Солнечное Настроение (ЛП)

— Тебя это раздражает?
Раньше это приводило мою маму в ярость. Она выходила из себя, когда я была позитивной в дождливые дни. Но как только наступала настоящая тьма, она умоляла меня помочь ей увидеть свет. Я научилась быть счастливой все время — на случай, если ей понадобится поднять настроение. Лучшая практика, которая у меня была, — это радоваться за других. На данный момент это было отчасти привычкой, отчасти даром, а отчасти проклятием.
  
— Нет, Боже, нет, — Селеста покачала головой, черты ее лица смягчились. — Мне повезло, что у меня есть такая подруга, как ты. Не думаю, что я смогла бы прожить так долго, если бы у меня ее не было.
— Не говори так, — прошептала я, вспомнив один из самых трудных периодов ее жизни.
— Это правда, — она пожала плечами, похоже, прошлое ее не слишком беспокоило. — Наоми, мне нравится, как ты смотришь на любую ситуацию и находишь, как пробиться сквозь нее. Я так многому у тебя научилась. Но мне бы хотелось, чтобы ты чувствовала себя достаточно комфортно, чтобы иногда грустить и злиться, и показывать это людям, которым ты небезразлична.
Я кивнула.
— Это… работа в процессе.
Селеста улыбнулась мне.
— Я надеюсь на это. И я надеюсь, что ты знаешь, что я здесь, если Финн попытается сделать что-то подобное тому, что он сделал в прошлый раз. Парни — это хорошо и все такое, но мы их переживем. Метафорически и буквально их срок жизни не совпадает с нашим.
Я рассмеялась, и она присоединилась. Она достала тушь и жестом показала мне, чтобы я подняла глаза.
— Вот и ты, — прошептала Селеста, отстраняясь. — Прекрасна, как всегда.
Она подвинулась, чтобы я могла как следует рассмотреть себя в туалете. Никаких шрамов от прыщей на лбу больше не было, щеки были глубокого красного оттенка, а губы идеального нюдового цвета.
Я выглядела как Наоми 2.0.
— Это идеально. Спасибо, — я улыбнулась своей подруге.
Она обхватила меня за плечи и притянула к себе, чтобы обнять.
— Ты идеальна. Я просто подчеркнула это. А теперь иди и проведи свидание, которое ты заслужила. Возьми мою машину и позвони, если что-то пойдет не так, а я пришлю одного из своих братьев, чтобы он приструнил Финна. На этот раз ему не сойдет с рук обидеть тебя.
Я засмеялась и обняла ее в ответ.
— Он не уйдет. Но спасибо тебе. Мне приятно знать, что ты меня прикрываешь.
— Всегда, — она поцеловала меня в висок. — А теперь иди и покажи этому парню, что он упустил в первый раз.
Год назад мы решили встретиться на полпути между нашими родными городами. Это был аквариум, в который я ходила на экскурсии в детстве. Мид сказал, что его школа часто посещает это же место, и мы шутили, что, возможно, в детстве проходили мимо друг друга. Тогда это было глупостью, но сейчас мне казалось, что это действительно могло произойти.
Финн ждал меня у входа. Я так сильно обратила внимание на то, как хорошо он умылся, что у него покраснели уши. Думаю, я никогда не смогу забыть, как мило он выглядит, когда нервничает.
На нем были черные брюки и серая трикотажная футболка с длинным рукавом, которая идеально облегала его фигуру. Его волосы были откинуты с лица и завиты на концах, как будто он использовал средство.
— Ты прекрасно выглядишь, — прошептал он мне на ухо, когда при встрече мы обнялись. — У меня есть кое-что для тебя.
Я замерла, когда он положил мне за ухо маленький желтый цветок.
— Остальные дома, — объяснил он. — Не хотел оставлять их вянуть в машине.
Моя улыбка была такой широкой, что мне стало больно.
— Спасибо! Меня зовут Наоми.
Финн нахмурил брови, и ему потребовалась секунда, чтобы понять, о чем идет речь.
— Точно. А я Финн.
Он протянул мне руку для пожатия. Как только я взяла ее, он притянул меня ближе, так что мы оказались на расстоянии дыхания друг от друга. От него пахло мятой. В его темных глазах была искра, напоминавшая мне о том, как сильно он этого хотел. Хотел меня. Теплое чувство разлилось по моему телу.
— Очень приятно познакомиться с тобой, Наоми, — сказал он низким, честным голосом.
Затем он поцеловал меня.
Мой желудок подпрыгнул. Я не ожидала этого так рано. Я мгновенно ответила, чувствуя, как в животе растет горячая потребность. Мы еще даже не дошли до аквариума, а я уже была готова к следующей части свидания.
— Не слишком ли быстро? — спросил он, отстраняясь.
Я видела, что он пытается изобразить чувство вины, но по его крепкой хватке на моей талии было видно, что он не испытывает ни малейшего стыда.
Он и не должен был.
Я покачала головой.
— Мне это понравилось. Мне нравится знать, чего хотят люди.
— Принято к сведению, — пообещал он с коварным взглядом.
— Что? — спросила я, забавляясь.
— Ничего, — он поцеловал меня еще раз, забрав немного кислорода, который у меня оставался, прежде чем снова отстраниться. — Готова войти внутрь?
Мои глаза все еще были полузакрыты, и голова была легкой, когда я кивнула. Мне следовало бы не торопиться и падать с меньшей готовностью, но, черт возьми, его поцелуи вызывали привыкание. А от его спокойного голоса мне хотелось прижаться к нему и слушать его речи весь день.
Финн повел нас в аквариум. Мы не отходили друг от друга ни на шаг, пока осматривали экспонаты. Я рассказывала о своих любимых животных и пересказывала случайные факты. Финн внимательно слушал, задавая в нужных местах уточняющие вопросы. Когда я рассказывала о морских выдрах, он прижался к моей шее и прошептал,
— Они напоминают мне тебя.
— Правда? — мои глаза расширились, потому что это был, пожалуй, самый невероятный комплимент, который я когда-либо получала. — Почему?
— Они всегда выглядят возбужденными и энергичными, — он взглянул на экспонат, где двое разбегались по камням, чтобы нырнуть в воду. — К тому же они делают массаж щек.
— Ухаживают?
Он хмыкнул и кивнул.
— Ты иногда так делаешь. Но я думаю, это потому, что твои щеки нуждаются в массаже из-за твоего смеха. Это очаровательно.
Я изо всех сил старалась сдержать смех, чтобы не подтвердить его точку зрения. Но это было бесполезно.
— Это самое милое, что мне когда-либо говорили.
Финн поцеловал меня в лоб.
— Хочешь посмотреть на мой любимый экспонат?
Я кивнула, искренне и взволнованно. Он повел нас вверх по тускло освещенной лестнице. Мы прошли мимо группы детей, которые с визгом смотрели на акулу-альбиноса, которую кормил водолаз. Финн оглянулся на меня с редким для него восторгом в глазах, когда мы подошли к зоне с большим стеклянным потолком, с которого открывался вид на яркий аквариум. Стекло изгибалось, демонстрируя гармоничное существование различных видов рыб. Я покрутилась по кругу, чтобы охватить взглядом все вокруг. Было ощущение, что мы перенеслись на дно океана. Чем ближе мы подходили к стеклу, тем больше меня охватывало чувство спокойствия.
— Я видел это на карте, — сказал Финн своим обычным спокойным тоном. Я повернулась к нему, стараясь уловить каждое слово. — И почему-то это вызвало у меня воспоминания. Я бы стоял прямо здесь…
Он взял меня за руку и подвел к точке на ковре, обозначавшей центр комнаты. Я улыбнулась, когда он прижал свою руку к моей спине. Он хотел, чтобы я была как можно ближе. Мы наклонили головы вверх, чтобы полюбоваться на воду над головой.
— Стою здесь и жалею, что у меня нет жабр, — сказал он, продолжая смотреть вверх. — Я так хотел доплыть до дна океана и посмотреть, что там внизу.
Мои руки лежали на груди Финна. Вместо того чтобы любоваться невероятным видом, я сосредоточилась на нем.
Финн был так не похож на меня во всех отношениях. Он любил спорт и ненавидел говорить. В большинстве случаев он не знал, как выразить себя. Он мог неделями проводить время в своем собственном обществе. И все же мы нашли друг друга и сблизились. Даже после черепно-мозговой травмы он решил узнать меня. При мысли об этом у меня замирало сердце. После всего, что произошло, он выбрал меня во второй раз. Я не понимала, как долго я смотрела на него, пока Финн не сжал мои локти и не спросил, все ли со мной в порядке.