Монстр из прошлого тысячелетия (СИ)

— И ты, конечно, всё ему доложишь, — заключил Светлый, возвращая самообладание.
— Доложу, как и положено верному подданному, — сощурился ректор.
— Говоришь, на острие атаки? — буркнул Молот, который во время перепалки паладинов смотрел за спину Старику. Доспех духа Михаила, напитавшись силой, замерцал поверх одежды. — Так атакуй, глава, — он кивнул на огромную каменную руку, которая вдруг показалась из разлома.
  
— Твою… Что это⁈ — выпалил Светлый.
Молот со Стариком молча смотрели на появляющуюся метра за метром конечность.
— Справишься? — с иронией спросил Михаил у Стародубцева. — Ну, дерзай…
Старик рванул с места прямо навстречу выбирающемуся каменному гиганту.
— Миша, я такого раньше не видел, — обескураженно произнес Алексей.
— Всё когда-то случается впервые, — подбодрил друга Молот и хлопнул его по плечу, заставив покачнуться. — А пока что понаблюдаем за новоиспечённым доблестным орденом. Конкурентов надо знать в лицо.
  
Глава 2
 
Старые знакомые
 
Пока передвигался по белому городу, всё пытался подобрать синоним слова «ковылять» для полёта. Как я изображал из себя подбитую утку, пытаясь управлять крыльями — это отдельная история. Но в итоге ангел привела меня на окраину города, где основная жизнь проходила на верхней магистрали, а вот под ней расположилось несколько непрезентабельного вида заведений. И я был даже рад, потому что здесь мне можно было наконец избавиться от неудобных громоздких крыльев.
— Как бы идеален ни был мир, у него всегда будет обратная сторона, — хмыкнул я, по наводке Мишон проходя мимо нескольких вывесок и заруливая в глухую подворотню к неприметной двери.
Постучал, соблюдая особенный ритм.
Что удивило, дверь открылась без малейшего скрипа, мгновенно, и мне в горло упёрся узкий стальной клинок.
— Не реагируй! — успела крикнуть Мишон раньше, чем я потянулся сломать вооружённую конечность.
С мысленным зубовным скрежетом согласился, сдержал себя и только сейчас посмотрел на выглядывающего из темноты коридора владельца клинка — голый по пояс худощавый сморщенный старый мужик в светло-серых свободных штанах, с неровной щетиной, характерными для алкоголиков расширенными сосудами на лице и общей одутловатостью лица. Неопрятные лохмы вместо причёски и отёчные мешки под глазами, пустой и какой-то водянистый взгляд — всё это составляло образ совсем не того, кого я ожидал увидеть. Но за свою слишком длинную жизнь я умудрился понять, что оценивать по обложке — удел недальновидных идиотов.
Насчёт пароля или кодового слова Мишон молчала, так что я решил начать разговор самостоятельно.
— Так и будем стоять, или внутрь пустишь, — спросил, тщательно отслеживая перемещение взгляда потенциального противника.
Встретившись со мной глазами, выпивоха вдруг спокойно опустил клинок и отступил, давая мне возможность сделать шаг внутрь:
— Ну проходи, коль не шутишь, — он приглашающее махнул рукой, в которой, оказывается, были зажаты ножны.
Я протиснулся мимо него, сам мужик выглянул наружу, огляделся по сторонам, после чего закрыл дверь. Оказавшись позади хозяина помещения, я увидел его спину и на мгновение уставился на два длинных выпуклых шрама с половину ладони толщиной, пролегающих от лопаток до конца рёбер. Спрашивать о них я благоразумно не стал, пусть вопросы так и роились в голове. Но потом, если что, спрошу у Мишон, хотя у меня и была одна довольно очевидная версия.
Идя вслед за мужиком дальше по коридору, я ощущал странное напряжение. И не только от того, что я, по сути, находился на относительно вражеской территории, но и потому, что вся эта реальность заставляла меня ощущать себя букашкой. Маленьким глупым тараканом, который бегает под ногами у людей. Слишком много здесь было силы, и меня пугало, что я не видел струн магии, которые пропитывали всю вселенную, а тут словно от меня прятались. Да и были ли они здесь? В своей ли я вообще вселенной? Да, очень своевременный вопрос.
Мы зашли в небольшую комнату, которая была поделена на жилую и кухонную зоны.
— Садись, — мужик указал на софу, а сам направился на кухню.
Мне ничего не оставалось, как сесть, окидывая взглядом непрезентабельные коричневатые стены, полупустую комнату, в которой у стены приткнулась кровать, рядом шкаф и тумбочка. Судя по всему, владелец квартиры был бывшим ангелом, если такое вообще возможно.
Мои размышления прервал вернувшийся мужик, который из бочонка на столе налил два стакана какого-то жёлтого поила. Один из стаканов протянул мне. Я брезгливостью никогда не отличался, да и ангел не дала бы меня отравить, а пить хотелось сильно, глотку резало от жажды.
Так что сделал глоток, но тут же пожалел о собственной безрассудной смелости, выпадая в осадок и выпучивая глаза от прокатившегося по пищеводу и поселившегося в желудке комка лавы. Сознание на какое-то время заволокло туманом, организм боролся за выживание, желудок сжимался от желания исторгнуть то, что нерадивый владелец в него влил.
Очнулся я от похлопывания по спине. Стакана в руках уже не было.
— Ну ничего себе тебя приложило, словно амброзии ни разу не пробовал, — задумчиво проворчал хозяин. — Не след тебе выпивать более, а то и к праотцам отправиться недолго.
— Коль это амброзия, так словно с Земли не уходил! — выпалил я, подсознательно ожидая, что сейчас из глотки со словами выйдет пламя.
Жар в желудке постепенно прогрел всё тело, и казалось, что от кожи пошёл пар, а, может, и не казалось. Тем не менее, я умудрился захмелеть даже от этого одного глотка, а потому не сразу спохватился, что сболтнул лишнего. Да, шпион из меня никудышный вышел.
— Земля… — произнёс хозяин дома, словно пробуя слово на вкус. — Далековато тебя занесло.
Он обошёл меня, подтащил стул ближе и оседлал его, обратив спинкой ко мне. Сделал глоток из своей кружки, жмурясь от удовольствия. Взгляд водянистых глаз вдруг стал острым и словно просвечивающим меня насквозь.
— Когда-то я дал слово одной старой подруге, что помогу тому, кто придёт ко мне с Земли. Сейчас её уже нет в живых, но это уже неважно, — по его лицу пробежала тень. — От своих слов я не отказываюсь. Как ты совершил переход?
— Не то чтобы его совершил я, — чувствуя, как язык начинает заплетаться, честно пытался удержать внезапно отяжелевшую голову. — Мне помогла одна из ваших. Она же направила меня к тебе.
— Она?.. — мужик сощурился. — Как её зовут?
— Мишон, — осоловело выдал я.
— Мишон? — кустистые седые брови хозяина взлетели вверх. — Жива, старая карга! — он аж подскочил на стуле, улыбаясь. — Вот, значит, как. На Земле, стало быть, обитает?
Ангел в моей голове молчала, что я принял за одобрение, иначе бы давно уже попросила замолчать.
— Жива, — медленно кивнул я, чтобы не упасть с софы от резкого движения. — И даже находится сейчас ближе, чем ты думаешь. Прямо в этой комнате.
По меняющемуся лицу мужика я понял, что поторопился с изначальной оценкой его возраста: из-за щетины и серой неопрятной шевелюры я думал, что передо мною почти старик, но сейчас, видя его ожившие заблестевшие глаза и поближе разглядев пусть худое, но когда-то явно тренированное тело, осознал, что передо мной мужчина, тянущий лет на тридцать пять-сорок, если судить по земным меркам. Хотя кого в наше время может удивить столетний старец в теле добра молодца? То-то и оно.
Хозяин квартиры вдруг заозирался, перекрестился совсем поземному и сделал рукой оборот вокруг себя, словно что-то чертил в воздухе, отгораживаясь от призраков прошлого.
— Лгать нехорошо, молодой человек, — он укоризненно погрозил мне пальцем. — Тут никого нет, кроме нас двоих.
  
— Есть, — возразил я, склоняясь и подпирая челюсть рукой. — От твоей подруги мало что осталось. Только сознание, и оно сейчас вот тут, — осторожно постучал указательным пальцем по виску. — Как ты думаешь, каким образом я сумел тебя найти, впервые оказавшись в этом городе и не наделав при этом шуму? Это она привела меня сюда.