Развод. Ты разрушил нас (СИ)

Карусель эмоций побросала меня вверх-вниз и продолжает катать до сих пор. Плохое питание, недосып. О чем я вообще?
Уговариваю себя не пороть горячку. Утром проснусь, схожу в аптеку и куплю тест. Сделаю его, а об остальном буду думать после. Вроде все правильно, так и надо поступить.
А теперь — спать!
Но я переворачиваюсь на спину и смотрю на причудливую игру теней на потолке.
  
Что я буду делать, если окажусь не беременной?
Выдохну. Выпью этот бокал вина, который так и остался стоять на столе. Буду жить дальше, погружусь с головой в работу, а после того, как проведу открытие ипподрома, уйду. Возьму этот гребаный отпуск и уеду в Италию. Или на Бали. Или, черт возьми, в Австралию, к кенгуру. Дальше, как можно дальше от дома. А потом вернусь и найду себе занятие по душе. Открою новую фирму по организации мероприятий. Или кейтеринг. Или цветочный.
Что я буду делать, если окажусь беременной?
Нет, с этим как раз таки все понятно — буду вынашивать и рожать.
Но кто мне ответит на главный вопрос, который я даже в мыслях боюсь себе задать?
Если срок больше двух месяцев, вероятность того, что отец Кирилл, велика. А если меньше?
Ложусь на бок и накрываюсь с головой одеялом, как в детстве, когда мы прятались так от огромных страшных пауков и пугающих теней-монстров по углам.
У меня все же не получается уснуть. Едва часы показывают семь утра, срываюсь в аптеку. Фармацевт смотрит на меня понимающе и сочувственно. Еще бы — я прибежала за тестом на беременность в домашнем платье и шлепках. Неумытая, растрепанная. Это элитный жилой комплекс, здесь так не ходят. Покупаю три разных теста, спешу домой.
Заканчиваю все процедуры, раскладываю тесты на раковине и сажусь на унитаз. Смотрю прямо перед собой невидящим взглядом. Время не отмеряю, я и так примерно знаю, сколько нужно ждать, — когда-то я до фанатизма хотела ребенка и делала тесты на беременность чуть ли не ежедневно.
По истечении нескольких минут поворачиваю голову и рассматриваю три разных теста, которые показывают одно и то же.
Две полоски.
Роняю голову на руки и беззвучно кричу, стекаю с унитаза на пол.
Ирония судьбы.
Мой муж хотел ребенка десять лет. А потом мы развелись, и я переспала с другим. И вот наконец долгожданная беременность. Но какова вероятность того, что отец — мой бывший муж?
Ощущения такие, будто меня переехал каток. Меня размазало по асфальту, и не осталось ни одной целой части тела или органа.
И что самое страшное, — я совершенно не понимаю, как мне относиться к этому ребенку, ведь я не желала его.
Поднимаюсь и иду в спальню, беру в руки телефон, кручу его в руках. Надо позвонить кому-то. Кому? Кириллу? Иману? Артему?
Пишу Жене сообщение, что немного опоздаю, а после звоню своему гинекологу, у которой наблюдаюсь уже много лет, рассказываю, что беременна и мне нужна консультация.
Ради меня Елена соглашается выйти в свой выходной. Она слышит в моем голосе истерику и не сопротивляется. К десяти утра я уже сижу в клинике и пятками отбиваю чечетку на кафеле.
— Ксюш, — за столько лет мы стали приятельницами и перешли на ты, — нужно сдать кровь и посмотреть ее в динамике. Далее сделаем УЗИ и уже будем думать, что делать.
— Какова вероятность того, что результат теста ошибочен? — спрашиваю ее заторможенно.
— Одного теста? Или трех? — она смотрит на меня поверх очков. — Три теста не могут врать, ты же сама понимаешь.
Киваю. Понимаю.
— Я предлагаю тебе сейчас начать принимать фолиевую кислоту. В идеале ее надо бы пить при подготовке к беременности, но лучше поздно, чем никогда.
Она говорит, говорит, говорит. Я киваю на все, а потом иду сдавать кровь. На следующий день снова кровь. На третий день, когда я уже смиряюсь с мыслью о беременности, мне делают УЗИ.
— Все в порядке, Ксюша, — Лена водит датчиком по животу. — Беременность маточная, сердцебиения пока не слышно, но срок у тебя маленький, так что это нормально.
— Какой срок? — спрашиваю хрипло.
— Шесть-семь недель.
Да. Все так. Примерно шесть-семь недель назад у меня был незащищенный половой акт сначала с мужем, потом с Иманом, а после снова с мужем.
— Как же так? Прошло десять лет… и вот…
— На все воля божья, — ведет плечом.
Выхожу из клиники со стопкой листов с рекомендациями, смотрю на них, как на проказу.
Интересно, сколько еще крутых поворотов приготовила для меня жизнь?
И каким будет ответ на самый главный вопрос?
  
Глава 26
 
Кирилл
Болото.
Оно кругом.
А посреди него я.
Я не сопротивляюсь, не пытаюсь спастись. Просто апатично смотрю прямо перед собой и вязну глубже и глубже. Мне холодно, я весь промок, но не делаю ни единой попытки сопротивления — просто позволяю себе увязнуть еще глубже.
Вот уже моя грудь скрылась под чернотой, шея, подбородок… все.
Выныриваю из сна, словно из грязного омута, рывком сажусь на кровати и дышу со свистом. Провожу рукой по лбу, вытирая пот. Пальцы дрожат, я потерян.
Осматриваю свою новую квартиру — современную и просторную евродвушку. Вспоминаю события последних недель, прихожу в себя и возвращаюсь в свою новую реальность.
Новая квартира. Новая жизнь с непривычными запахами и ароматами, новый распорядок дня. Новая помощница.
Беру портфель. Водитель уже ждет внизу. Пока автомобиль везет меня по улицам родного города, рассматриваю здания и людей. В каждой проходящей по тротуару русоволосой девушке я ищу свою Ксюшу, но каждый раз это не она, не моя девочка.
В спортзале провожу привычные полтора часа — занимаюсь на тренажерах и монотонно нарезаю круги по бассейну. А после еду на работу, где меня встречает новый секретарь.
Про Дину я и думать забыл. Я заплатил ей достаточно отступных, чтобы не видеть и не слышать ее, и она благополучно исчезла из моей жизни. Теперь меня встречает Марина Сергеевна. Ей под пятьдесят, и она идеальный, запрограммированный на работу компьютер на ножках. Серьезная, собранная и, что самое главное, вообще не ориентированная на меня как на объект вожделения. У нее муж и взрослая дочь. Внук, рассада. А еще такой профессионализм, что мне остается только ей позавидовать.
— Кирилл Юрьевич, добрый день, — она поднимается и тут же берет интересующие меня распечатки. — Я подам вам завтрак в течение десяти минут, а пока что пробежимся по планам на день…
И дальше рутина затягивает меня. Плюс всего этого в том, что мое частное охранное предприятие не нуждается в представлении и рекламе. В штате лучшие спецы: отставные пехотинцы, спецназовцы, менты, юристы, психологи. Эта машина будет ехать и без меня, все мои замы и партнеры взаимодействуют как единая экосистема. По сути, мне даже не нужно появляться тут, но каждый день я приезжаю в офис, потому что…
А что мне еще делать? Дома меня никто не ждет, семьи нет. Куда мне идти, если не сюда?
Я даже забухать пытался, да, но все это такая хрень, если честно.
Рабочий день проходит слишком быстро — быстрее, чем мне хотелось бы. И теперь мне снова придется окунуться в свое персональное болото одиночества. И я бы рад обвинить в этом кого-то другого, но виновник моей новой жизни я сам.
Около восьми вечера водитель привозит меня в торговый центр, где я слоняюсь тенью по рядам ярких магазинов. Возле ювелирного задерживаюсь, прохожу внутрь и залипаю на брендовые золотые браслеты.
Они бы очень подошли Ксюше.
Выбираю самый утонченный, ей бы понравилось. Я чертов мазохист и одержимый, но вот я подношу карточку к терминалу и оплачиваю этот браслет, заранее зная, что никогда не порадую ее этим подарком. Их у меня за эти несколько недель скопилось достаточно: шарф, новые наушники — у нее ведь предыдущие сломались, чулки, платье из новой коллекции, которое стоило, как крыло самолета, косметика, сувенирная матрешка, даже гребаный комнатный цветок.
У них у всех есть свое место в моем доме, как будто Ксюша сможет вернуться ко мне и оценить все это.