Опасная игра леди Эвелин (СИ)

«Я рассказал лишь потому, что не хочу, чтобы подобные вещи вы выясняли обходными путями за моей спиной» — в памяти всплыли его слова.
Попытаться стоит, выслушать его отказ я всегда успею.
Мистер Эшкрофт приехал вечером, опоздав к ужину на полчаса. Мы сидели за столом вчетвером: лорд Беркли, сестра Агнета, Мэтью и я. Появление мистера Миллера стало для меня сюрпризом. Кажется, он прибыл, чтобы вместе со своим нанимателем посмотреть на запутанное дело под иным углом, но, судя по тому, каким безрадостным выглядел граф, успеха они не достигли.
  
В напряженной атмосфере, что царила за столом, любопытничать не хотелось, и я решила, что придержу свои вопросы.
Но Беркли заметно оживился, когда дворецкий Хилл объявил о прибытии мистера Эшкрофта. Пока мужчины приветствовали друг друга, поднявшись со стульев, я украдкой оглядела гостья. Выражение лица у него было таким же кислым, как у графа.
Увидев меня, он замялся и откашлялся.
К такой реакции я уже тоже начала привыкать.
— Проходи, садись. Выпьешь что-нибудь? — Беркли попытался проводить гостя к столу, но тот резко мотнул головой.
— Сперва поговорим. С глазу на глаз, — сказал напряженным голосом.
Они обменялись взглядами, суть которых мне была неясна, затем граф кивнул.
— Конечно. Идем.
И спешным шагом они вдвоем покинули столовую.
  
Глава 24 
 
Граф Ричард Беркли
— Разве леди Эвелин не должна была покинуть твой особняк?..
Я смерил Эвана пристальным взглядом. Прошло совсем немного времени, и я еще не успел поделиться с ним последними новостями.
— Мы помолвлены.
—Что?..
Он был так удивлен, что застыл посреди кабинета, широко раскинув руки.
— Это шутка?
Я хмыкнул.
— Нет. Она собиралась уехать, искала работу гувернанткой, успела даже откликнуться на пару объявлений в газете. И я предложил помолвку.
Эван моргнул несколько раз и с шумом втянул воздух.
— Ну, знаешь ли!
А потом широким шагом подошел к встроенному в стену шкафу, вытащил из него бутыль и плеснул темную жидкость в бокал. И залпом его осушил.
— Дик... — развернувшись, начал он, но недоговорил.
Непрозвучавшие слова повисли между нами, в глухой тишине кабинета. Эван вглядывался в мое лицо, словно силился что-то рассмотреть, найти. Я стоял напротив него, скрестив на груди руки, и не отводил взгляда.
Вздохнув и поморщившись, он махнул рукой.
— Поступай, как знаешь. Кто я такой, чтобы тебя учить, — сказал и покачал головой.
— Осуждаешь? — не стерпев, едко спросил я.
У меня не было никого ближе Эвана. И его мнение много для меня значило.
— Не понимаю, — растерянно отозвался он. — Не понимаю, но вы оба — взрослые люди. Сколько леди Эвелин? Двадцать?
— Двадцать два.
— Ну, вот, — он вновь развел руками. — Какая тебе разница, что я думаю?
— Я не хочу, чтобы ты меня осуждал, — помедлив, признался я честно.
Эван вдруг улыбнулся и подошел, слегка ударил рукой по плечу.
— Я уверен, что никогда не смогу тебя осудить.
Напряжение в кабинете заметно спало. Я был заведен все это время, ожидал обвинений — даже от лучшего друга. Что я ломаю Эвелин жизнь и судьбу, что существует множество способов защитить ее и без женитьбы, что я совершил ошибку, сглупил, поторопился... Но нет.
Бросив взгляд на бутыль, которую Эван вытащил из шкафа, я прошел мимо и рухнул в кресло. С некоторых пор я старался держать все свои пороки в узде. Никаких увеселений, никаких боев. По крайней мере — до тех пор, пока мы не закончим это дело.
— Итак? — соединив ладони треугольником, я посмотрел на Эвана.
Он не садился и измерял шагами кабинет.
— О чем ты хотел поговорить?
— Слежку за Эзрой сняли, — тихо произнес он и скривился.
Я даже не удивился. Лишь вскинул брови и покивал сам себе.
— Это было ожидаемо, — ответил ровно, не совсем понимая причину гримасы на лице друга. — Я был удивлен, что тебе позволили ее установить.
Он мазнул по мне свирепым взглядом и разразился грубой бранью. Высказавшись, резко замолчал, и некоторое время тишину кабинета нарушало лишь его тяжелое, раздраженное дыхание.
— Кто подписал приказ? — спросил я, чтобы его отвлечь.
Эван окинул меня кислым, но бесконечно выразительным взглядом.
— Ясно, — без малейшего намека на веселье усмехнулся я.
Он замялся и скривил губы, и ладонями взлохматил волосы на затылке.
— Я приехал, чтобы предложить тебе проследить за Эзрой самим, — слишком поспешно произнес он, словно боялся передумать.
Я изогнул брови и скептически посмотрел на Эвана. Теперь был мой черед не верить тому, что услышал.
Служба для него была «всем». В отличие от меня, он оказался в кадетском корпусе при совсем других обстоятельствах. По собственному желанию. Его отец был жандармом и был убит во время погони за грабителями. Эван отчаянно хотел пойти по его стопам, потому матушка и отправила сына в корпус. Стать жандармом, как отец, была его цель и мечта с раннего детства.
Потому-то в голове у меня одно не вязалось с другим, ведь Эван рисковал своей карьерой.
— Ты можешь лишиться службы, если кто-то об этом узнает, — заметил я.
— Могу, — просто ответил он и кивнул. — Но, знаешь... я не стану цепляться затакуюслужбу, — с нажимом добавил и скривился.
С минуту я изучал его лицо, пытаясь понять, не взыграл ли в нем алкоголь и усталость последних дней.
— А еще... у нас забрали все бумаги по убитым женщинам, — обронил Эван глухо. — Завтра я буду должен передать дело.
Я бы спросил «куда», но все было и так понятно.
Также понятно стало, почему на Эване лица не было, когда он только приехал. И почему он так спокойно воспринял новость о нашей с Эвелин помолвке. Творилось такое безумие, что многое на этом фоне казалось незначительным.
— Кронпринц отправился в путешествие, — что же, если мы начали делиться дерьмовыми новостями, то мне тоже было что сказать.
— Откуда ты?.. — тотчас вскинулся Эван.
Обычно сведения о перемещениях членов правящей династии скрывались от широкой общественности.
— Свои источники, — хмыкнул я. — Я послушал твой совет и хотел попросить его аудиенции. Мне отказали. Но герцог Аргайл — помнишь его?
Эван нахмурился.
— Тот, которому изменяла жена?
— Да-да, тот самый, — я не сдержал довольной улыбки: мое первое дело принесло не только деньги, но и весьма полезные связи. — Так вот, благодарный мне до сих пор герцог Аргайл и поведал, что кронпринца отправили со срочной миссией заграницу на два-три месяца.
— Дьявол... — пробормотал Эван.
Он, наконец, уселся в кресло и вновь взлохматил волосы.
— Видишь, если тебя поймают, просто скажешь, что не мог действовать иначе. Так сложились обстоятельства.
Он посмотрел на меня с глубоким скептицизмом.
— Ты сам-то в это веришь?
Я философски пожал плечами. Происходящее больше напоминало фарс, трагикомедию. Но как будто запас на злость и недоумение, и даже удивление давно исчерпался. Как будто я с самого начала знал, что это дело закончится именно так паршиво.
— Думаю, пора еще раз поговорить с мистером Греем. Я не приближался к клубу после тех боев. Считал, что так будет лучше, не хотел спугнуть Эзру. Но теперь это, кажется, не имеет смысла.
— Я сделаю вид, что не слышал тебя, — Эван закатил глаза. — Я все еще при исполнении, хоть и намерен нарушить тройку-другую приказов.
— Дюжину-другую, ты хотел сказать, да?
Эван оскалился.
— Доволен ты, я погляжу.
— А как мне не быть? Я давно тебе говорил, что жандармерия насквозь прогнила. И то, что ты служил верой и правдой все это время, оказалось бесполезным, Эван.
  
— Не говори так, — глухо обронил он. — Я делал то, что считал правильным. Что было в моих силах. Помогал тем, кому мог помочь...
Я с досадой щелкнул языком и махнул рукой. К Дьяволу этот спор.