Незамужняя жена в Звездной Академии (СИ)

— Да, мы связаны. Ампула вакцины, которая досталась тебе, была создана из моей крови.
Он молчал, словно ждал продолжения, а я боялась озвучить свои мысли вслух. Ксандр чувствовал, что меня что-то беспокоит, поэтому ждал, когда я наберусь решимости.
— Десять лет назад, когда землян захватила пандемия, что вы попросили за исцеление? — этот вопрос можно было задать Тайену, но от него я готова была услышать самые ужасные слова и выслушала бы это спокойно. Но смотря на Ксандра, я почему-то верю в самые добрые намерения и то, что нас соединяет нечто большее, чем симбиот, который, возможно, сейчас обживается в моей крови.
  
— То, чего у вас было много, — сообщил мужчина и ушел в душ.
Странное чувство, словно меня обманывают и играют засвербило в груди. Много лет назад дети умирали за три дня. Нас даже обследовать толком не успевали, а уже хоронить приходилось. Тела мертвых сжигали во избежание возобновить болезнь. У родителей не осталось даже места, у которого можно поплакать. И почему-то я знаю ответ на свой вопрос.
Исследования представляют как нечто стерильное и светлое, закрытое в белом кабинете и спрятанное за колбами. Но для исследований требуется материал. Неужели саламандры просто дали кровь, не зная с чем могут столкнуться? Или же они знали, с чем имеют дело и сразу предложили вакцину?
В голову лезли мысли, одна страшнее другой. Пока мужчина мылся, я накручивала себя. Ощущая первобытный страх, смотрела на дверь, ведущую в ванную комнату. Готовилась к тяжёлому разговору и пониманию того, что политика намного грязнее создаваемого образа в новостях. Но когда заветная дверь открылась, на меня словно белое полотно упало.
На пороге стоял Ксандр с влажными волосами. В одном полотенце. Мои мысли перестали хаотично метаться и сфокусировались на голом торсе мужчины, к которому меня тянет с немыслимой силой.
Его тело блестело капельками воды, подчеркивая рельеф мышц, и контрастировало с бледностью лица, придавая образу одновременно притягательную и тревожащую ауру. Я чувствовала, как мое сердце учащенно забилось, и дыхание стало неровным. Страх и любопытство смешались внутри меня, превращаясь в непонятное чувство, которое я не знала, как назвать.
— Может, теперь людская кровь станет основой вакцины? — спросила я наконец, стараясь сохранить спокойствие голоса.
Ксандр медленно прошел мимо меня, оставив легкий аромат свежести, и сел на край кровати, пристально глядя перед собой. Ему словно в голову никогда не приходила эта мысль. Промачивая длинные волосы полотенцем, он тщательно обдумывал ответ. Но я чувствовала его тревогу и некоторую неловкость. Казалось, что он хочет сказать что-то резкое, но сдерживается.
— Считаешь, что люди слишком низменные для веры в то, что от нас можно что-то получить? — я сжала пальцы, а потом постаралась расслабиться. — У нас часто делали вакцины на основе крови коровы или свиньи.
— Я изучал вашу историю медицины и строение человека, чтобы...
— Чтобы создать вакцину, ты изучал людей. Именно ты создал то, что спасло меня. Ты экспериментировал со своей кровью, а я была одной из подопытных, которая случайно выжила. — из меня вырвалась правда, о которой я не переставала думать. — Я как та подопытная мышка, которая выжила в ходе эксперимента.
Я схватилась за голову и зашипела, стараясь подавить в себе рвущиеся чувства. Во мне было слишком много эмоций. Спокойствие, которое я сохраняла для вида, быстро испарилось. Мне хотелось оставаться отстраненной и холодной при этом разговоре, но серьезность исчезла, как только я увидела такого беззащитного и открытого Ксандра.
— Думаешь, что ты единственная, кто выжил?
Он даже не скрывает, что я одна из выживших.
Я со скрытой болью посмотрела на мужчину, ожидая слов, которые спустят меня на землю. Но мужчина достал маленький гребешок и замер, посмотрев на меня.
— Скажи мне, что будет, если мой ответ тебе не понравится? — внезапный вопрос поставил меня в неловкую ситуацию.
— Мне будет больно. Я хочу верить тебе. Все мое существо верит тебе без всяких проблем, но я хочу знать правду, чтобы не обжечься.
— Правда так важна для тебя? — он продолжает серьезно спрашивать, а меня пугает холод в голосе мужчины.
— Я не хочу быть одной из многих, — прошептала, поджимая пальцы на ногах. Слишком откровенный разговор пугает меня. Мне не хотелось затрагивать личные отношения с инопланетянином, но, оказывается, нужно было начать этот разговор уже давно.
— Не знаю отчего, но мой симбиот пробудился в только тебе. В наших кругах на такое явление нужно время, а тебя я почувствовал почти сразу же после введения.
— Нужно вычислить людей, которым ввели вакцину саламандр. — произнесла, не глядя на мужчину. — Подозреваю, что ваша болезнь исчезнет после встречи с людьми.
— Отчего такая уверенность? — подозрительно спросил мужчина, а я ощутила, что проще показать, чем доказывать устно.
"Потому, что у саламандр симптомы схожи с явлением Разделения Объединенных", — мысленно произнесла и резко встала, чтобы подойти к Ксандру максимально близко.
— После тесного контакта схожих симбиотов человека и саламандра наступает резкий разрыв длиною в десять лет. Любой организм, даже высокоразвитый, ощутит разницу. Нашим больным детям как раз пора вступать в брак. У многих людей началась половая жизнь. Симбиот чует собственное разделение и пытается соединить две свои половинки. — объясняю на пальцах, а у самое сердце готовится вырваться из груди прямо в мужские руки.
Смотреть на мужское тело и спокойно стоять рядом - не получается. Мой взгляд постоянно сползает с красивого лица, на шрам на лбу, а потом на широкие плечи. Мокрые дорожки на его теле приводят меня к эйфории. Я слежу за каждой капелькой на его теле. Мне хочется стать этой каплей и притронутся к мужскому телу. Слиться с Ксандром. Стать единым целым.
Интересно, чье это желание? Мое или симбиота?
— Людей к нам не тянет, а саламандры могут контролировать свои чувства. Нас этому учат с рождения. — отрицательно качнул головой Ксандр. — Наша с тобой близость - особенная. Не может быть такого, чтобы симбиот пробудился у многих привитых. А тем более, чтобы симбиот Взывал к Объединению. — Ксандр внимательно посмотрел на меня и решил сообщить важную новость: — Я был заинтересован в наблюдении за ходом эксперимента с кровью двух разных рас, поэтому я всегда знал о тебе. Мое тело давно привыкло к тебе, а симбиот принял и запечатлел твой образ. Но часть моего симбиота в твоем теле спокойно сидит: ты не кинулась мне на шею при нашей первой встрече и не ходила как зачарованная от одного звука моего голоса.
— Но меня ломало от отсутствия общения с тобой, словно заядлого наркомана в завязке! — рыкнула на мужчину и приложила руки к его груди, не в силах сопротивляться внутреннему зову. — Мне хочется быть ближе к тебе, но я даже не саламандра. Представь, что ощущают молодые саламандры, которые считаются больными. Их разрывает на части изнутри от желания встретиться со своей половинкой. Ты ведь говорил, что у вас кланы, которые схожи своими симбиотами и все подчиняются главному роду. Наверное, поэтому кровь взывает у родных, а не у тех, кто был донором.
Мужская рука легла мне на щеку. Ксандр погладил губы и замер на их уголке. 
— Эта связь симбиотов не может быть причиной болезни, — шепчет мужчина мне в губы и дарит жаркий поцелуй. — Не может быть.
А я попробую узнать правду. Но прежде, мне пора уходить. Боюсь, что симбиоту мало поцелуя, а я не хочу следовать чужим желаниям.
  
51
   
А утром я уже заводила небольшой космолет и надеялась, что моих знаний хватит на то, чтобы прилететь с лунной базы на Землю. Не зря с Арстом получала доступ к пилотированию, а руководителя проекта объединения никто не спросил зачем мне в ангар. Евгения Викторовна достала то, что я просила. Я смотрела на список привитых детей десять лет назад. Изучала расположение больниц, в которых проводили вакцинацию, и молилась, чтобы мои догадки оказались верными. Будет обидно, если я сбегу из Звездной Академии, но не достигну важной цели.