"Фантастика 2025-46". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
— Вроде могу. Но как тогда, в храме. Только в самый последний момент. Но вот что я отчетливо вижу — уходить надо. И быстро.
Тут я с ним полностью согласен. Возможно, если мы объединим силы, то сможем одолеть Панаевского. Хотя, после того, как он чуть не прихлопнул меня зданием, я уже не уверен, что наших сил будет достаточно. Нужна тяжёлая артиллерия.
— Вы связались с кем-нибудь?
— Он накрыл всё это место чем-то звуконепроницаемым. Отсюда не достучаться до своих. Надо выбираться в город.
— Согласен, — киваю, раздумывая. — И ещё надо привлечь внимание стражей. Уверен, что он связался с ними и замял наш с ним путь сюда. Иначе тут уже было бы людей под завязку. Но если мы опять поднимем шум в городе, то подключится слишком много народа.
Я оглядываю наш отряд. Целитель вымотан, еле держится. Богдан бодрится, Илену слегка потряхивает, а её брат щурится подбитым глазом, держась за бок.
— Ох, не нравится мне это, — делаю неутешительный вывод. — Саша, подстраховывай случайных прохожих. Наша задача — уцелеть, но, если сможешь, то помоги избежать лишних жертв. Но главное — береги Володю и Олега. Вы пойдёте впереди. Мы будем вас прикрывать и атаковать. Придётся выложить всё, что есть. Надо не дать ему возможность сосредоточиться для чего-нибудь серьёзного. Бьём по очереди, но непрерывно.
Все обречённо кивают. Володю, от этого движения, тошнит. Нет, так не годится. Призываю силу и вливаю в каждого по капле. По капле кровавой уверенности, что мы мехом внутрь вывернемся, но заставим Панаевского попотеть.
Волчья кровь, запускающая режим берсерка, которой я могу поделиться, срабатывает, всех приободряя. Даже прорицатель злобно ухмыляется, потирая руки.
— Отлично, погна…
Наше укрытие вздрагивает, по стенам расползаются трещины. Это придаёт нам и ускорения и уверенности.
Я за эту ночь набегаюсь на всю жизнь. Мы несёмся, уже не скрываясь, к дыре в заборе. Саша держит защиту, Богдан вливает в него силу. Ногу, от такого обращения, пронзает болью, и я дожимаю амулет так, что он рассыпается.
— Влево! Вправо! Стой! — только и орёт Володя, вращая глазами и подскакивая от каждого озарения.
Нам остается только слушаться, не раздумывая. Панаевский явно понимает наш замысел и его удары учащаются, заставляя прорицателя кричать предупреждения беспрерывно.
Земля перед нами вздыбливается и проваливается вниз, утягивая за собой. Мы скатываемся на дно образовавшегося рва и нас сверху придавливает силой.
— Я не смогу долго удержать, — стонет Саша, бледнея.
Вижу, как сияющий купол над нами тускнеет, подрагивая и уменьшаясь. Сила Богдана сбоит, урывками то усиляя, то ослабляя защиту. Володя в отключке, над ним колдует Олег. Илена трясёт головой, освобождая свою огненную гриву от комьев грязи.
— Как только он будет в зоне видимости, атакуем все сразу. Придётся снять защиту и потерпеть. Бьем чистой силой в одну точку, — я бью себя в грудь, показывая.
Неважно, куда, главное в одно место. Ну, так мне кажется. И, судя по тому, что все соглашаются без возражений, думаю я в правильном направлении.
Безопасник появляется на краю, когда наша защита почти продавлена и мы валяемся на земле, прижатые дрожащим барьером. А я уже думаю, что план провалился.
Я бы на его месте не приближался, додавил издалека. Но ему слишком хочется собственными глазами увидеть наше поражение. На что я и надеялся.
— Сейчас! — ору я, отпуская силу и слепну от сияния.
Наверное, так выглядит ядерный взрыв вблизи. Поток силы со всех сторон с ревом ударяет в склонившуюся наверху фигуру. Кожу обжигает горячим воздухом, глаза слезятся, а тело выгибает от мощи нашего совместного удара.
На мгновение мне кажется, что вижу глаза, светящиеся красным, и тёмный силуэт позади. Но в тот же момент всё это сносит бушующей лавиной.
Нас засыпает землей, она забивается в рот, нос, уши. Наступает полная тишина. Я отплевываюсь, вытираю глаза, переворачиваюсь на бок и вижу остекленевший взгляд Богдана.
Только спустя пару секунд он моргает и начинает кашлять. Тьфу ты, чуть сердце не остановилось. Звуки кряхтений, плевков и сдавленные ругательства заполняют яму, которая чуть не стала нам могилой.
Олега завалило сверху на целителя, но оба шевелятся, пытаясь расцепиться. Илена тяжело дышит, уставившись в небо и прижав уши. Саша валяется, раскинув руки, но на его лице играет счастливая улыбка.
Э-э-э, это победа? Я поднимаюсь, отгоняя навалившуюся разом усталость. Пытаюсь забраться наверх, сползаю, руки деревенеют и не слушаются. Хватаюсь за какие-то корни и, подтягиваясь, выглядываю.
— Ну чего там? — раздается снизу шепот Покровского.
— Здец какой-то, — сообщаю я, крутя головой и осматривая поле боя.
Прораб этой стройки утром вздернётся на кране. Почти все сооружения разнесены в хлам. Только одно здание, самое дальнее, одиноко подсвечивается мигающим прожектором.
Он подмигивает в последний раз и с хлопком гаснет. Уцелевший объект стыдливо скрывается в темноте.
За мою ногу кто-то цепляется, поднимаясь уже по мне. Илена забирается мне на спину и присоединяется к наблюдению, пыхтя в ухо.
Перед нами раскуроченная земля. Будто что-то огромное протащило, оставляя глубокий след. Он заканчивается в темноте, там, где накренившийся над развалинами кран чуть качается на ветру.
Судя по запаху застоявшейся воды и бульканья неподалеку, где-то вскрыло канализацию.
В нескольких метрах перед нами из земли с шипением прорывается фонтан, мы с рыжей вздрагиваем и срываемся кубарем обратно.
— Ну чего там? — повторяет вопрос уже Володя и хватается за голову. — Оооох.
Все дружно поворачиваются к нему и задерживают дыхание, но он отмахивается на наши настороженные взгляды:
— Голова раскалывается. Как-то это слишком всё…
— Там вроде тихо, — выдыхаю. — Давайте выбираться, и поскорее.
Не нравится мне эта тишина. Такое затишье обычно бывает перед самой страшной бурей. Так стихает всё движение воздуха перед ураганом. Природа замирает и потом обрушивается всей мощью.
Сначала помогаем выбраться здоровяку, вдвоем с Сашей выталкивая того из ямы. Богдан ложится на сыпучий край и вытаскивает остальных.
Я поторапливаю всех, толкаю к выходу. Внутри орёт благим матом паранойя. Ощущение чего-то ужасного подкатывает к горлу и встаёт комом, который никак не получается сглотнуть.
Мы успеваем пройти пару кварталов. Вымотанные аристократы замедляются, связываясь с семьями. Я иду последним, постоянно оглядываясь.
Пока не увидишь труп врага, не расслабляйся. И я вижу. Безопасник появляется в конце улицы, шатаясь и волоча одну ногу. Вокруг него сгущаются тени, они крутятся вихрем, сверкая алыми всполохами.
Я не успеваю никого предупредить, крик застревает в глотке.
Свет фонарей моргает и становится тише. Земля вздрагивает, отдается ударом в подошвы.
Асфальт с глухим треском медленно расходится, прямо по разметке разделительной полосы. Миг полной тишины и в лицо бьет волной жара и песка. Контуры домов размываются и дрожат в этом мареве.
Поднимается вой, сначала тихий, едва слышный. Звук нарастает и поглощает все другие.
Внезапно из разверзнутого чрева земли вырывается горячий ветер, доносящий сладкий запах гнили. Я застываю от мерзкого предчувствия. Во рту резко пересыхает. Стираю с лица кровь вперемешку с налипшим песком, царапая кожу.
Воздух наполняется тяжёлым приторным вкусом. Из расселины выползает, нет, вытекает нечто неразличимое в дрожащем слабом свете. Прорыв выплёвывает тварей хаоса. Панаевский окончательно свихнулся — он призвал демонов в столицу империи…
Глава 27
— Что это… — звучит сзади испуганный голос Илены. — Этого не может быть…
Глаза, может и не верят, но запах… Воняют твари так, что меня быстро приводит в чувство. Вижу сквозь марево, что Панаевский замирает на месте. Естественно, зачем ему руки марать, зверушки сами всё сделают.