Сделай выбор (СИ)

Все испортил жирный, волосатый паук, свалившийся с ветки прямиком к ногам Мизэрия. Ох, сколько крику-то было.
— Мелкий, прекращай визжать. Как девка, честное слово, — хохотал тогда Трэвильд. Ну да, паниковала в основном я. Но и причина была веской. Никогда! Никогда за все свои годы жизни я еще не встречала паука с улыбкой чеширского котика. И надеюсь, больше не встречу, потому как после моего вопля улыбчивый паучок решил спешно ретироваться, унеся с собой все тридцать два белоснежных зуба. В какой-то момент даже захотелось догнать его и поинтересоваться, к какому дантисту тот ходит.
  
Лес закончился слишком быстро. Может, Мизэрий просто ошибся во времени, а может, во всем виноват кабан с мускулатурой бодибилдера, от которого мы улепетывали добрые полтора километра. Однако главное, что наша команда все-таки выбралась из прекрасного, но не совсем дружелюбного леса. Выбралась и ошарашено замерла. Впереди на долгие километры простирался один лишь песок.
— Мизэрий… — сипло позвала я. — А пустыня — тоже часть пути до вашего дома?
— Простите. Наверное, надо было сразу вас предупредить, — виновато сгорбился заказчик.
— Да ничего. — Леоттин был как всегда оптимистичен. — Среди песков-то на нас точно никто не нападет.
Ох, как он ошибался.
Первые полчаса мы действительно шли без приключений. Удивительно, но солнце жарило не особо сильно, чувствовался легкий ветерок, а во рту совсем не пересыхало. Даже к бутылям с водой никто не притронулся. Приключения начались, когда впереди уже показались разноцветные крыши домов.
Раз. Из-под песка показались гигантские клещи. Они замерли, будто выбирая, кого из странников прикончить первым, а потом на немыслимой скорости поползли к Мизэрию. Однако Фрэд оказался быстрее. В мгновение сориентировавшись, эльф толкнул очкарика в сторону и... прыгнул прямо на одну из клешней. Раздался душераздирающий вой.
— Простите… — пролепетал заказчик, наблюдая за тем, как Фрэд очищает обувь от зеленой слизи.
Два. Откуда не возьмись на небе появилось серое облако. Оно шевелилось, растягивалось в размере и медленно приближалось к нашей компании. Когда от нас до подозрительной субстанции оставалось меньше метра, выяснилось, что это никакое не облако, а рой песчаных ос.
— Простите-простите… — всхлипывал Мизэрий, пока мы с друзьями наносили на свои и его укусы орочью мазь.
Три. В нескольких шагах от меня и напарника образовалась песчаная воронка.
— Простите!
Четыре. Со стороны леса на нас несся столб пыли. Кабан—бодибилдер решил не упускать возможности потягать вместо железа шесть разно массовых парней.
— Простите!!
Мужчина только и успевал извиняться. А мы — убегать и отмахиваться от разного рода опасностей.
Но вот все было позади. До города оставалась пара сотня метров, никаких монстров, чудовищных явлений и прочей нежелательной гадости поблизости не обнаруживалось, так что все уже решили, что злоключение на сегодня закончились.
Не тут-то было.
— Эй! Вы кто такие? Почему головы не покрыты? — От дворца к нам направлялась толпа женщин. Помнится, я говорила о набедренных повязках? Ха! Наряд местных особей был настолько открытым, что любой суккуб бы покраснел и убежал с криками в закат. Вместо юбок и платьев — нижнее белье самого фривольного фасона. Тонкая, просвечивающая ткань не скрывала стратегически важных мест, а золотые цепочки, поблескивающие на животах, руках и ногах девиц только придавали этому безумию изюминку. И уж совсем не вязались с такими нарядами острые кинжалы, которые дамочки приматывали к ногам. Женщина, идущая впереди всех, оглядела нашу компанию оценивающим взглядом. — Я хочу общаться с вашей эмазолкой.
Лео с Трэвильдом замерли истуканами и впились жадными взглядами в незнакомок. Фрэд тоже не подавал признаков жизни.
— С кем? — хрипло проговорил напарник. Услышав его голос, толпа зашумела, послышались возмущенные возгласы.
— Да как смеет мужчина о чем-то нас спрашивать!? — противно взвизгнула одна из дам. — Наказать! Немедленно!!
— Молчать, — приказала все та же предводительница. Если приглядеться, можно было заметить на ее лице множество шрамов. Сами черты лица казались грубыми, мужеподобными. И я с удивлением поняла, что такая особенность внешности присутствовала у всех девушек. — Повторяю, где ваша эмазолка?
— Мизэрий, чего эти люди от нас хотят? — шепнула я притихшему мужчине. Тот замялся:
— П-п-поговорить...
— И с кем же?
— С эмазолкой, — вжал голову в плечи он.
— А кто это? — Я с подозрением прищурилась, предчувствуя большую беду.
— Хозяйка гарема.
— Кто, прости?
— Хозяйка гарема! — выпалил Мизэрий и снова притих.
Несколько секунд мне понадобилось на осмысление. Гарем, хозяйка... Николетта, тебе это ничего не напоминает?
— То есть, — произнесла медленно. — В вашем мире существуют. м-м-м... наложники?
— Кто? — Заказчик удивленно моргнул.
— Ну… у одной женщины может быть несколько мужей, так?
Кивок.
— И владелицу этого гарема называют эмазолкой?
Снова кивок.
Интересненькое начало.
— Действительно, самый невезучий мужик, — истерически хохотнул Трэв. Оказывается, вся компания уже отошла от первого шока и теперь внимательно вслушивалась в наш разговор. — Создал свой мир, и тот женщины отняли.
— Помолчи, Вильда, — скривилась я и снова обратилась к Мизэрию: — А кто же тогда вы? Неужели.
— Один из мужей правительницы, — понуро кивнул тот.
— Но почему вы не рассказали об этом раньше?!
— Не знал, что это так важно.
— Эй! — Предводительница местных султанш повысила голос. Ее явно начинало утомлять наше молчание. — Я желаю увидеть вашу эмазолку!
— Не понимаю, и чего она так злится? — задал дельный вопрос Леоттин. И так весь сгорбленный заказчик стал еще меньше, и, кажется, попытался слиться с песком.
— П-по нашим законам гарем не может разгуливать вне стен города без своей хозяйки, — выдавил он
— Та-а-ак, — нехорошо протянул Кайл. — И чем это грозит?
Мужчина промолчал.
— А если нет, — женщина зло сплюнула под ноги. — То я буду вынуждена приговорить вас к смертной казни как беженцев и нарушителей закона Эмазолии.
Вот тут-то всем действительно стало не до смеха.
Выдержав паузу и кровожадно усмехнувшись, дама (хотя назвать ее этим словом было весьма затруднительно) направилась к нам. На ее лице большими буквами читалось, что приговор уже вынесен, и она с удовольствием реализует его прямо сейчас.
— Я только одного не пойму, — прошептала я, пятясь вместе со всеми назад. — Почему они не узнали мужа правительницы?
— В-в-все мужчины обязаны покрывать голову, — пояснил бог Несчастья. — Эмазолки не видят лиц чужих мужей, только их глаза. А нам даже говорить с женщинами запрещено.
— Но копыта! — воскликнул Трэв.
— Ноги закрывают высокие сапоги.
— Парни… — как-то панически позвал Лео. — Не хотелось бы прерывать вашу беседу, но, пожалуйста, оглянитесь.
Позади нас стояла точно такая же толпа туземок. И еще две по бокам. Сами того не заметив, мы оказались в самой обыкновенной ловушке.
Кольцо начало сжиматься. Все это больше походило на загон дикого зверя. Мы метались, пытались хоть что-то придумать, даже пробовали магичить и говорить с дикарками. Бесполезно. Женщины лишь сильнее злились, магия не откликалась.
Артефакты по-прежнему не работали — как и говорил ректор, им требовалось больше времени на подзарядку. Из оружия у нас были только ногти и зубы, но разве это противопоставишь шестидесяти острейшим клинкам? В какой-то момент мы потеряли бдительность, и за нашими спинами возникли враги. Пара отточенных движений, и все шестеро уперлись коленями в песок с заведенными назад руками. Женщины, не женщины, а сила у этих дикарок была нечеловеческая. Даже уроки боевой культуры не помогли.
  
— Посмотрим, — к нам вплотную приблизилась предводительница отряда. Она наклонилась и приподняла за подбородок эльфа. Изучающе прошлась по худощавой фигуре взглядом, особое внимание уделила волосам, а затем довольно кивнула: — Неплохой экземпляр. Бледноват, но это легко исправить.