"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ)

— А министерские посты? — напирал император.
— Четыре министерства за нами, я задружился со степняком, министром обороны, плюс два сына кагана отправлены учиться в столицу военному делу и экономике.
— Похвально. Законы?
— Мы остановимся пока что на одной только конституции, не будем усложнять.
— Экономика?
— А вот это самое главное. Каган даровал мне кусочек земли.
  
— Большой?
— Большой, чего уж скромничать, но там всё больше горы да камни. Но ничего, мне хватает. Основан торговый пост, на нём аэродром, есть речной порт, строятся дороги в Степь и к русской Сибири. Туда же нужно будет построить железную дорогу.
— Торговля с Китаем и Степью? Конкуренция британцам. А производство, сельское хозяйство, добыча полезных ископаемых?
— А вот тут у меня и припрятан аргумент против любого обвинения любого лица.
— Что, весомый?
— Рекордно весомый. Вам понравится.
* * *
— Внимание! — громогласно провозгласил старый, но крепкий слуга, причём слуга не рядовой, какой-то матёрый, выглядевший как человек, который баюкал три поколения великих князей и способный возражать даже государю. — Чрезвычайное заседание по вопросу международного конфликта объявляется открытым!
Большая редкость, чтобы в присутствии императора российского его подданные сидели. Это такой средневековый пережиток, стоять в присутствии короля, монарха.
Пережиток отмирал, но ещё давал о себе знать. Такое вот собрание — это мероприятие пограничное, комбинированное.
Мы находились на третьем этаже здания в просторной, тёмных тонов зале.
Два полукруглых стола, буквой «с», образовывали круг, но разорванный. В разорванной части две напротив друг друга — трибуны, одну из которых занимал я, что слегка утомляло, а другая пока что пустовала. За столами же народ с комфортом сидел.
Полукруглый стол справа от меня занимал император и ряд высших чиновников, среди которых не доставало Мышкина и Орлова. А стол слева от меня занимали откровенно иностранные надменные морды, которые перешёптывались и пялились на меня.
Да, посмотреть было на что. В костюме несколько дырок, на мне грубо в один стежок зашитая рана на виске, левая рука запачкана плохо вытертой кровью.
А ещё за моей спиной был мой саквояж, к тому же и не пустой.
Когда слуга объявил об открытии, в зал вошёл тридцатилетний полноватый парень с безвольным подбородком.
— Посол Соединенного королевства в Империи Российской сэр герцог Арчибальд Стюарт Форбс.
Для полноты картины слуге не хватало посоха, которым он бы гулко вдарил по полу.
Я неторопливо записал, как зовут этого хлыща в новый блокнотик, который заменил утопленный.
Посол, ни на кого не глядя, прошёл к пустующей трибуне напротив меня.
Таким нехитрым образом было визуально выстроено противостояние меня и этого надменного хрена.
Задрав нос до небес и откашлявшись, он положил напротив себя папку с золотыми уголками и неспешно открыл её:
— Итак, я имею честь, от имени его величества, короля Соединённого Королевства Великобритании и Се…
— Минуточку, — бесцеремонно перебил говоруна я, — я прошу так же представить и меня. Как минимум, иной вариант мне представляется невежливым.
Посол от того, что кто-то посмел его перебить, слегка офигел, а вот слуга — нет. Отлично поставленным голосом слуга пророкотал (и мне захотелось подарить ему трость из красного дерева, с золочением и рукоятью из слоновой кости):
— Оппонирует сэру послу граф-найом Аркадий Ефимович Бугуйханов, министр иностранных дел каганата Южное Алы Тау, так же министр юстиции вольного города Кустовой, так же известный в силу прошлого родового статуса как Филинов.
Народ слева, то бишь иностранцы, стал перешёптываться активнее. А мне, когда он закончил, захотелось подарить старикану ещё и лимузин, чтобы было где катать трость.
— Сэр, — холодно протянул надменный посол после возникшей вслед за словами слуги паузой, — Вы позволили себе меня перебить.
— Дай Предок, не в последний раз. Извольте говорить… сэр.
— Кхе, — он одарил меня презрительным взглядом, — я, сэр герцог Форбс имею честь, от имени его величества, короля Соединённого Королевства Вели…
— Минуточку, — я снова бесцеремонно перебил посла и от такой наглости офигела уже большая часть присутствующих, — прошу гражданина посла отметить себе в блокнотик. Пометку сделать неровным почерком… Так вот. Ваша с длинным названием Британия не имеет дипломатических отношений с каганатом Южное Алы Тау. По принципу взаимности и декларируемому равенству, заявленному в Амстердамской конвенции, в частности статье два и четыре, Вы, сэр, для моей державы не имеете статуса дипломата, как и я для Вас, что так же означает неприменимость принципов дипломатического этикета и гарантий личной безопасности.
Мысль моя была сложной, если не сказать, слишком сложной.
Если по-простому, он был дипломатом для империи, но не для меня. Этикет не работал, а его жизнь обещала не трогать империя, а не я.
Народ зашумел.
— К чему Вы сообщили мне эту очевидную мысль, сэр? — в очередной раз оторвавшись взглядом от бумажки, надменно спросил посол.
— К тому… чуть позже пойдёмте, не всё сразу. Начнём с того, что в Вашей бумажке содержаться длинные и совершенно вымышленные обвинения моего государства от имени Вашего.
— И я бы хотел свою официальную позицию озвучить! Если позволите!
— Ещё раз, для тупых и слабослышащих повторяю, этикет не распространяется на меня. Вы посол в Российской империи, можете им в уши наливать.
— Что Вы себе позволяете, крайне невоспитанный молодой человек⁈ — посол сделался пунцовым.
Лица участников со стороны моей империи стали весёлыми, но они держались. Ещё бы, молодой адвокат, выскочка и пройдоха, одетый возмутительно с точки зрения того же этикета, позволял себе говорить то, что им самим быть может хотелось бы, но нельзя…
  
Глава 12
 
Как струна
 
— Я не хочу, чтобы Вы и дальше зачитывали свою ерунду на постном масле по этой лживой бумажечке.
— Как Вы сказали, сэр⁈
— Тамбовский волк тебе сэр. Снова напоминаю, что этикет между нами — не работает.
— Есть ещё элементарный такт и воспитание!
— У меня их отстрелило английскими пулями.
— Жаль, что стрелку не удалось поразить мозг. Может, его просто там нет?
Я флегматично потрогал прорехи на пиджаке и проигнорировал таким образом эту колкость на уровне восьмиклассника.
— С этого места я, граф-найом Аркадий Бугуйхан, говорю о том, что Британия инспирировала войну силами своих наёмников, — иностранцы зашумели, но тут надо помнить, что кое-кто из нас был матёрым адвокатом и меня не так уж легко смутить, тем более, что жизнь в профессии полна лицемерия. — В частности, ногайцев. Мы обвиняем Британию, с которой у нас нет дипломатических отношений в нападении на наш мирный каганат.
— Ложь, клевета! — по сравнению со мной, который говорил спокойно, истеричный выкрик посла выглядел некрасиво, но на это я тоже рассчитывал. — Это Вы вероломно напали на миролюбивых демократичных ногайцев, без объявления им войны, совершили немыслимое количество военных преступлений, и мы требуем…
— Я больше скажу, Аркибальт.
— Я Арчибальд!!!
— Акакий? Впрочем, не важно. Вы напали на мою страну, намереваясь захватить золотоносные недра каганата.
— Британия — страж спокойствия и законности, мы не участник этого Вашего преступления. И опровергаем любые обвинения, как лживые и безосновательные.
— Вы что-то сказали, плохо слышно? Так вот… Вы хотели нашего золотишка? Я официально заявляю, что, применив разовую алтайскую магию, каганат извлёк из недр все обнаруженные запасы, двадцать тонн золота. Так что теперь Вам ничего не светит, герцог. Вам больше нечего у нас брать.
  
— Ещё раз повторяю, глупый Вы туземец, мы не имеем отношения к…
— А если так? — я нырнул в свой саквояж и извлёк оттуда пачку британских эполетов, погон, шевронов, жетонов, значков «Royal Artillery/RA», скопом заложенных в британский лёгкий шлем, шагнул вперёд и оказался перед английским послом.