"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ)

— Пропилим в трёх плоскостях, — нарисовал на бумажке схему дядя Ваня. — Из каждого идеального и прекрасного в своей геометричности кубика получится восемь более маленьких и кривых. Зато каждый чуть больше тонны. От третьего отпилим кубик чуть побольше, в итоге получим… Семнадцать кубиков по тонне с небольшим.
Я кивнул. Мне правда показалось, что они придумали разделить большие кубы только чтобы сгенерировать побольше металлической пыли, которую они соберут и расплавят на всякие самодельные перстни и зубы.
  
— А можно их взвесить? — не унимался я. — Хотя бы грубо? Есть в городе хоть одни весы?
— У торговцев есть амбарные, они привирают, но в целом пойдёт. Но они их просто так не дадут.
— Купи, Фёдор Иванович. Или возьми в аренду. Я денег дам, а ты мёртвого уболтать сможешь.
— Тогда надо пилить прямо сейчас, — средний брат уже вовсю разминал кисти, словно собирался драться.
Дядя Ваня стал собирать тарелки.
— Сейчас? А чего не утром?
— Все важные дела делаются в темноте. Сейчас идёт дождь, и никто не заглянет. А если заглянет, я его пошлю так, чтобы пошёл. Будем пилить прямо сейчас. Поставим кубики отдельно, укроем брезентом. А обрезок спрячем среди хлама в дальней части комнаты.
— Надо его вообще убрать из здания, например, в мой Чёрный дом, большое здание на северо-западе города.
— Да, — согласился дядя Ваня, — Там можно его задвинуть за кубики вольфрама, подобное спрятать за подобным.
— Ну тогда что? Иваныч, тащи пилу, пилить буду, — встал из-за стола средний брат.
— Наша лучковая пила двуручная, вдвоём надо пилить, не одному, — остудил его пыл старший брат. — Аркадий Ефимович, ты ложись спать у нас, на одной из лежанок, не побрезгуй. Заодно за процессом присмотришь и нам так спокойнее, что тебя ногайцы не украдут. Ты нам теперь живой нужен, чтобы землю нам дал.
И очень скоро они стали пилить, прямо дальней части зала, надев на руки рабочие рукавицы, чтобы не натереть мозоли, а я стал спать.
Устал за сегодня. Так устал, что даже зрелище того, как пилят девятитонные кубы золота, не стал смотреть, хотя и слышал сквозь сон монотонную работу пилы.
  
Глава 25
 
Готовность
 
Почему всё сложное и даже местами неприятное, должно произойти и одновременно, и так, чтобы ещё и мешать друг другу?
— Докладывай, какой план? — я сидел на грубо сколоченной и вместе с тем претендующей на звание лучшей в городе, ввиду отсутствия иных, скамейке и общался с «четвёртым отрядом».
— Мы думали, Вы приедете, чтобы пообщаться?
— Сам же сказал, что срочно? Меня тут прочно держат, так что, товарищ предводитель диверсантов, рассказывай.
За последние сутки я и правда не отдалялся от резиденции Иванычей, и, в данном случае, хранилища золота, кушал с ними, слушал анекдоты в исполнении Ивана Ивановича, даже нашёл время, чтобы почистить свой кольт.
— Ну дык, да, сегодня ночью самое время, ближе к утру, — доверительно говорил старшина боевиков.
— Почему? — мой хороший знакомый татарин, Решат, таким простым вопросом ставил людей в тупик и заставлял задумываться. Ну то есть, у всего есть причина, он её спрашивал и если её не было, то говорящий и сам понимал, что чёткой причины нет.
— У них день рожденья у реги-ональ-ного дирехтура, — несмотря на коверканье слов, старшина довольно глубоко копнул. — И они выбывают усе на озёра, на как его… корпо-против. Бухать будут, дык одних виски купили цельных шесть ящиков и мяса три барана. Знамо дело, калдырить будут до ночи, в офисе никого не остаётся, а на складах токма два сторонних сторожа, которые загодя тоже водочкой затарились.
— Откуда такие познания по розничному товарообороту отдельно взятой торговой компании в Кустовом?
— У Вас своё секретство, у нас своё. Старые связи и ишшо наш один там цельный день шлёндал, балакал с ихними, пытался на работу устроиться.
— Не взяли?
— Нетушки, отказали, морды аглицкие. Но много чего услышал. Так что на зорьку самое то будет по времени.
— Вводные шикарные, — мобилет отобразил, что мне звонит второй номер и это был номер императорской канцелярии. — А план какой?
— Перво-наперво заходим в офис. У них тама мощная сигнализация на только входах. А мы с обратной стороны стену провалим парой ударов кувалды. Тама с чёрного двора в одном месте была дверь, её заложили, замуровали и поштукатурили, цветочки поставили. Мы пощупали, халтура, кладка в полкирпича. Заходим, выносим всю документацию и два сейфа. Можа, там ничего ценного и нет, но Вы же, босс, хотите им подгадить?
— Ну в целом ты верно политику мою понимаешь, за это спасибо.
— А потом подпалим.
— Не слишком жёстко?
— Апосля тех степных складов Вы такие слова говорите, босс?
— Ну да, там был поджог, но тут-то вокруг город Кустовой. В конкретном этом здании никого из людей не будет, а вокруг?
— Смежных строений нет, здание наособь стоит, огонь не перекинется. Со складами токмо сложнее будет.
— А что склады?
— На складах постучим в ворота, попросимся пописять, Малой так уже делал, у него голос жалистный.
— Не пустят, это ж охраняемый объект.
— Знамо, не пустят, это верно. Но морду набить, когда он станет калитку обсикивать, откроют, тут-то мы и в дюньдель и дадим обоим.
— Зачем в дюньдель? Я же вам купил газ?
— Газ не сподручен, наперёд зная, сколько их и где они, нам газ не нужен. К тому же как нам самим потом по загазованному ходить? В общем, мы их аккуратно. Потом свяжем, кляпы в рот и… Сейф вскрывать не станем, утащим целиком, как и всё ценное.
— А куда столько? Ну то есть, вам же грузовик нужен?
— Нам китайцы дадут, мы договорились. У них на складе всё и раскурочим, сейф они себе заберут, говорят, что знают, там стоит артефакт поиска, они его снимут, разберут и макры продадут. И сейф перекрасят, иероглифы набьют и тоже продадут, но уже в другом месте. Славные ребята.
— Когда это вы уже успели познакомиться?
— Ну, главарь ихний приехал смотреть на нас, кто это в доме графа, то есть Вашем, поселился. Имя у него такое… Не запомнить. Татьян-жыв!
— Танлу-Же. Ну, если он не против, тогда ладно.
— Грузовики есть, мы есть, место есть. Ну что, мы тогда приступаем?
— Ага, то есть… — снова позвонили, с частного незнакомого номера, вторым вызовом. — В общем, операцию согласую, если что, у каждого из вас есть портальный свиток, бегите в бывшую военную часть, а оттуда я вас уже вытащу. И помните, если что, ваши жизни важнее операции, чуть что — давайте дёру.
— А как же «результат любой ценой»?
— Нет у нас сейчас такой концепции. Ваши жизни важнее, если что, пёс с ней, с компанией, как-нибудь по-другому разберёмся.
— Приятственно такие слова добрые слышать, босс, но я думаю Вы зря переживаете. Всё будет чики-пуки. Слово модное, Малой где-то языком подцепил.
— Будьте осторожны, я за вас переживаю. Всё, конец связи.
…
Закончив разговор, перезвонил по незнакомому номеру.
— Да, кто это? Вы мне звонили.
— Аркадий Ефимович…
— Я.
— Это Анастас Петрович, помните меня такого?
— Вы в моей жизни в последние пару суток занимаете больше места, чем возлюбленная девушка в сердце пылкого парня.
— Гммм… Надеюсь, это чистая аллегория. Вы, наверное, стихи пишете?
— Нет, только исковые. Вы звонили сказать, что всё в силе?
— В силе? Нет, Аркадий Ефимович, согласно Вашим словам, Вы, аэропорт и груз готовы уже длительное время.
— Ну да, вроде того, тридцать шесть часов, как расстелили ковровую дорожку. А что?
— Наши борты готовы ко взлёту.
— Уже?
— А Вы собирались ещё годик подождать? Император сказал «срочно», Вы выразили готовность.
  
— Говорю же, ковровая дорожка расстелена. Нам, что нищему собраться, только подпоясаться.
— Ничего себе нищие, с двадцатью тоннами… металла.
— Я-то готов, а вот что Ваша сторона так быстро собралась, изрядно удивлён.