Жрица Смерти (СИ)

— Но почему? — растерялся вдруг вампир. — Разве леди не должна показать сопернице, что она сильнее?
— Он ненормальный только в вопросах отношений или по жизни такой? — задал риторический вопрос в пространство Гриф, складывая руки на груди. — Неужели ты думаешь, что Мишель будет биться с ребёнком? Неужели считаешь, что она должна доказывать свою силу? Мишель жрица. Она сильнейшая магиса с чёрным даром в этом мире. В конце концов, она взрослая женщина, знающая себе цену и принесшая в наш мир свой опыт прожитых лет. Серьезно считаешь, что ей интересен какой-то спор с малолетней выскочкой, когда впереди её ждет трудная, связанная со смертью работа? — с каждым словом демон всё ближе подбирался к вампиру, рыча от злости.
Но тут произошло то, чего никто и никогда не пожелает даже кровным врагам. По связи с истинной пришла боль. Такая сильная, что она поставила на колени даже бойца арены, что с малых лет пережил все её оттенки. Странно только, что и вампир упал рядом с нами, хрипя от боли. Но какого тогда сейчас нашей истинной? Самое страшное произошло через несколько минут, когда боль резко ушла. Казалось, мы одновременно перестали дышать, а в голове билась одна единственная мысль — Мишель умерла.
— Нет. Нет, нет, нет. Этого не может быть правдой. Она жива. Она жива. С ней всё хорошо. — твердил я словно молитву, стоя на четвереньках.
Внутри было пусто, как будто вытащили душу. Я хотел верить, что моя пара, моя Мишель жива, но разорванная связь уничтожала любую возможность на это. Дракон рвался в небо, чтобы подняться как можно выше и сложить свои крылья, но я всё ещё старался его сдерживать. И чуть было не отдал ему контроль, когда услышал смех демона. Какого..? Не-е, я, пожалуй, сначала уничтожу этого рогатого, потерявшего рассудок от потери пары, чтобы не оставлять в мире столь опасное существо. А потом можно и в полет отправиться.
  
Глава 33
 
Мишель
Просыпалась я медленно, с ощущением полного расслабления тела, будто весь день пробыла в салоне ведьм красоты. Словно стала моложе своих лет и легче лепестка. Но был и минус. Я слышала. Я слышала абсолютно каждый звук, издаваемый живым существом или же самой природой. Да мне казалось, что слышу даже магию, разлитую в воздухе! От этого становилось трудно, ведь было ощущение, что вот-вот оглохну.
— Великая, Мишель приходит в себя. — Я уверена, что Анку говорил как обычно спокойно, не повышая громкости.
Но сейчас для меня любой звук был громче в разы, и казалось, что он проорал каждый предлог прямо в мой бедный, раскалывающийся на части мозг. Впервые за столь долгое наше общение я подумала о том, как можно убить жнеца, если он и так как бы мертв.
— Тш! Дай ей прийти в себя окончательно. Тогда и говори. — Я понимала, что Мара сказала это шепотом, но звук был громким, как при обычном разговоре. Какой кошмар, однако.
На привыкание к постоянным звукам мира ушло примерно с час. Я тупо лежала на полу и осознавала, что почему-то никак не могу отключить эту мерзкую функцию организма и, кажется, придется жить с ней. Через пятнадцать минут меня начало бесить даже собственное дыхание, что уж говорить о пространстве в целом. Через полчаса я продумывала план о покупке самого дальнего острова, где смогу построить какое-нибудь подземное укрытие, где проведу остаток жизни. Единственное, о чем сожалела, что не смогу забрать туда своих истинных. Просто подумалось, что они будут находиться со мной рядом постоянно, что-то говорить, дышать, и поняла, что слишком их люблю, чтобы обрекать их на страшную смерть от руки истинной. А под конец часа поняла, что жить можно, да и прятаться не обязательно от всех, я смогу никого не прибить. Наверное.
— Ну как, лучше? — стоило открыть глаза, как тут же рядом появилась Мара, участливо интересуясь самочувствием и не хочу ли я пойти и устроить где-нибудь кровавую баню.
— Издеваетесь, Великая? Они же кричать там будут. — устало посмотрела на богиню.
— Можешь называть меня мамой, малышка. — расплылась она в улыбке.
 
— Сначала объясни всё девочке. — язык у Джазар заплетался будь здоров. Да и сама она уже не могла сидеть без поддержки, так что прижималась спиной к груди дракона. Время от времени он пытался отобрать у жены кружку с алкоголем, но та начинала шипеть похлеще змеи, и от нее отставали.
— Э-э-э… М-м-мм… Хм-м… — враз стушевалась Мара, смотря на всех поочередно растерянными черными глазами.
— Тц! Ну, Ма-ра, жнеца тебе в мужья! — растягивая слова, укорила Любовь Смерть. — Короче, слушай, раз мать твоя стеснительная такая! — поправив подол сиреневого платья, Зара похлопала рядом с собой, предлагая подползти под бочок, словно к доброй тетушке. Я этого делать не стала, за что на меня надулись. — Ты её родная дочь. Она родила тебя от смертного, твоего родного отца, с которым ты росла. И силу она твою запечатала, чтобы ты мир не угробила. Вот только в толк не могу взять, какого приворотного ты решила разрушать печати в безвременье? Мы ж могли это сделать где-нибудь в храме, а заодно очистили бы территории от хаосистов!
— Не только от хаосистов, но и от невинных существ. Мишель хоть и родилась от связи со смертным, но ей я передала большую часть своей силы. — Мара села возле меня, воссоздала на мне простое платье и, приобняв за плечи, прижала к себе, начав поглаживать по голове.
— Подожди, минуточку. — подняла Джазар указательный палец вверх, явно что-то прикидывая в уме. — Так. Мишель родилась за сто с лишним лет от нападения Кхорна на ваш мир. А значит, уже тогда часть силы была в твоей дочери и спала под печатями. Но тебе всё равно удалось победить Хаос на своей территории. А в Мишель — большая её часть… Девочки-и-и, а от этого мира хоть что-то останется, когда вы откроете охоту на Кхорна? — жалобно всхлипнула вдруг Любовь.
— Отставить сопли! Никогда ещё миры не страдали от моих рук, и сейчас подобного не произойдет! — тут Мара (или теперь всё же мама?) с сомнением посмотрела на меня и немного неуверенно продолжила. — А за Мишель вы проследите.
— МЫ?! — хором, прямо по-семейному как-то, воскликнули боги этого мира.
— Так ты же сама сказала, что хочешь ребенка. — Смерть подтолкнула в сторону Любви своё дитя. — Вот, люби, балуй, воспитывай и обучай.
— А ты? — возмущенно взвилась Зара.
— А мне теперь нельзя долго находиться рядом с Мишель, пока она не войдет в полную силу. Но не переживайте, я буду вас навещать.
— Подожди, что значит войдет в силу? Она чего, еще сильнее станет?! — в священном ужасе вскричала Любовь, смотря на меня как на тварь Мрака. Прародители же просто сидели пришибленными и на всё уже согласными, только бы от них отстали и дали увести жену от алкоголя, которым она запивала все новости.
— Она в детстве хотела души из Вместилища отправить в Пустоту, потому что те не могли с ней играть. — хмуро пробурчала Мара, а у меня прям подгорело.
— Не было такого!
— Да ты просто не помнишь! — отмахнулась от меня… мать.
Ну, теперь хотя бы было найдено разумное объяснение, почему при первом моём появлении в Вместилище душ некоторые от меня шарахались. А я-то думала, что это души нарушивших равновесие мира и устраненных другими жрицами. А это они, видимо, просто меня помнили.
— Так, стоп! Вы тут печать разрушили, меня богиней сделали, а дальше-то что? У меня там муж вообще-то дома остался, истинный с незакрепленной связью ходит, и что, я теперь не могу с ними быть? — о том, что я чья-то там дочь, можно подумать и позднее. Где-нибудь в уютном кресле, смотря на закат и потягивая из графинчика литра на три успокоительное.
— Да в принципе сможешь. И с обычными смертными рядом пока тоже можешь жить, но потом вам всё же придётся уединиться. Твои истинные смогут принять новую тебя и быть рядом, но к остальным это не относится. Уже сейчас тебя могут начать бояться. — переглянувшись, боги безразлично пожали плечами, но ответил, как ни странно, мне Прародитель вампиров Артем, смотря при этом с сочувствием.