Академия любви и ненависти (СИ)

— Вы вообще происходящим в стране не интересуетесь, что ли? — сварливо пробурчала Айша. — Это же бывший принц Никиас. Потрясите связями, вам расскажут, как фурия обработала монарха и Ника и как долго их обоих восстанавливали. — Айша покрутила головой, словно почувствовав присутствие соглядатая, и накинула ещё одну защиту. Красивую, мощную, совсем не подходящую простой вахтёрше. А затем добавила шёпотом: — Его величество, точнее, уже его светлость, говорят, безнадёжен. Ему спасли жизнь, но не сознание. Да что же это такое? Я чувствую, что здесь кто-то есть! — вдруг довольно звонко произнесла она, бодро подскакивая и оглядываясь.
Я затаила дыхание и стояла, не шелохнувшись. Бежать испуганно и тем выдавать себя отучилась в детстве, когда экспериментировала с даром. И сейчас не сомневалась, что чудовищно прозорливая Айша успокоится, не уловив колебаний в пространстве. Спишет на повышенную тревожность и собственную недоверчивость.
— Тебе показалось, — успокоил женщину мастер Рувильстон. — С нами Каэран, от него ни одно живое существо не скроется.
— И неживое тоже, — подтвердил целитель. — Призраки любят подслушивать и подсматривать. Кстати, Ласс, твоя любимая ученица выпросила у некромантов двух призраков, те помогают ей заниматься — читают учебники в библиотеке, а затем рассказывают ей самое важное и уточняют, какие страницы необходимо прочитать обязательно, а на какие не стоит тратить время. Библиотекари в восторге от её идеи и тоже запросили себе маленькую призрачную армию.
— Ты к тому, что теперь стоит быть ещё осторожнее? — уточнил Ласс Рувильстон.
— Именно. Призраков мало кто может почувствовать, они — отличные шпионы. Десяток ещё можно отследить, но на большее количество меня не хватит. Поддержи завтра за собрании. Я выступлю с речью о жёсткой привязке призраков к рабочему месту.
Подбираю аргументы.
— Не знаю, что за кашу здесь заварили, но она явно несъедобна, — вздохнула Айша. — Тучи сгущались уже давно, но всё было на уровне царапанья, предощущения. Сейчас же в Каисторне невозможно находиться. И Элиния прибыла к нам неспроста. Она замечательная, добрая и светлая девочка. Но есть у меня подозрение, что именно её прибытие запускает всю цепочку событий.
И снова её голос звучит пророчески. Снова пробирает до костей.
Неужели Айша права?
— Если это так, стоит поторопиться. Возможно, связаться с главой тайной канцелярии, у него больше всего информации, половина детей уже на него работает и исправно докладывает, — произнёс целитель.
— Иногда подозреваю, что они все на него работают, — хмыкнул Рувильстон. — Я прямо сейчас отправлюсь к нему. Не нравится мне всё это. Если уж наша Айша и та вышла в люди...
— К де Луару отправлюсь я, — вызвался целитель Каэран. — Ты организуй Элинии безопасную практику и пусть пробудет там как можно дольше. Возможно, это даст нам время собрать информацию и ресурсы.
— Я пойду с тобой. Есть у меня ещё кое-какие мыслишки, но в стенах академии озвучивать их не хочу. Да и Оганера давно не видела. — Айша изогнула губы в жестокой улыбке и поднялась. — Отправляемся незамедлительно.
— Даже не переоденешься? Косы не расплетёшь? — ехидно выдал Руви, но в его словах слышалась затаённые горечь и боль.
— Когда ты, идиот ревнивый, поймёшь, что я не спала с де Луаром! — рявкнула на него Айша. — Пойдём скорее, Каэран, иначе я его придушу. Честное слово, придушу! Столько лет прошло, а он! Р-р-р!
Когда все разошлись, я бесшумно покинула трибуны и пошла в сторону леса. Прижалась к молодому и тонкому стволу акации. Закрыла глаза, прислушалась к шелесту листвы, травы, к шёпоту ветра. Звуки природы успокаивали, тотемное древо рода наполняло тело лёгкостью и энергией. То, что нужно для долгого восстановительного сна, после которого стоит всё хорошенько обдумать. Но сегодня — мысли об услышанном долой.
  
Глава 16. История одного вечера
 
Корделия
Мой план навестить Роберта в лазарете с треском провалился — у единственного входа стояло несколько преподавателей во главе с ректором, магом, от которого стоило держаться подальше. Поэтому я отправила к нему призрачную парочку с требованием непременно узнать, достались ли ему мои блины и если да, то вытребовать комплимент.
 
Повар Эльз заверил, что шанса остаться без комплиментов не существует, ведь я училась готовить под его контролем, а травник Фог добавил, что будет являться к Роберту еженощно и кружить над головой, завывая волком или ухая как сова, если тот вдруг окажется настолько несообразительным и обидит заботливую и красивую девушку подобным образом.
— Вы у меня просто чудо! — похвалила я своих защитников и даже ручкой им помахала из окна. Нужно было убедиться, что они не остались в спальне, ведь я безумно хотела принять душ и заснуть крепким сном здорового человека. И наслаждаться им до следующего вечера не в тренировочной одежде!
Проверила охранки, закрыла магическим щитом вентиляцию — всё же без Роберта находиться в чёрной башне немного тревожно. И лишь затем без спешки намылилась чудесным подарком прекрасной и талантливой Миры — успокаивающим и настраивающим на сон мылом.
Волосы, конечно, не любят сушку магией, но мне безумно хотелось спать, так что наскоро высушила, заплела светлые пряди в две толстые объёмные косы и с огромным наслаждением спряталась от всего мира под одеялом. Всё остальное — завтра. Меня ни для кого нет.
Роберт
Я появлением Корделии в академии каждый мой день — сущий кошмар. Вместо того, чтобы выполнять порученное задание, я вынужден присматривать за своевольной девицей, ещё и предугадывать все её действия и стирать последствия допущенных промахов.
Что за шутка природы — породить красивое и хрупкое создание, словно созданное для заботы и любви, и наделить его безумной непоседливостью и крутым нравом? Верно говорят про обманчивость внешности. Это её история. Северная принцесса, красивая, одарённая и совершенно невероятная. Во всех смыслах этого слова.
Однако с появлением Кори я ожил. Мир обрёл краски, еда стала доставлять удовольствие, в крови забурлил адреналин. И не признать её влияние невозможно.
А ночи!
Да, не имел права.
Да, обещал Дэйнору и пальцем не тронуть.
Да, знал, что мы никогда не сможем быть вместе.
Но держать маленькую плутовку в объятиях — особенное удовольствие. И жизнь сама дала мне шанс. И прекрасные оправдания нарушению всех обещаний, ведь в чёрной башне небезопасно. А милой нежной фее с прекрасными голубыми глазами — тем более. Должен кто-то о ней заботиться!
И тем не менее, вру. Себе вру.
Корделия не для меня, знаю ведь. Знаю, как никто другой.
И она знает, что нам не быть вместе.
Но тоже реагирует. Тоже льнёт ко мне во сне, касается при каждом удобном и неудобном случае, ищет взглядом в толпе. И успокаивается лишь если я рядом, доверяет.
Осторожно перевернулся на другой бок — после боя тело ломило со страшной силой, ещё и демоновы ведьмы выдали порцию нравоучений вместо лекарств. Сказали, раз внутренние органы не пострадали, организм сам справится. Но ночевать оставили в лазарете. И мне только и оставалось, что вглядываться в ночь магическим зрением, напрасно пытаясь увидеть, всё ли у Кори хорошо. Уж не знаю, случайно меня положили ровно напротив её окна или нет, но так я лишь больше тревожился.
С другой стороны, если кто и представлял для неё реальную опасность, то только Наяр. И вот вокруг него как раз кружили ведьмы, без остановки пичкая микстурами и снадобьями, не понимая, что происходит. И просили найти и вызвать профессора Тугура.
 
Только вот не вызовется он. Делайте, что угодно, но ещё дня два-три, может, даже больше Тцаро будет лежать пластом и не приходить в сознание. А лекарь — заниматься совершенно другими делами в другом месте под присмотром Оганера де Луара. И когда Тугур вернётся, следов на теле от ударов не останется, так же, как и остаточных явлений хитрого зелья из другого мира.