Академия любви и ненависти (СИ)

Приветствие не радовало. Как и отвратительно серая дождливая погода. Но самым напряжённым моментом были знакомые жёлтые глаза, прожигающие затылок и спину.
Наяр. Засёк меня и разглядывает.
— Также хочу заметить, что первая десятка победителей получит высокооплачиваемое направление на практику в приятные условно-безопасные миры, вторая десятка получит задание по способностям, остальные получат наряд в некромантский сектор. Очень им не хватает грубой силы, чтобы раскапывать могилки за холмом.
Рувильстон с довольным видом обозрел наши ряды и рявкнул: «Чего стоим? Марш!»
Мы сорвались в сторону леса, перепрыгивая и огибая препятствия. За высокими спинами я не смогла рассмотреть ни Роберта, ни Наяра, но сейчас им явно не до меня, эти двое наверняка решили показать, кто здесь самый крутой, и сразу вырвались вперёд. Правда, ни один маг ещё не мог обойти оборотня, но мало ли, как у тех обстоят дела с ловушками, наверняка ведь под них есть специальные, чтобы уравнять шансы.
Я решила не геройствовать и воспользоваться давней тактикой — пропустить всех желающих вперёд. Склепы некромантов, так же, как и кладбища, меня не пугали, наоборот, Эльзу и Фогу будет даже интересно пообщаться со своими, а заполучить пару-другую травм не хотелось. Оставлю эту честь торопыжкам-мужчинам. Опять же, сэкономлю время, обходя ловушки, в которые они угодят.
Мастер сегодня превзошёл себя. Такое количество ловушек над землёй и под ней я ещё не видела. А уж что они придумали для любителей левитации вроде меня! Если бы я своими глазами не узрела, как пролетающая мимо ворона с истеричным карканьем падает в небольшой ров, лежать бы мне рядом с ней и десятком кадетов на дне.
Плотную цепь искусственных смерчей магическое зрение по какой-то неведомой причине не улавливало, а живность не чувствовала. Пока я не остановилась и не пригляделась, не понимала, что происходит. Пришлось даже швырнуть в сторону невидимой преграды горсть мокрых листьев. И только по их полёту смогла сообразить, что нам приготовил коварный тренер.
Ров оказался удивительно длинным, я потратила немало времени на преодоление этой преграды и здорово вымоталась. Ходить по скользкой после дождя траве — то ещё удовольствие.
Но это было только начало.
Следующим этапом стала невероятно подвижная земля под ногами. Бежишь ты, никого не трогаешь, а затем внезапно оказываешься в незнакомом секторе леса, потому что клочок суши под ногами взлетает и перемещается через небольшой портал. И поди сориентируйся, где ты оказался!
Хорошо, я выросла на Севере, а не в столице. Не представляю, как это задание проходят городские жители.
Солнце уже выползло на небосвод, а я всё ещё не подошла к финальной дорожке, где важна была только скорость. Ни ловушек, ни препятствий — беги себе, обгоняй конкурентов за лучшее направление на практику. Красота.
Как назло, никто из парней не попадался и я не на шутку тревожилась, что осталась последней и единственной во всём лесу. Но мне решительно не везло с почвой под ногами! Стоило только её коснуться, обходя очередное препятствие в воздухе, как меня выбрасывало у ведьмы на куличках!
Так произошло и в этот раз, только вместо безлюдного участка леса я угодила в ловушку куда более опасную, чем все вместе взятые пакости тренерского состава.
В лапы хищника.
Жёлтые глаза Наяра довольно сверкнули, я же испытала суеверный ужас, вспомнив обстоятельства нашей последней встречи.
Мгновение. Один удар сердца. Он преодолевает разделяющее нас расстояние, подхватывает меня и, прежде, чем участок земли под ногами начинает двигаться, взмывает ввысь, одной рукой цепляясь за ветку могучего дуба.
— Нет, — выдыхаю в красивое жестокое лицо с голодными, злыми глазами.
Меня душит это его объятие, его тяжёлый сладковатый запах, собственнические манеры и пробирающий до костей низкий голос с урчащей «р».
— Ты попалась, моя девочка. Моя сладкая, милая, нежная фея с ласковыми пальчиками и волшебным голосом. Кр-р-расивая. Такая кр-р-расивая.
Он бормочет, погружаясь в транс, и я вижу, как жёлтые глаза затягивает поволока оборота.
 
— Наяр! Наяр! — безуспешно пытаюсь докричаться до его человеческой сути. — Роберт!
— ору на весь лес.
И это ошибка.
— Ты вся пахнешь им, — злится Наяр, скалясь. Резцы заострились и вытянулись, больше напоминая звериные. — Ты моя, Кор-р-р-делия! Моя!
— Элиния! — напоминаю, хотя напугана до невозможности. Лес будит в нём инстинкты и даже специальное кольцо на пальце не может полностью сдержать зверя этого мужчины.
И я... Я тоже бужу всё, что только не нужно. Как всегда.
— Эли. Элиния, — шепчет он завороженно.
— Отпусти меня, Наяр. Отпусти, умоляю. Мы на тренировке. Кругом люди.
— Никого. Только ты и я, — пугает он меня окончательно. — Как тогда.
«Как тогда», — набатом бьётся в груди.
«Как тогда», — отдаётся в сердце тупой болью.
«Как тогда», — застывает комком в горле, вызывая тошноту.
Перед глазами стоят воспоминания из прошлого. Тяжёлые. Тёмные. Страшные.
Ужас сковывает моё тело, но где-то на задворках сознания взрослая и сознательная часть меня шепчет: «Ты уже не та. Вы все изменились. Ты изменилась. Ты уже не та слабая и хрупкая малышка с доверчивыми глазами и добрым сердцем. Ты кадет военной академии. Одна из лучших на потоке».
И я выдыхаю сконцентрированные в теле страх, боль, напряжение. Открыто и смело заглядываю в жёлто-серые, жестокие звериные глаза, в которых уже нет отблеска Наяра-человека. Это зверь. Хищный. Опасный. Не признающий отказов и поражений.
— Сейчас ты разожмёшь свои грязные лапы и отпустишь меня. И уйдёшь. И больше не станешь подходить ко мне. Иначе я забуду про правила академии и спалю тебя в чистом огне, Наяр. Без сожаления. И скажу, что так и было.
Я говорила внятно и чётко. Не отводя взгляда. Холодно и спокойно, будто в меня сейчас вселился ледяной айсберг Роберт. Будто я в своём праве командовать этим огромным мужчиной-зверем. Уверенно и бесстрашно.
И он моргнул. Очнулся. Из взгляда исчезла стальная ненависть, которая так не вязалась с обволакивающим голосом утягивающего в своё логово хищника.
— Сейчас, — потребовала строго.
— Элиния, Эли. Неужели ты совсем не соскучилась? — принялся за старое Наяр, включая всё своё волчье обаяние. Когда он строил из себя душечку, устоять было практически невозможно. Но я с детства закалена и имею стойкий иммунитет. Со мной это не работает.
— Нет, Наяр. Даже больше скажу: я рада, что жизнь развела нас, и недовольна, что вновь столкнула лбами. И отпусти меня, наконец. Я буду вся в синяках.
— Отметки на теле женщины свидетельствуют о наличии у неё мужчины, — заявил Наяр, и не думая разжимать лапу. Мы по-прежнему висели на дереве и казалось, будто оборотню ни поза, ни двойная ноша не доставляют никаких хлопот.
— Я бы треснула тебя за эти слова, да боюсь, вновь активируется хищник, — заметила зло. — Прекращай этот балаган. Нам нужно к финишу. Судя по всему, уже даже обед кончился, а мы всё ещё барахтаемся в лесу.
Я говорила как ни в чём не бывало, опасаясь вновь спровоцировать его зверя, но видела, что Наяр с трудом справляется. И это пугало сильнее нашего с ним уединения. Считалось, что сдерживающие оборот кольца не подводят. Их создали специально для детей и наследников знатных родов, они рассчитаны на невероятно сильных, одарённых магов. И работали даже в те времена, когда маги были сильнее. Что же произошло? Почему с ним кольцо не работает или работает недостаточно хорошо?
Мысли вызывали неприятные чувства и пришлось отложить их до более удобного времени. Мне нельзя выказывать страх.
 
Однако было поздно — Наяр уловил отголоски моей дрожи. Промелькнувшего на мгновение страха. Призрачного. Почти не существующего.
— Ты будешь моей, Эли.
Я открыла рот, планируя дать ему достойный ответ, отчитать за подобное поведение, но непредсказуемый и коварный зверь впился в него поцелуем. Таким же настойчивым и наглым, как и он сам. Стремительным. Жестким.