Вкус тьмы (ЛП)

С другой стороны, Лилии Мира не стали бы хватать людей или причинять кому-либо беспокойство. Насколько я знаю, Блоха и я были единственными, кого они схватили. И вот ещё одна ирония — Тохон использовал сыворотку Лилии Мира для создания своих мёртвых солдат. Сыворотка сохраняла мёртвое тело в ложной жизни, поэтому оно не разлагалось. Его магия делала всё остальное, но я так и не поняла, как именно.
  
— Держитесь подальше от этой, — я указала на Лилию дальше других на юго-западе. — Это Лилия Смерти.
— Откуда ты знаешь? — спросил Квейн. — Они все выглядят одинаково.
— Если подойти поближе, Лилии Смерти источают слабый запах аниса, а Лилии Мира пахнут ванилью. Если ты почувствуешь запах аниса, значит, ты находишься в пределах досягаемости её лиан.
— Ох, так анис будет последним, что ты почувствуешь, прежде чем станешь пищей для растения. Приятно слышать, — Квейн отступил на шаг.
— Теперь что? — спросил Лорен.
— Я выясню, откроется ли какая-нибудь из них для меня, — когда я вернулась к Лилии Мира, которая держала тело Блохи, она наклонилась и опустила его на землю. Возможно, одна из них уронит Керрика. Я надеялась на это всеми фибрами души.
Пожалуйста, будь здесь.
Я подошла к ближайший и стала ждать. Пожалуйста, будь здесь.
Ничего не произошло. Ни колыхания лозы, ни шелеста лепестков.
Через несколько минут я перешла к следующей. Пожалуйста, будь здесь.
И к следующей. Пожалуйста.
И к следующей. Будь.
И к последней. Здесь!
Лилия Мира проигнорировала меня. «Пожалуйста?» — обратилась я к ней, надеясь, что она примет меня и объяснит, как это было после того, как она отказала моей сестре. У меня сложилось впечатление, что все Лилии Мира — это одно существо, и каждый цветок является его продолжением, как пальцы. То же самое и с Лилиями Смерти, но в их основе лежит другое существо.
Всё ещё ничего.
Лорен указал на цветы.
— Что происходит?
Сокрушительное разочарование и скорбь, но нет необходимости говорить очевидное.
— Я проверю, смогу ли я это выяснить, — я подошла к Лилии Смерти.
— Мм, Аври, — сказал Квейн. — Ты уверена, что это хорошая…
Громкое шипение заглушило остальные его слова. В мгновение ока меня окружили белые лепестки, закрывая весь свет и шум. В темноте два шипа вонзились мне в предплечья, и токсин проник в меня, как успокаивающий эликсир. Покинув своё измученное болью тело, моё сознание выплыло на свободу, и я соединился с мыслями и удовлетворенными чувствами Лилии.
Добро пожаловать назад. Волна гордости. Больше? Думая, что мне нужно больше мешочков с токсином, она послала мне мысленный образ другого скопления Лилий неподалёку.
Нет, спасибо. Я сформировала в своём разуме образ Керрика. Видела его?
Поток образов обрушился на меня. Керрик бежит по лесу, охотится, гуляет с Беленом, Блохой и обезьянами, держит меня на коленях, растворяется в лесу, используя свою магию. Они обрушивались один за другим, угрожая утопить меня.
Пожалуйста, остановись! Я сосредоточилась на том, как он выглядел без рубашки, чувствуя себя больным. Он приходил сюда?
Он остановился. Нахлынула печаль.
Остановился где? Если бы я могла найти его тело, я бы могла…
Ушёл в зелень.
Куда?
Видение всего леса заполнила мой разум. Он был пуст. Однако я отказывалась верить этому. Шипы отодвинулись, и Лилия Смерти поставила меня на землю. На мгновения с съёжилась в полном отчаянии, затем собрала все свои силы, которые у меня остались.
У меня всё ещё не было доказательств. «Ушёл» на языке Лилии Смерти могло значить, что он покинул лес или находился в пещере. А вовсе не должно было значить, что он… Нет. Не собирался туда идти. Пока ещё нет.
Квейн и Лорен кружились так близко, как только осмеливались, с выражением надежды на лицах.
— Он сюда не приходил, — сказала я, вставая.
Я отвела взгляд. Уже было достаточно плохо чувствовать, как горе пылает внутри меня, но мне не хотелось быть свидетелем того, как та же боль отражается в глазах моих друзей.
— Что теперь? — спросил тихим голосом Квейн.
— Мы возвращаемся обратно в пещеру-лазарет. У меня есть пациенты, которых нужно проверить.
— А Керрик? — Лорен дотронулся до моего плеча.
— Мы продолжим поиски.
Возвращаясь другим маршрутом, мы добрались до пещеры после захода солнца. Райн уже прибыл. Он сидел у костра, внимательно слушая Блоху и Одда. Я обменялась взглядом с обезьянами.
— Вы отправили сообщение? — спросила я Лорена.
— Керрик отправил, когда мы вернулись после нашей… мм, встречи с Тохоном и остальными. Подумав, что Райн должен знать, что произошло, особенно о перевороте Селины.
В этом был смысл. Принц Райн возглавлял нашу разношёрстную армию. У него была военная смекалка и стратегическая проницательность, чтобы противостоять Тохону. Однако он был последним человеком, которого я хотела бы сейчас видеть. Его гениальная тактика причинила мне немало боли и страданий за последние несколько месяцев.
Прежде чем Райн мог меня заметить, я отправила обезьян через костёр.
— Поговорите с ним.
— А что насчёт тебя? — спросил Квейн.
— Я должна поверить пациентов. Прошло… — мои вялые мысли отказывались считать часы. — …слишком долго.
Сосредоточившись на раненых солдатах, я переходила от койки к койке, разговаривая с мужчинами и женщинами. Со вчерашнего дня новых пострадавших не поступало. Сиделки прекрасно проделали работу, чтобы устроить всех удобнее, и все повязки были заменены. Я посовещалась со старшей сиделкой, Джинджер. Её трудолюбие и деловой подход идеально подходили для такого типа работы.
Пол пошатнулся у меня под ногами, и я споткнулась. Я уставилась в пол, безуспешно пытаясь понять, как он сдвинулся с места. Затем комната закружилась. Истощение, наконец, взяло своё.
— Разбуди меня, если я тебе понадоблюсь, — сказала я Джинджер.
Держась в тени, я проскользнула в свою пещеру. Всё ещё пустую. Ребята съехали позавчера вечером, чтобы дать нам с Керриком уединение. Это было даже к лучшему. Мне не нужна была компания. Прежде чем лечь, я достала из рюкзака рубашку Керрика. Я прижала её к лицу и вдохнула его неповторимый запах — весеннего солнца и живой зелени.
Полились слёзы, и у меня заложило нос, но я не заплакала. Пока нет. Нет, пока у меня не будет доказательств. Я заснула, крепко сжимая его рубашку.
* * *
— Аври, — голос разрушил мой сон.
С трудом я приоткрыла один глаз. Райн опустился на колени передо мной.
— Уходи, — пробормотала я, переворачиваясь на другой бок.
— Аври, нам нужно поговорить.
— Я не хочу говорить с тобой. Уходи.
— Ты не можешь избегать меня.
Правда. Я вздохнула.
— Ну тогда поболтаем утром до того, как я пойду повторять пациентов. Хорошо?
— Я отозвал поиски.
Я села, поворачиваясь.
— Что? Почему? — ярость сдула туман сна.
Он потянулся к моей руке, но я отдохнула её. Райн откинулся на пятки.
— Он погиб, Аври.
— Нет. Ты ошибаешься.
— Я бы хотел, чтобы так и было, — Райн смахнул прядь каштановых волос с уставших глаз. Морщины пересекли его лицо, и он выглядел намного старше двадцати семи, как Керрик. — Помнишь ту книгу о магах, которая у меня есть?
— Разве такое забудешь, — я не стала утруждать себя смягчением сарказма. Из-за школьного учебника о магах и их способностях Райн бросил меня, и я попала в мерзкую ловушку Тохона. Я содрогнулась при воспоминании.
Он не обратил внимания на мой тон.
— В ней говорится, что лесные маги идут в лес, когда умирают. И их тела исчезают.
— Нет. Я не куплюсь на это. Что, если он в городе?
— Аври, это подходит. Ты знаешь. токсин Лилии Смерти несёт летальный исход. Он умер в лесу, и живая зелень потребовала обратно свой дар.
  
— Нет.
— Тогда почему мы не нашли его тела? И если он не умер, почему он не здесь? Ты знаешь Керрика, он бы никогда так просто не оставил тебя.