Жрица Смерти (СИ)

  
Глава 32
 
Путешествие по тропам Тьмы дало наполнить резерв и привести мысли в порядок. Гриф с Аодом прощались со мной, будто провожали на войну. Да и лорд Антонис смотрел не проще. Лорды волновались, но, скорее, больше оттого, что им всё ещё трудно до конца принять, что в теле их дочери теперь взрослая, самостоятельная душа, за которой не нужно следить. Одни Владычица и глава рода были спокойны. Я бы сказала, что леди выпили успокоительного, но в этом мире оно только на спирту, а значит, одной из них точно этого нельзя.
— Ну наконец-то! Вы бы ещё век добирались! — стоило моей ноге шагнуть в зал, отделанный золотом, как сразу же услышала возмущение своей Покровительницы и предпочла склониться, здороваясь, выказывая уважение и прося прощения одновременно. — Мишель, издеваешься, да? Разве так встречают мать после долгой разлуки?!
Не поняла претензии. А как мне ещё встречать свою богиню? Или она допилась до состояния злости и необоснованных обвинений? Тьма моя колыбель родная! Тогда, наверное, стоит переключить её внимание на Кхорна. Она братца в таком состоянии в бараний рог скрутит, перевяжет бантиком и отправит папочке Демиургу.
— Мара, ты дура! — пьяненько хихикая, укорила Смерть Джазар.
Да что здесь вообще происходит? Я-то шла сюда за нагоняем, а в итоге? И голову ведь не могу поднять, чтобы узнать, что, Мрак дери, творится у богов, когда мир катится в Пустоту.
— Ну откуда девочке знать, как встречать мать, когда она об этом даже не знает!
Всё, у меня окончательный ступор. Но раз я не могу поднять голову, чтобы оценить картину происходящего, то повернуть-то её в сторону неушедшего Анку способна!
— Не спрашивайте, Верховная, скоро сами всё узнаете. — почувствовав мои эмоции, с тяжёлым вздохом ответил жнец.
— Где Прародители? — поинтересовалась громким шёпотом.
— Сидят. Грустят. Боятся. — перечисли мне равнодушно их состояния.
— Да разогнись ты уже! — потребовала Мара, подходя почти вплотную. — Де-во-чка мо-я-я!!
Клянусь Тьмой, еле удержала тело на месте, чтобы не шарахнуться подальше от столь необычной Великой. Я впервые за столько лет служения видела её в подобном состоянии. Да, она обнимала меня раньше, но никогда не делала этого так — словно и правда обнимала родное дитя от плоти и крови своей.
— Я тоже рада вас видеть, Великая. — с растерянностью и неуклюжестью похлопала богиню по спине. — Анку сказал, что вы желали меня видеть. Это из-за Кхорна или души эльфа?
— Что? Ой, да плевать на них всех, Мишель! Одного я выпорю и отправлю из этого мира пинком, а второго всё равно ждала смерть, и не так важно, от чьей руки. Это даже хорошо, что его ты убила. А то у меня Любовь тут рвалась его за уши оттаскать! — весело засмеялась бледнокожая девушка лет двадцати на вид.
— Но…
Я переводила взгляд с одного Прародителя на другого, желая хоть каких-то объяснений — всё же они были единственными трезвенниками в этом помещении. Но они сидели вдоль стены на мягких подушечках и понуро смотрели вдаль. Наверное, искали в нем ответы, почему судьба свела вместе двух богинь, любящих алкоголь. И если сейчас не услышу объяснений странному поведению Смерти, то вполне могу присоединиться к ним.
— Ну чего мы стоим-то? Пойдем, пойдем к нам за стол! Мне столько нужно у тебя узнать! Джазар тут шепнула, что нашла твоего единственного. Я хочу услышать подробности вашего воссоединения! — радостно захлопала Мара в ладоши.
Схватив за руку, богиня потащила меня к низкому столику, уставленному тарелочками с закусками и большим количеством бутылок. Часть из них, к слову, была пуста. Надавив на плечи, в принудительном порядке меня усадили на подушечку, лежащую на полу. Вечная приветственно помахала рукой. Я ответила кислой улыбкой. Но блондинка с глазами цвета лазуритов только рассмеялась. Ясненько, Джазар у нас на веселе, а значит, ещё не так пьяна. И, кажется, я начинала осознавать, почему её мужья боятся. Когда жена не просто леди, обремененная властью, а настоящая богиня, то хочешь не хочешь, а страх просыпается в каждом здравомыслящем существе.
 
— На! — Мара протянула пивную кружку, до верха наполненную… виски? Умереть не встать. Причем в прямом смысле слова. Хотя… Великая столь добросердечна, что по-любому поднимет. — Чего смотришь? Пей! — сделала несколько глотков. — Вот, молодец. А теперь и поговорить можно!
— О душе эльфа и моём наказании? — уточнила.
— Нет, конечно. Дело сделано, душа скоро отправится на круги перерождения. Нам нужно поговорить о том, как быть дальше. Я не могу взять под покровительство ещё один мир, а свободных сестер, способных занять это место, нет. — Мара подняла свою кружку и в несколько глотков её осушила.
— И как быть? Из этого мира придётся переселяться? — нахмурилась, видя только один вариант решения.
Но найти мир, способный принять столько существ, не так просто. К тому же большая часть населения — это мужчины. А лишних самцов на чужой территории никогда не жаловали. Вот самочкам — да, им всегда рады, ведь они способны дать потомство.
— Зачем? У меня есть дочь, и я хочу передать мир под её юрисдикцию. — глаза Смерти хитро заблестели.
— Дочь? Великая, так чего же вы раньше молчали, это же радость! Примите мои поздравления! — я радостно воскликнула и хотела было вскочить на ноги для более громких поздравлений, но меня удержали, опустив костлявые ладони на плечи.
— Верховная, такие новости лучше слушать сидя. — раздался над головой голос Анку.
— А она справится? — вдруг усомнилась в дочери Смерти Джазар, смотря при этом на меня.
— Справится. — уверенно сказала Мара, тоже почему-то смотря на меня.
— Вы хотите, чтобы я стала её последовательницей, Великая? — поняла я их взгляды, а Любовь вдруг ударила себя рукой по лбу.
— Пожалуйста, скажи мне, что она у тебя просто наивная, а не дура. — со слезами в голосе взмолилась Джазар и в расстроенных чувствах в несколько глотков осушила кружку.
— Спокойно, Зариш, сейчас всё будет! — успокаивала её Мара. А я смотрела на них и не понимала, что происходит. — Мишель, сейчас будет больно. НО! Потом будет хорошо, и мы сможем поговорить. Обещаю. — уверенно улыбнувшись, Великая встала на ноги, совсем немного покачнувшись, и зашла мне за спину.
— Великая, может, не стоит сейчас?
Неуверенно предпринял жнец попытку остановить Смерть от чего-то. Но кто может противостоять смерти? Тем более когда она идет к своей цели. Тем более делая это не в самом трезвом состоянии рассудка. У Анку изначально не было и шанса как-то остановить Мару. Так что вскоре моё платье и нижнее бельё осыпались пеплом, а спина в районе лопаток буквально взорвалась дикой болью.
— Связь! Связь перекрой, дура!! — панический крик Любви был последним, что я услышала перед отключкой.
Аод
Мы все волновались за Мишель. Кто-то старался этого не показывать, а кто-то — как мы с демоном, например, — не могли усидеть на месте и всё рвались что-то делать, только бы занять чем-нибудь мозг помимо мыслей о том, что могут сделать с истинной боги. И поначалу у нас это выходило. Сплотившись и найдя общие темы для разговора, мы с Грифом распределили подопечных нашей истиной по комнатам. Тех, кто чувствовали себя полегче, решили отправить заниматься физическими упражнениями, разгоняя кровь по организму. А после и сами к ним присоединились, больше не находя сил сидеть и делать вид, будто всё в порядке.
Всё это время рядом был Антонис и мозолил глаза. Я задавался вопросом, что он здесь до сих пор делает, если он близок с той вампиршей? Но в какой-то момент я всё же не выдержал и спросил об этом в лоб.
— Мои отношения вас не касаются. — жестко осадил меня ректор, оскалив клыки. В следующий миг он расслабился, даже улыбнулся, но голос был серьёзный. — Так бы я ответил любому существу. Но не вам. Потому что хочу стать частью вашей семьи и быть рядом с Мишель.
— А как же та леди? — демон-ревнивец посмотрел на Антониса расчленяюще. — Мишель сказала, что не собирается биться за мужчину, у которого уже есть девушка, способная бросить ей вызов. Ты уверен, что если сможешь заинтересовать мою жену, та вампирша отступится?