"Фантастика 2025-102". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

Наконец, прогремел выстрел, пуля чиркнула по борту «Йоркшира» совсем рядом с лотовым, но тот дёрнулся от испуга и вывалился за борт, отчаянно вереща и хлопая руками по воде.
— Дьявол! — выругался Эмильен, но я хлопнул его по плечу.
— Отличный выстрел! — воскликнул я. — Так даже лучше вышло!
— Дерьмо… — проворчал буканьер, принимаясь перезаряжать мушкет.
На «Йоркшире» началась суета, упавшего матроса начали вылавливать из воды, и в этот момент барк качнулся, крепко вставая килем на песчаный бугор, и остановился. Две кулеврины снова пальнули по нам, и один снаряд врезался в нашу корму, туда, где находилась моя каюта, но это был жест отчаянного бессилия со стороны англичан, и не более.
    
Глава 24
 
Мы вышли из тесного пролива, обогнули Нью-Провиденс и отправились обратно на юго-восток вдоль гряды Багамских островов. Шхуна без части балласта теперь переваливалась с одного борта на другой, будто косолапый медведь, и я почувствовал, что меня снова мутит. Главное теперь, чтобы не испортилась погода, иначе случайный шквал сможет запросто перевернуть корабль килем кверху.
Я посадил троих пиратов шить мешки из парусины, чтобы набрать песка на каком-нибудь из близлежащих островов, но до них ещё нужно было дойти. Свежий ветер наполнял паруса, и если бы балласт был на месте, мы могли бы прибавить ещё, но без него мы всё-таки опасались идти под всеми парусами.
Всё-таки многие из нас ещё не успели стать настоящими морскими волками, просоленными и суровыми, большинство до сих пор оставалось сухопутными людьми. Рисковать лишний раз никому не хотелось.
Я сидел прямо на палубе, под фок-мачтой, в тени косого паруса, закрывающего меня от палящего солнца, низко склонившись над картой. Работать в каюте я пока не мог — Жорж устранял там последствия прилетевшего ядра, и из каюты то и дело доносился стук топора и ругань вполголоса.
Нужно было решить, куда мы направляемся теперь, нужны были люди в команду, иначе любая наша авантюра будет обречена на неудачу. Только если мы не примемся грабить рыбацкие баркасы и индейские каноэ. На большее у нас просто не хватит людей. Команды с трудом хватало даже на то, чтобы нести две вахты по очереди, по четыре часа каждая, и я понимал, как это утомляет. Пираты пока не роптали, но я всё-таки замечал, что их недовольство растёт.
К тому же, раненые, а это были Кристоф, Себадуку и Муванга, выпали из расписания и не могли исполнять свои обязанности. Разве что самые простые, не требовавшие физической нагрузки, вроде сидения в вороньем гнезде или несложного наведения порядка.
Так или иначе, новые люди были нужны как воздух. Особенно, если я и впрямь собирался искать капитана Гилберта. Изначально я намеревался разузнать про него в Чарльстауне, но проклятый барк спутал мне все карты, и мы снова были в тупике, а время стремительно утекало. Я понимал, что не прощу себе, если по моей вине с девочкой что-то случится. На её отца было наплевать, а вот малышку Эллин будет жаль.
Самый близкий порт, в котором можно было бы набрать команду, был на Тортуге, но возвращаться туда пока было рано. Иначе это будет выглядеть так, будто мы приползли обратно с поджатым хвостом, как побитые собаки. Испанские поселения на Кубе и Испаньоле по понятным причинам нам тоже не подходили. Так что нужно плыть к Наветренным островам, там есть голландские и французские колонии, из которых не придётся убегать, как из Чарльстауна. Других вариантов нам не оставалось, и я снова ощутил себя не охотником, а добычей, волком, которого старательно гонят на флажки. А в конце будет стоять Джон Гилберт с ружьём.
Можно было бы сделать ход конём и повернуть к Бермудам, но с нашим знанием навигации мы могли бы легко пройти мимо них и очутиться в открытом океане за тысячи миль от берега. К дальним плаваниям «Орион» точно не был готов.
Поэтому, кроме Наветренных островов, вариантов больше не оставалось. Там и шансов повстречать Гилберта гораздо больше, чем здесь, возле Кубы и Испаньолы.
Из тягостных мыслей меня вырвал Жорж.
— Кэп… Там это… Готово, короче, — пробубнил он. — Принимай работу.
Я поднялся, собрал карты с палубы, так и норовившие вырваться из рук вслед за порывами ветра, оглядел уставших матросов. Да, долго так путешествовать не выйдет. Я вдруг ощутил себя чертовски плохим капитаном, совсем никудышным, но тут же постарался отбросить эти мысли. Может, на корабле и найдётся капитан получше, но лучше не доводить дело до выборов нового капитана. Так что нужно взять себя в руки и соответствовать. Как говорил Ильич, учиться, учиться и учиться.
— Показывай, — хмыкнул я.
Жорж, откровенно говоря, был весьма туповат, но зато стрелял без промаха и кулаком бил словно кувалдой. Как выяснилось, плотничал он тоже неплохо. Я вошёл в тесную каюту, где светлыми пятнами пестрели свежие доски, оценил работу. Английский снаряд пробил всего пару переборок и хлопот доставил не так много, но если бы я находился здесь во время залпа с «Йоркшира», то мне бы точно не поздоровилось.
— Молодец, Жорж, — сказал я. — Отправь малого сюда, пускай щепки все уберёт.
— Да я чего, сам… Пускай он… — сказал Жорж.
Я пожал плечами, мне, в общем-то, было без разницы. Лишь бы было чисто. Я убрал карты в ящик стола и вышел, чтобы не мешать. «Орион» так и переваливался по волнам, будто какой-нибудь кургузый флейт, а не изящная шхуна, и я вспомнил, что на кораблях из металла в качестве балласта закачивают воду насосами. Мелькнула идея сделать так же, но я быстро понял, что это плохая идея. На стальных монструозных судах двадцать первого века воду закачивают в специальные цистерны, а здесь мы сможем только открыто залить её в трюм, и она точно так же будет плескаться, никак не способствуя устойчивости. Да и матрос с помпой это не электрический насос.
Значит, пора снова идти к берегу. Тоже рискованно, если «Йоркшир» снялся с мели и на всех парусах мчится за нами. Засел он, конечно, крепко, но ему будет помогать весь посёлок, ведь сел он у всех на виду. Позор для капитана, конечно. Я даже надеялся втайне, что он от такого позора застрелился в каюте, но особо не рассчитывал на такой исход.
Резкий порыв ветра едва не сорвал с меня шляпу, я еле успел удержать её на голове. Волна ударила в борт, шхуна покачнулась, паруса несколько раз хлопнули, заполоскали, и боцман разразился порцией отборного мата. Неприятно. «Орион» увалился под ветер, паруса снова наполнились, хоть нам и пришлось немного изменить курс.
Я огляделся по сторонам, на небе не было видно ни единого облачка, пронзительно голубое небо простиралось во все стороны. Но каким-то внутренним чутьём я понимал, что погода меняется, и может поменяться в любой момент кардинально. Лучше бы нам разжиться балластом как можно раньше. Мы понемногу приближались к берегу очередного безымянного островка, поросшего пальмами и низким кустарником, согнутым от постоянных ветров и прокатывающихся над островом ураганов.
Подходить совсем уж близко к берегу я не рискнул. Шхуна остановилась в полукабельтове от острова, а если говорить по-сухопутному, то в сотне метров, около того. «Ориона» поставили носом к ветру, чтобы минимизировать качку, паруса убрали. На якорь вставать я тоже не решился, на случай, если нам вдруг придётся быстро сматываться.
— Шлюпку на воду! Четверо добровольцев со мной, остальные ждут на борту! — приказал я.
Парусиновых мешков нашили с запасом, все имеющиеся лопаты положили в шлюпку. Нужно было действовать быстро, и со мной вызвались Эмильен, Адула, Гастон и Андре-Луи. Мальчишку я думал сперва оставить на борту, но потом понял, что особой разницы нет, так что пусть копает. На всякий случай взяли оружие, Эмильен взял мушкет, а я нацепил перевязь с пистолетами, если вдруг какая-нибудь дикая зверюга вздумает нами отобедать.
  
Море довольно сильно волновалось, пенилось, поднималось вверх мелкими брызгами и водяной пылью. Мы спустились в шлюпку один за другим, Адула с Гастоном взялись за вёсла, все остальные сидели на банках, хватаясь руками за борта, когда очередная волна подкидывала нас на своём гребне.