Жрица Смерти (СИ)

Не переставая целовать, дракон подхватил меня под бедра и толкнулся своей плотью в лоно, заставляя меня охнуть от неожиданности. Сзади со спины прижался Антонис, создавая контраст тел. Я будто находилась между огнем и льдом. Движения Аода внутри меня были плавными, и он явно сдерживался. Зато вампир игрался с моей грудью и сосками почти на грани боли, то нежно оглаживая и сминая их, то чуть прикусывая и втягивая сосок в рот, слегка щелкая по нему языком. Гриф стоял по левую руку от меня, целуя одновременно со страстью и ревностью. Но не старался как-то помешать единению, лишь смотрел так, что становилось понятно сразу — после меня не выпустят из постели, пока один собственник не насытится мною единолично.
Я с наслаждением отдавалась каждому движению мужчин, не забывая, что и у самой есть руки, способные путешествовать по их телам. Каким уж взглядом на меня в тот момент посмотрел Гриф, когда я проскользила подушечками пальцев по его члену, а после обхватила полностью, начав водить ладонью по всей длине. В его взгляде буквально сиял вопрос: «А чего, так можно что ли?». И сам же на него отвечал, прикрывая от наслаждения глаза и рефлекторно подаваясь бедрами вперед.
— Можно?.. — целуя в шею и слегка задевая клыками яремную вену, глухо шепнул Антонис.
Кивнув, почувствовала, как два острых клыка прокусывают кожу, а на месте укуса сначала ощущается жжение, а после наступает эйфория и прилив ещё большего возбуждения. Теперь понятно, почему Антонис назвал в прошлый раз этот процесс интимным. Дыхание сбивалось, хотелось больше и сильнее, и чтобы вампир не прекращал пить мою кровь.
— Хватит, сладкая. — оторвавшись от моей шеи, сказал хрипло Антонис, зализывая место укуса, и фыркнул, когда я протестующе хныкнула, больше открывая шею.
Но в это же время Аод уже не сдерживал себя, подходя к грани. Его движения становились жестче, пальцы впивались сильнее, а из горла вырывалось звериное рычание. Подавшись к нему, обхватила руками шею дракона, запуская пальцы в блондинистую шевелюру и целуя будущего мужа. Пару фрикций, и Аод прокусывает отросшими клыками шею, закрепляя связь своей меткой.
В этот момент моя сила вырывается из меня потоком, устремляясь к дракону. Как же я испугалась! Буквально застыла, считая, что Тьма решила не принимать дракона в мои супруги и сейчас его убьет. Но нет. Похоже, она считает, как и я, дракончика очень милым и заботливым. А такой и самим пригодится, тем более жизнь у нас теперь длинная. Вот и поставила на Аоде точно такую же татуировку от локтя до запястья, как на Грифе. Сказать, что я была удивлена, значило промолчать. Единственного, способного разделить жизнь с чёрной магиссой, найти очень трудно. Некоторые так и не могут этого сделать. А у меня что? Два единственных в одном мире? Да это даже звучит бредово! Но вот он, стоит, удерживает меня на руках и сияет ярче новых монет. Всхлипнув, прильнула к Аоду, начав зацеловывать его лицо, а после припала к губам, передавая поцелуем всё, что пока не могу сказать вслух.
Ещё минута, и мы зашли бы с Аодом на второй раунд, но тут вмешался вампир, заявивший, что и сам желает попробовать такую конфетку. На душе было так хорошо и радостно, что я рассмеялась. Дракон же не стал спускать меня на пол, сказав, что тот всё же холодный, поэтому сделал несколько шагов в сторону кровати и положил на неё. Тут же рядом оказывается Антонис, склонившись надо мной и завораживая счастьем, что плескалось в его глазах. Я выгибалась мужчине навстречу, когда его губы начали порхать по телу. Извивалась и стонала, стоило ему оказаться между моих разведенных бедер, скользя языком по складочкам и помогая себе пальцами. Отвечала на поцелуи мужей и желала наконец-то соединить с моим вампиром.
Но моё желание было исполнено только, когда этот невыносимый мужчина довел меня до оргазма. Антонис вошел резко, закинув мои ноги себе на плечи и придерживая за бедра, и сразу же взял довольно быстрый темп. Наше дыхание сбивалось, я чувствовала, что долго не продержусь и скоро кончу во второй раз. Водя по каменным членам мужей руками, в какой-то момент поняла, что дико хочу их попробовать. Повернув голову в правую сторону, столкнулась с черными глазами Грифа и, хитро улыбнувшись, провела языком по розовой головке члена. Я думала, от меня убегут, оставив член в руке, как ящерецы свои хвосты, ей-богу! Настолько демон был шокирован, диким взглядом всматриваясь в моё лицо.
 
Улыбнувшись, повторила движение, а после вобрала головку полностью, посасывая и водя кончиком языка по уздечке. О-о-о, какой стон наслаждения мне достался в награду! Моего демона почти что трясло от возбуждения, а его рука непроизвольно легла мне на голову, поддерживая и невербально подсказывая, как лучше. Антонис от представленного зрелища, кажется, окончательно слетел с катушек, ускоряясь еще и заставляя меня содрогаться от скрутившего низ живота судороги оргазма. Пара резких и глубоких толчков, и я чувствую семя вампира внутри себя, а он сам с хриплым рыком приникает к моей шее и подставляет свою для укуса. Я не только прокусываю ему основание шеи, заявляя серьезные намерения на этого мужчину, но и окутываю его Тьмой, давая силе поставить на руке татуировку и связывая нас на вечность.
Быстро поцеловав в губы, вампир решил уступить место старшему супругу. Но я понимала, что для Грифа наше единение — это то, чем он не готов делиться даже перед побратимами. По крайней мере какое-то время точно. Ипостась просто-напросто не позволяла показывать то, как может любить демон свою душу. Его внутренний зверь желал единолично властвовать в сердце и разуме избранницы в такие моменты. Поэтому улыбнулась и встала на постели на колени, прижимаясь к Грифу и утыкаясь носом куда-то ему в грудь.
— У нас ещё есть время, душа? — вполголоса спросил Гриф, перебирая мои волосы.
— Да. Мы в безвременье, а здесь время течет по другим законам.
— Ну и хорошо. Тогда отдохни немного, но я думаю, никто не откажется услышать, как ты стала богиней Смерти. — хмыкнув, демон подхватил меня на руки, чтобы уложить на подушку головой и лечь рядом, подпирая голову кулаком и заглядывая с интересом в мои глаза.
— Ну вот такой необычный карьерный рост. — смешок вырвался помимо воли.
Но мужья слушали внимательно и действительно желали знать подробности. А может надеялись, что я просто так шутила в том зале приемов. И если вампир с демоном лежали по обе стороны от меня, то дракон решил сесть в моих ногах, перебирая пальчики и делая массаж. Было приятно и отчего-то успокаивающе, так что рассказ выходил легким и в какой-то мере сказочным. Ну действительно, в каком это мире нормально, чтобы богини от смертных рожали? Хотя чего говорить о Маре, когда я сама вообще троих смертных в мужья взяла. Гены, как говорится, никуда не денешь.
  
Глава 35
 
Во второй раз меня встречали с настороженностью. Но, видя моё счастливое лицо, многие подуспокоились. Показалось, или некоторые мужчины кинули благодарные взгляды на моих мужей? Зря. Не в том смысле, что благодарить нельзя. Нет, в какой-то мере даже необходимо. Потому что без снятия напряжения — куковать всем на пепле моей ярости. Сейчас я тоже злилась, но уже не так сильно и могла себя контролировать.
— Ну и с какой стати некоторые леди решили, что идти против слов жрицы Смерти — это именно то, чего так в жизни не хватало? — я посмотрела на эльфийку с человечкой потемневшим взглядом.
Мужья успели поведать, кто решил созвать сборище и устроить представление из важного мероприятия, на котором решался вопрос существования мира в целом, в условиях полного недоверия. Вот откуда они могли знать, что вместе с ними не прибудет кто-то из хаосистов?
— Простите, а вы — та самая жрица? — неуютно ёжась, поинтересовалась женщина лет шестидесяти на вид, явно старающаяся при помощи магии скрыть свой возраст.
Владычица людей Мирабэль была женщиной высокой и с пышными формами, но, кажется, очень этого стеснялась, так как носила платья, скрывающие её фикарную фигуру. Но очевидно, что делала она это зря. Ведь её мужья буквально поедали даму взглядами, когда она не видела. Неужели эти дуралеи не могут сказать жене, как она сексуальна и нравится им именно такой?