Повседневная жизнь фермера в мире монстродевушек (СИ)
— А-а-ам!
Помогая себе левой рукой, Арина бодро ласкает себя правой. Как я и говорил, это занятие ей нравится куда больше, чем обычный секс — она вдруг закатывает глаза и чуть ли не выстреливает в землю направленной струйкой. Время первого оргазма. Терпеливо жду продолжения и оно не заставляет себя долго ждать. Арина быстро приходит в себя и, как ни в чем ни бывало, продолжает процесс. Травка под ней стабильно и мощно удобряется до тех пор, пока я в свою очередь не открываю крантик, позволяя себе восполнить запас утраченной жидкости.
— М-м-м! Вкусна!
Я уже смирился с тем, что девушки считают мое семя вкусным. Не буду же я его сам пробовать в конце концов! Впрочем, сам вижу, что оно изменилось. Во-первых, его стало больше. Во много раз больше. Я прям ощущаю, как во время оргазма во мне опустошается некий резервуар, типа мочевого пузыря, только немного-по-другому. Не знаю, как описать. Во-вторых, сама сперма стала более чистого, светлого оттенка и в самом деле напоминая консистенцией сметану или йогурт. Может быть, это связано с моей прокачкой. Може, из-за воздействия маны на мой организм, кто знает? В любом случае сдавать анализы в земной поликлинике я не тороплюсь, а больше меня ничего не беспокоит. Даже если в моем теле вырос новый орган, отвечающий за улучшенное семя, то мне как-то все равно. Главное, чтобы не появилась третья рука или придется жрать антимутаген в больших дозах…
Арина, аккуратно вытерев лицо припасенным платочком, сбрасывает с себя кожанку, оставшись в чем эльфийская мать родила, и поворачивается ко мне задом, разводя ягодицы руками в стороны. Тут и спрашивать не надо — остроухая снова хочет в другую дырочку, а значит, мне придется основательно потрудиться. Хорошо, перекусить успел…
… — Чего вы так долго⁈
Чана делает вид, что обижается, хотя на самом деле, ей все равно. Главное — она получила свое. Причем — первой. Эльфийка без сил валится на траву, умоляя дать ей полчасика на восстановление сил. Да и я сам чувствую, что нам всем не помешает отдых.
— Хорошо, — соглашаюсь с желанием Арины. — Всем отдыхать до вечера. Чана! Поставь охранные чары, а я выставлю сонар на нарушение периметра. Пойдем ночью. Если ничего не изменится, через пару часов выйдем к лагерю. Так будет даже лучше.
Зайка кивает, вставая и направляясь к деревьям. Сейчас она наколдует несложное охранное заклятье, а я сделаю нечто похожее, только с куда большим радиусом. Разница в том, что нарушитель отдаленных границ будет засечен только мной, а вот звон от чар услышат все. Ложимся отдыхать. Впереди нас ждет настоящее испытание…
* * *
«Я тень! Я ужас, летящий на крыльях ночи! Я жвачка, прилипшая к твоему ботинку! Я вросший ноготь на ноге преступного мира! Я…»
— Чш-ш-ш! Магнус! Можешь ступать тише⁈
— Я…
— Да че мы крадемся? Его доспехи как факел!
— Да я…
— Иди назад! Мы тебя позовем!
— А я…
— Тихо!.. Извините милорд архимаг, но Чана права — вы нас здорово светите…
Пришлось поступиться принципами лидера и руководителя и пропустить вперед девчонок. Мало того, что я нихрена не видел в темноте без включенного сонара, так еще и светился как новогодняя елка. Мой загадочный доспех «зарядился» солнечным светом под самый край и теперь качественно исполнял свою вторую особенность — освещал мне путь. Вот только сейчас это было лишнее. До лагеря работорговцев оставалось десять-пятнадцать минут ходьбы. Мы давно уже шли мимо вырубленных деревьев, рискуя вот-вот столкнуться с караулом или выставленными часовыми ублюдков. Зато девчонки шли совершенно бесшумно. Чане помогало ее врожденное зрение, а эльфийка… Молчу, молчу.
Как я ни старался соблюдать тишину, все равно под моими ногами что-то хрустело, пищало, хлюпало, словно через лес пер носорог. В конце концов я плюнул и пошел ровно. Вроде даже тише. Но не успел сделать и пары шагов, как передо мной из темноты возникла Чана.
— Пришли! — шепотом произнесла она, прижимая палец к моим губам. — Меньше слов, действуем, как договорились!
«Часовые?» — одними глазами спросил я.
Девушка, поняв мой безмолвный вопрос, быстро провела рукой по горлу. Что же, меньше проблем. Протянув мне руку, она повела меня наименее шумным путем на ближайшую опушку. Уже восходя на нее, услышал плач и стенания рабов, несмотря на глубокую ночь и сердце мое словно сжали ледяными когтями! Лапка зайки тоже непроизвольно сжалась, а дыхание стало прерывистым. Похоже, она едва-едва себя контролировала. И все же сдерживалась от необдуманных действий. И верно. Мы должны были действовать так, как уже неоднократно проверили свою слаженность командной работы в подземелье. Действовать так, как уже не раз чувствовали друг друга. Хотя, стоило мне приподняться на холме и окинуть место взглядом, как я едва сам не кинулся с катаной наголо на противника! А чего стоило Чане сохранить самообладание⁈
Внизу перед нами раскинулся лагерь работорговцев. Сам по себе он выглядел достаточно просто: с десяток грубо поставленных палаток, отдельно стоящие за небольшим частоколом тягловые животные, большой костер в центре. И клетки.
Много клеток. Много переполненных клеток, в которых виднелись темные силуэты. Охрененно много клеток! Я невольно прикинул и вышло так, что их количество в два раза превышало число телег, стоящих с краю лагеря. Как это понимать⁈ Почему так много рабов, если Чана говорила о двух десятках клеток⁈ Да их тут штук сто!
Ушастая адруг дернула меня за рукав, показывая в сторону. Напрягся, чувствуя некоторое изумление и ужас. Из крайней огромной палатки вылезла нечеловечески огромная туша, которая отошла за угол, встав в позу опорожнения мочевого пузыря.
— Орки! — прошептала Чана. — Но почему⁈ Как? Они же безмозглые твари!
— Ты многого не знаешь подруга.
Арина легко спрыгнула с дерева, не издав ни малейшего шума, и присоединилась к нам.
— Орки давно уже идут на контакт с людьми, — прошептала она. — Самые умные работают в трактирах или охране. А другие не гнушаются работать с торговцами живым товаром. Им все равно, лишь бы платили. А учитывая, что работорговцам плевать на целостность собственного товара, любят насиловать рабынь. Наверное, тебе повезло сбежать до их прихода. Наверное, они и привезли столько новых жертв…
Разговоры стихли. Пришло время действовать. Последний раз обращаюсь к девушкам.
— Все как всегда. Чана — на тебе обстрел и поддержка. Только не задень клетки. Арина — ты все знаешь сама. Действуй по ситуации.
— А орки? — доносится испуганный шепот Чаны. — они ведь куда сильнее людей?
Поглаживаю нагретый от ожидания битвы Экскалибур в виде молота.
— Думаю, они не сильнее тех монстров, с которыми мы уже сталкивались!
— И то верно! — кивает Арина. — Куда им до Короля!
Активирую все умения, щиты, абилки. Проверяю работающие умения, ауры, боевые активные и пассивные навыки. Наконец, ощущая себя неуязвимым танком, набираю в грудь побольше воздуха, и несусь со всех ног по пологому склону, еще больше набирая скорость прямо в лагерь! Сначала хочу пронестись по палаткам, задавив гадов спящими, но быстро понимаю, что могу подавить и несчастных рабов, коим не повезло в эту ночь оказаться возле хозяев. Потому чуть меня направление и несусь прямо в орка, которому приспичило поссать перед смертью.
— Р-р-ра-а-а-а-а!
Все же меня пробивает на боевой вопль как раз перед тем, как катана сносит опешившему врагу голову. Я почти не почувствовал сопротивления, но даже не обернулся посмотреть, как падает туша первого сраженного мной врага. Активирую вопль берсерка, мельком оглядываясь вокруг. Вижу, как из всех палаток ко мне бегут полуодетые, недоразбуженные спотыкающиеся работорговцы и наемники. Некоторые даже без оружия. Они все еще действуют бессознательно, повинуясь инстинктам и привычкам. «Вопль берсерка» заставляет их забыть обо всем на свете и кидаться на меня, как на самого заклятого врага. Одновременно с этим скорее чувствую, чем слышу мелодии Арины: боевой марш, ода выносливости и прочие, которые потоком падают на меня сверху, ласкают уши и облегают тело. Чувствуя себя уже не просто танком, а управляемой ракетой, несущей смерть и разрушение всем сволочам вокруг. Останавливаюсь и стряхиваю с катаны зеленую орочью кровь.