень небрежно, был покрыт жирными пятнами и потрепан, и это обстоятельство не смог скрыть даже дождь, промочивший костюм насквозь. Хотя он и старался держаться незаметно, в нем чувствовалась агрессивность, и он твердо смотрел на инспектора Оатса своими слегка покрасневшими глазами.
 
— Мистер Оатс, — начал он, — я хотел бы с вами поговорить. У меня есть сведения, которые могут избавить вас и ваших друзей от больших хлопот.
Инспектор ничего ему не ответил, ожидая продолжения. У незнакомца был очень низкий голос, который, как ни странно, звучал, как у человека, получившего образование. Заинтересовавшийся им Кемпион неосторожно выглянул из своего укрытия, и незнакомец, увидев его не совсем обычный наряд, резко умолк.
— Я не ожидал, что вы тут с компаньоном, — произнес он с обидой.
— Или со свидетелем? — сухо заметил инспектор.
Кемпион снял шапку и вышел во двор.
— Я могу уйти, если пожелаете, инспектор, — предложил он и замолчал.
Трое мужчин стояли, не произнося ни слова. И тут в конце аллеи раздался стук женских каблуков. Это была долгожданная посетительница Кемпиона.
Уже в следующее мгновение она вошла во двор, и оказалось, что она не имеет ничего общего с тем портретом, который нарисовало воображение Кемпиона. Это была высокая и стройная молодая женщина, одетая в нарядный костюм, подходящий как для города, так и для сельской местности. Она была очень молода, гораздо моложе, чем предполагал Кемпион. Как он потом говорил, ее можно было принять за младшую сестру какого-нибудь приятного человека. Ее нельзя было назвать хорошенькой из-за довольно большого рта и слишком глубоко посаженных карих глаз, но она была на свой лад весьма привлекательна. Кемпион обрадовался, что вовремя снял свою нелепую охотничью шапку, и его мнение о Маркусе заметно улучшилось. Он шагнул ей навстречу и протянул руку.
— Мисс Блаунт? — произнес он. — Меня зовут Кемпион. Мне, право, очень жаль, что я заставил вас проделать этот ужасный путь сюда.
Он был вынужден прерваться. Переведя взгляд с него на двоих других мужчин, девушка вдруг заметила приземистого незнакомца, который собирался сообщить инспектору что-то интересное. Лицо ее исказилось гримасой, как будто она узнала этого человека, и Кемпион с тревогой увидел, что ее шея и лицо внезапно побелели. В следующее мгновение она покачнулась, и он вынужден был схватить ее за руку, чтобы она удержалась на ногах. Инспектор бросился к ним.
— Ну-ка, Кемпион, — сказал он, — нагните ей голову. Через минуту все пройдет.
Он начал шарить по карманам в поисках фляжки, и тут девушка пришла в себя.
— Простите меня, — сказала она. — Все хорошо. Где он?
Инспектор и Кемпион обернулись, но во дворе уже никого не было. В конце подворотни звучали быстро удаляющиеся шаги. Оатс припустил за ним, но когда он выскочил на улицу, она уже была охвачена вечерним оживлением. Толпы людей заполнили тротуары, а таинственный незнакомец, вид которого так напугал невесту мистера Фезерстоуна, бесследно исчез.
  
2
 
Везение дяди Эндрю
 
Сидя в такси, которое мчалось по скользкой мостовой в сторону Пикадилли, где в доме 17 А по Боттл-стрит проживал Кемпион, мисс Джойс Блаунт с очаровательной юной улыбкой разглядывала сидевшего рядом молодого человека и расположившегося напротив инспектора и беззастенчиво лгала.
— Человек, стоявший с вами во дворе? — ответила она на осторожный вопрос инспектора. — О, нет, я никогда его раньше не видела.
Она смотрела на них, не отводя взгляда, но ее щеки слегка порозовели.
Кемпион был озадачен, и его приятное, но маловыразительное лицо стало задумчивым.
 
— По-моему, вы чуть не лишились чувств, когда его увидели, — настаивал он, — а очнувшись, если можно так выразиться, вы первым делом спросили, где он.
Щеки девушки еще сильнее порозовели, но она по-прежнему мило улыбалась с самым невинным видом.
— Нет-нет, — повторила она чистым, почти детским голоском, — вам, должно быть, показалось. Я едва взглянула на него.