Вкус тьмы (ЛП)

— Возможно.
— Но это означает, что он должен был знать о чуме до того, как… — Райн выдохнул. — Он вызвал чуму.
— Не без помощи, — добавила я. — Гильдия Целителей экспериментировала с опасным материалом и тоже виновата. Он мог бы предсказать неизбежное и ничего не сделать, чтобы это остановить.
— Ничуть не лучше, — пробормотал Квейн.
— Или, зная Тохона, он помогал ему параллельно, — Керрик поворошил огонь палкой. — Как он нас защищал? После школы мы все пошли разными путями.
  
На этот вопрос я не могла ответить.
— Встреча выпускников, — сказал Райн. — Помнишь, через год после выпуска мы все вернулись на коронацию короля следующего года. Там был Тохон.
— Но зачем было убивать Станслова после того, как он защитил его? — спросила я, пробивая брешь в своей собственной теории.
— Вонзить нож в чье-то сердце — это гораздо более личное, чем умереть где-то далеко незаметным, — сказал Райн. — Он ненавидел Станслова.
— И заразить вас позже?
— Я превратился в настоящую угрозу, как только пересек Девять гор со своими элитными отрядами.
— Даже если ты права, как это поможет нам сейчас? — спросил Квейн.
Райн ответил.
— Мы знаем, что Селина ознакомилась с исследованиями Тохона и не боится применять их.
— Всё ещё не помогает.
— Это помогает мне понять её, но как насчет того факта, что у нашего врага теперь есть другое оружие в их распоряжении? Новая чума. Не порежься во время битвы, и всё будет в порядке. Как тебе это? Лучше.
Квейн плюхнулся обратно на землю.
— Нет.
Согласна.
— Что с ядом Короля Скелетов? — спросил Лорен. — Это ещё одно оружие?
— Конечно. И мы знаем, что он без колебаний применит пытки.
Остальные из нас уставились на огонь. Все, вероятно, размышляли о мрачном будущем.
— У вас есть хоть какие-нибудь хорошие новости? — спросил Блоха, заговорив впервые за всё время. Он сидел по другую сторону костра.
— Мы уже несколько недель не встречали ни одного мертвого отряда. Либо мы нейтрализовали большую их часть, либо Селина отозвала их обратно в Королевство Выж, — Райн постучал пальцем по губам. — Это приятная передышка. Что же касается Селины и Короля Скелетов, то мы просто должны перехитрить их.
— Хорошая вещь, что у нас теперь есть Эстрид и её армия, — добавила я, надеясь ещё больше поднять настроение.
Райн и обезьяны обменялись многозначительными взглядами.
Ой-ой.
— Что вы не рассказываете мне?
Райн провел рукой по лицу и внезапно стал выглядеть на двадцать лет старше. Он сгорбился, как будто вся ответственность легла на его плечи. Возможно, так оно и было, учитывая, что ему было двадцать семь и судьба нашего мира зависела от него.
— Давай, Райн. Признавайся, — подтолкнуть я.
— Эстрид решила собрать все свои силы и послушников и вернуться домой в Королевство Озеро.
Керрик
Новости о Короле Скелетов были достаточно плохими, но теперь Керрик почувствовал, будто что земля ушла у него из-под ног. Без военных сил Эстрид… Нет, он не пойдет туда. Это было слишком ужасно, чтобы даже думать об этом.
Лицо Аври стало совсем белым.
— Ты шутишь, да?
— Мне бы хотелось, — сказал Райн. — Эстрид напугана и планирует плотно закрыть свои границы, никого не впуская и не выпуская.
— Эта стратегия не сработает, если армия Селины вторгнется в Королевство Озеро, — сказала Керрик.
Райн тряхнул головой.
— Я пробовал все мыслимые аргументы и использовал каждую крупицу разума и логики, которыми располагаю, чтобы убедить её остаться и сражаться.
— Кто-нибудь ещё думает, что она неблагодарная сука? — спросил Квейн.
Лорен поднял руку.
— Я.
— Я потратил зря на неё отличный ужин, — полушутя сказал Блоха.
— А что насчёт её армии? — спросил Керрик Райна, надеясь на какие-нибудь хорошие новости.
— Она направила приказы своим солдатам немедленно возвращаться в Озеро, а я отправил сообщение, что все могут остаться.
— Ты сказал милое «пожалуйста»? Я не гнушаюсь милостыней, — сказал Квейн.
— Кто-нибудь согласился? — Керрик пожалел о своем вопросе, когда лицо Райна потемнело.
— Нет.
— Даже странный отряд? — голос Аври дрогнул.
Керрик взглянул на неё. Одд был тем пехотинцем, который выбежал из лазарета, весь такой обеспокоенный и заботливый, когда они прибыли. Укол ревности тронул его сердце. Заботился ли он о ней? Были ли они больше, чем друзьями? На её бледном лице отразилась боль от предательства.
— Одду сейчас тяжело, — сказал Райн. — Эстрид всё ещё здесь, и он поклялся бороться за неё, как и все её силы. Однако, я думаю, когда она уйдёт, у нас будет несколько… дезертиров.
— Постой. Эстрид всё ещё здесь? — спросила Аври.
— Да, она организует своё отступление.
— В моём лазарете? — румянец мгновенно вернулся к её щекам.
Керрик переглянулся с обезьянами. Все были рады, что на этот раз гнев Аври был направлен не на них.
— Просто успокойся, — Райн развел руками, словно успокаивая норовистую лошадь.
Неверное движение. Керрик подавил усмешку.
Аври вскочила на ноги.
Райн тоже встал.
— Мы должны быть дипломатичны в этом вопросе. Эстрид может передумать и вернуться. Она Высшая Жрица. Мы не хотим разрушать наши отношения с ней.
— Сжигать мосты и всё такое, да, Райн? — спросил Лорен.
— Точно.
— А разве Эстрид своим уходом не сжигает мосты? — спросил Блоха.
— О, да, огромный пожар, — съязвил Квейн. — Но на её стороне все мостостроители, в то время как мы остаемся с обгоревшим месивом.
— Точно, — сказал Лорен.
Всё тело Аври напряглось от упрямой решимости, которую Керрик так хорошо знал. Ему было бы жаль Райна, но этот человек сам во всём виноват. И, честно говоря, если Райн собирался покорно позволить Эстрид уйти, он это заслужил.
— Я собираюсь поговорить с ней, — заявила Аври. — Высшая Жрица у меня в долгу, — она взглянула на Керрика.
— Я буду здесь. Иди спали несколько мостов.
Она кивнула и направилась к пещере. Райн бросил на Керрика кислый взгляд и поспешил за ней. На лицах обезьян появились широкие улыбки.
— Это слишком интересное зрелище, чтобы пропустить, — сказал Квейн, последовав за Райном.
— Я лучше удостоверюсь, что Квейн будет себя хорошо вести, — Лорен побежал трусцой, чтобы догнать его.
Керрик взглянул на Блоху.
— Ты тоже можешь идти. Я не возражаю.
— Не-а. Кто захочет слушать, как спорят несколько человек? Аври не собирается переубеждать Высшую Жрицу. Я уже видел этот взгляд раньше.
Он изучал Блоху. Молодой человек подтянул колени к груди. Блоха что-то чертил пальцем в грязи.
— Какой взгляд?
— Смертельный взгляд.
Не этого ожидал Керрик. Он задержался с ответом, подбросив ещё одно полено в огонь.
— Я не знаком с этим термином.
— Она видела свою смерть. Смотрела ей прямо в лицо. В тот момент она поняла, что умрёт.
Но она была заморожена в стазисе. Зепп назвал это фальшивой смертью.
Блоха пожал плечами.
— Жизнь человека не обязательно должна быть в опасности. Это осознание не того, умрешь ли ты, а того, когда и как. Неизбежность этого. Это оставляет неприятный привкус во рту.
— Это справедливо для всех.
— Да, но мы игнорируем это. Для неё это прямо здесь, прямо перед ней.
Керрик не был уверен, прав ли Блоха. Но нельзя было отрицать, что Эстрид была в ужасе.
— Ты сказал, что видел этот смертельный взгляд раньше. Где?
— Каждый раз, когда я смотрю в зеркало.
О, нет.
— Блоха, ты…
— Не начинай. Ты не можешь это видеть. Ты не маг смерти.
Он подавил желание поспорить с Блохой. Аври посоветовала ему быть деликатным, поэтому он попробовал другой подход.
  
— У меня получилось?
Удивленный, Блоха поднял глаза и на мгновение встретился с ним взглядом, прежде чем вернуться к своим земельным наброскам.
— Нет.
— Почему нет? Пару раз я был на волосок от смерти. Я познал вкус тьмы. Моя связь с этим миром тонка, как травинка.