Осколок Демиурга. Пробуждение (СИ)

Селена наблюдала за всем этим с выражением, которое было трудно прочесть. Наконец, она сделала шаг вперёд.
— Я должна признаться, — сказала она с лёгкой улыбкой, — что изначально следила за тобой по поручению отца. Дом Вер давно интересуется артефактами Демиургов. Но теперь... меня гораздо больше интересует то, что ты планируешь делать с этим миром. Властью, которую ты, возможно, обретёшь здесь.
  
Я посмотрел ей прямо в глаза:
— Я не стремлюсь к власти ради власти, Селена. Я хочу восстановить равновесие, вернуть гармонию, которая была нарушена. А что ты хочешь?
Селена выдержала мой взгляд.
— Я хочу быть частью чего-то значимого. И если восстановление равновесия изменит мир к лучшему... я с тобой.
Я кивнул и повернулся к входу в хранилище.
— Тогда идёмте. То, что нас ждёт внутри, может объяснить прошлое и помочь определить будущее.
Мы вошли в спиральный коридор, и проход за нами закрылся, снова став цельной кристаллической стеной.
Спуск по спиральному коридору казался бесконечным. Стены, выполненные из неизвестного материала, переливались и пульсировали, словно живые. По мере продвижения вниз, я ощущал, как всё больше воспоминаний возвращается ко мне — словно хранилище помогало моему сознанию восстановить утраченные фрагменты.
— В этих стенах, — сказал я, проводя рукой по гладкой поверхности, — хранится история всего мира до Затмения. Демиургическая технология позволяла записывать не просто информацию, но и впечатления, эмоции, даже фрагменты реальности.
— Эти... линии, — произнесла Лириана, указывая на светящиеся узоры на стенах, — они похожи на руны, но я не узнаю символы.
— Это Язык Творения, — пояснил я. — Оригинальная форма рун, используемых сейчас Домами. Каждый символ содержит концепцию, идею в чистом виде. Система Домов исказила их значение, превратив инструменты гармонии в знаки власти.
— Руна Каз, — проговорила Селена, указывая на один из символов, — в современном мире символизирует контроль и доминирование. А каково её истинное значение?
— Структурирование, — ответил я. — Создание формы из хаоса, придание порядка потоку энергии — но не для контроля, а для гармонизации. Дом Каз взял лишь часть концепции и исказил её до неузнаваемости.
Спиральный коридор завершился просторной круглой палатой с высоким потолком. В центре комнаты находился кристаллический постамент, поверхность которого представляла собой сложную рельефную карту.
— Это... — выдохнула Лириана, подходя ближе.
— Карта Многомерья, — подтвердил я, — или того, каким оно было до Затмения. Система связанных миров и измерений, поддерживаемая энергетическими потоками.
Я коснулся постамента, и карта ожила — над рельефом появилось многомерное голографическое изображение, показывающее сложную структуру миров, соединённых светящимися линиями.
— Потрясающе, — прошептала Селена, рассматривая голограмму. — Наш мир — лишь часть гораздо большей системы?
— Был частью, — кивнул я. — Затмение разорвало большинство связей. Миры, которые прежде были соединены, теперь изолированы друг от друга.
Я провёл рукой над постаментом, и изображение изменилось, показывая тот же регион, но с множеством разрывов и искажений в структуре.
— Вот что стало с Многомерьем после катастрофы, — сказал я. — Некоторые миры исчезли полностью, другие деформировались до неузнаваемости. Наш мир, — я указал на одну из центральных сфер, — потерял связь почти со всеми соседними измерениями и сильно пострадал от вторжения энергий Бездны.
— Бездна? — переспросила Нила. — В преданиях моего народа говорится о "месте-которого-нет", откуда приходят кошмары и искажения. Это оно?
— Да, — подтвердил я. — Бездна — измерение чистого хаоса, существовавшее ещё до появления Демиургов. Мы создали барьеры, отделяющие упорядоченные миры от Бездны, но Затмение разрушило эти барьеры. Энергии Бездны хлынули в структурированную реальность, искажая всё, с чем соприкасались.
Лириана пристально смотрела на карту.
— Это объясняет многое... Магические аномалии, Культисты Бездны, даже появление Измененных — всё это последствия вторжения чужеродных энергий.
— Именно, — кивнул я. — И эти энергии продолжают просачиваться в наш мир. Трещина Небосвода, которую изучает Нила, — один из каналов такого вторжения.
Я подошёл к одной из стен палаты, где располагались семь ниш, содержащих различные артефакты.
— Эти предметы я оставил здесь перед Затмением, предчувствуя возможную катастрофу. Они помогут нам в том, что предстоит сделать.
Из первой ниши я взял серебристый диск с концентрическими кругами рун.
— Компас Многомерья. Он поможет находить точки соприкосновения между измерениями, места, где барьер между мирами тоньше всего.
Из второй ниши достал небольшой кристалл, пульсирующий внутренним светом.
— Хранитель Памяти. Содержит часть моих воспоминаний и знаний о демиургических технологиях.
Третья ниша содержала изящный кинжал с лезвием из неизвестного материала.
— Клинок Разделения. Способен рассекать саму ткань реальности, создавая проходы между измерениями.
Из четвёртой ниши я извлёк небольшую сферу, которая, казалось, содержала в себе миниатюрную галактику.
— Сфера Гармонизации. Стабилизирует энергетические потоки и помогает противодействовать влиянию Бездны.
В пятой нише лежал свиток, изготовленный из материала, похожего на металл.
— Карта Хранилищ. Указывает расположение других моих убежищ, разбросанных по миру.
Шестая ниша содержала тонкий обруч, усеянный крошечными кристаллами.
— Корона Восприятия. Расширяет сознание носителя, позволяя видеть энергетические потоки и скрытые аспекты реальности.
Из последней, седьмой ниши, я достал маленькую шкатулку.
— А это... — я на мгновение замолчал, — фрагмент моей истинной сущности, который я сохранил здесь перед заточением. Он поможет мне восстановить часть сил.
Я открыл шкатулку, и оттуда вырвался поток ослепительного света, который окутал меня. Женщины отступили, закрывая глаза руками от нестерпимого сияния. Когда свет угас, передо мной стояли те же спутницы, но что-то во мне изменилось — мои глаза теперь светились внутренним серебристым светом, а вокруг тела словно пульсировала тонкая аура.
— Теперь я могу лучше контролировать энергию этого тела, — произнёс я голосом, который звучал одновременно из моих уст и отовсюду вокруг. — Но это лишь малая часть моих прежних способностей.
— Что ты планируешь делать дальше? — спросила Селена, внимательно наблюдая за моим преображением.
— Сначала мы должны изучить информацию, хранящуюся здесь, — ответил я, указывая на другой проход, ведущий из центральной палаты. — В этом хранилище содержатся записи о событиях, предшествовавших Затмению, и о причинах катастрофы. Затем... — я обвёл взглядом своих спутниц, — мы должны найти другие хранилища и восстановить защитные барьеры в ключевых точках мира. Трещина Небосвода расширяется, и это лишь первый признак грядущей опасности.
— Ты говоришь о новой катастрофе? — напряженно спросила Лириана.
— Бездна никогда не прекращает своих попыток поглотить структурированную реальность, — ответил я. — Без надлежащей защиты мир будет продолжать разрушаться, пока не наступит новое Затмение, которое может уничтожить всё.
В этот момент хранилище слегка содрогнулось, и по стенам пробежала рябь.
— Что это? — встревоженно спросила Нила.
Я быстро вернулся к карте и активировал её заново. На изображении появилась пульсирующая красная точка на границе территории, где находилось хранилище.
— У нас гости, — произнёс я мрачно. — Наше пребывание здесь не осталось незамеченным.
  
— Культисты? — предположила Селена, инстинктивно проверяя свои защитные амулеты.
— Нет, — покачал я головой, всматриваясь в карту. — Что-то другое... что-то, связанное с Домом Каз.
— Виктор, — выдохнула Лириана. — Или его кузен Алексис. Они не могли просто так отпустить нас.