Эволюционер из трущоб. Том 5 (СИ)

— Те чё надо? Бесенёнок мелкий, — выпалил дед, держась за сердце.
— Нам бы номер арендовать, да побольше.
— Ну, так это. Трёшку берите. Двести ряпчивок в сутки, если нужна кормёжка — ещё стольник сверху.
— Старый, мы чё, на охотников похожи? Откуда у нас рябчики? — возмутился было Леший, но дед его тут же осадил.
— Дурында малолетняя. Ряпчики этож рубли в просторечье. Ежели неграмотный, то рот не разивай свой, за умного сойдёшь.
— У, какой злой, — ухмыльнулся Леший.
— Слезами Мироздания могу расплатиться? — спросил я и протянул ему белёсые кругляши.
— На кой-они мне? Вон, к еврейчику иди. Пущай обналичит хлам этот. Я только за звонкую монету тружусь.
Я кивнул и направился в ломбард, там как раз происходил расчёт с вольными разломщиками.
— Восемь восемьсот, — сказал Измаил, отсчитывая купюры.
— Мож, накинешь ещё сверху? — спросил Митрич с недовольным лицом.
— Второе правило торговца, — ухмыльнулся Измаил.
— Никогда не трать лишнего, особенно когда о цене уже договорились, — выдохнул Митрич, взял купюры и вместе с подельниками двинул в сторону Пьяного Козла.
— Я рад, что вы наконец-то запомнили правила торговли, — улыбнулся Измаил и перевёл на нас взгляд. — Добро пожаловать, мои маленькие друзья! Чем могу помочь?
— Саламандр покупаете? — спросил я и призвал тварь из хранилища.
Ящерка плюхнулась на лакированный пол и заляпала его оранжевой кровью, заставив торговца устало вздохнуть.
— Ну вот. Придётся мыть полы… Саламандру-то я у вас куплю. Тварь редкая, но куска кожи не хватает, к тому же, череп повреждён. В обычных условиях я бы выдал вам за неё пять тысяч рублей, увы, за порченый товар больше тысячи не дам. И ещё пятьдесят вычту за то что заставили меня убираться. По рукам? — Измаил снова улыбнулся и протянул мне руку.
— По рукам. Но Слезу Мироздания из твари я уже вытащил, — сразу предупредил я, чтобы не было недомолвок.
— Вот как. Тогда цена падает до восьмиста рублей, а с учётом мытья полов — до семисот пятидесяти.
— Годится. — Я пожал торговцу руку и через минуту уже сжимал в руке помятые купюры.
— Таки поздравляю с первой сделкой. И, в качестве бонуса, дам вам совет. Причём совершенно бесплатно. Не светите пространственным артефактом перед местной публикой. Вещица ценная, могут и отнять. А ещё, вот. — Он протянул мне два массивных каталога, красный и синий. — В красном указано то, что я с радостью куплю, в синем — то, что я с неменьшей радостью продам. Можете взять с собой, почитаете, а завтра вернёте.
— А вдруг не вернём? — спросил Макар.
— Таки если не вернёте, то мне останется лишь помолиться за ваши молодые души. Ведь в этом случае вы покинули город и погибли глупо и бесполезно.
— А можно вопрос? — обратился я к Измаилу.
— Если личного характера, то нет. Если вопросы по делу — то сколько угодно.
— Почему вы не стали спрашивать, откуда у нас туша саламандры? — уточняя это, я хотел понять, можно ли доверять торговцу, или он то ещё трепло.
— Таки я ведь не ваш проповедник. Мне не интересно, где вы берёте товар, я лишь его покупаю. А там хоть сами добыли, хоть обокрали кого-то. Меня это не касается. Я люблю звонкую монету, а не трагичные истории, — заявил торговец и поправил шапочку на макушке.
— Отлично. Тогда мы с вами точно сработаемся, — улыбнулся я и повернулся к Макару. — Револьвер, — попросил я и, протянув руку, тут же получил желаемое.
— Надеюсь, это не ограбление? Ха-ха, — засмеялся Измаил но, на всякий случай, убрал руки под прилавок. Уверен, он уже направил в нашу сторону ствол и, в случае чего, превратит нас в решето.
— Это потенциальная сделка, — снова улыбнулся я и положил пистолет на прилавок.
Наша беда была в том, что денег нет, одеты абы во что, с оружием напряги. А револьвер — вещь, хоть и ценная, но бесполезная, когда в нём всего один патрон. Торговец взял пистолет с прилавка, открыл барабан, прокрутил его, закрыл. Осмотрел со всех сторон и вынес свой вердикт:
— За револьвер дам пять тысяч рублей. Состояние хорошее, оружие боевое, но есть потёртости, из-за чего за новый выдать его я не смогу.
  
— Пять тысяч — отличная цена, — кивнул я, а торговец потянулся за купюрами. — Не спешите. Всё заработанное мы оставим у вас. Нам нужна тёплая одежда и обувь нашего размера, а также рюкзаки.
— Хммм… Да. Я вполне могу достать необходимое в течение пары дней. Вот только сперва нужно будет снять размеры.
— А сколько это будет стоить? — поинтересовался я, хотя знал, что торгаш скажет, что на покупку уйдут все пять тысяч.
— Куртка триста, штаны двести, ботинки четыреста и сотня за рюкзак, — быстро огласил цену Измаил. — Итого, тысяча рублей с человека.
— А может, девятьсот рублей? — вклинился в разговор Макар.
— Я вас умоляю. Ну какие девятьсот рублей? Мне нужно снять размеры, закупить для вас одежду, потом доставить её через зону, полную хищных тварей. И вы таки хотите сказать, что это стоит меньше тысячи рублей? — вскинул руками Измаил.
— Я таки хочу сказать, что делать скидку новым клиентам — это правило хорошего тона, — хитро улыбнулся Макар.
— Ха-ха. Неплохо. Неплохо, — оценил торговец. — Это и правда правило хорошего тона, но только в поселении, где есть другие магазины. А здесь у меня монополия. Либо вы торгуете со мной, либо ни с кем, — парировал Измаил.
— Девятьсот пятьдесят? — прищурившись, спросил Макар.
— Знаете, как говорил мой отец? Настойчивость способна пробить насквозь не только горы, но и черепа твоих врагов. — Измаил сделал театральную паузу, а после кивнул. — Так и быть. Девятьсот пятьдесят рублей. Но! Взамен вы оттащите саламандру в морозильник и вымоете полы. Идёт?
— Пффф. Плёвое дело, — усмехнулся Макар и пожал руку Измаилу.
— Я несу саламандру, — заявил я и переместил её в хранилище. — Решайте, кто из вас будет мыть полы.
Ребята решили канаться.
— Камень, ножницы, бумага! Раз, два, три! — выкрикнули они.
— Да какого чёрта? Я выбил сделку, почему я должен мыть полы? — возмутился Макар.
— Инициатива любит инициатора, — хихикнул Леший и пошел следом за мной.
Сперва Измаил вывел всех из ломбарда, запер его, после впустил нас в гараж. Гараж был девственно чист, если не считать заляпанных кровью полов, а также морозилок, одну из которых торговец и открыл. Там штабелями лежали туши червей, недооборотней и один летун.
— Можешь положить саламандру на свободное место.
— А летуны дорого стоят? — спросил я, сгрузив ящерку поверх оборотней.
— Птеросов беру по четыре тысячи за штуку. Важно, чтобы не было особых повреждений. Если брюхо будет вспорото, то ничего страшного, можно зашить. А вот если отрублена голова… То цена упадёт сразу в пять раз, так как подобный товар таксидермистам уже не продашь.
Пока он рассказывал, я потянулся чтобы отщипнуть перо у птероса, но дверь морозилки тут же захлопнулась, едва не прищемив мне руку.
— Вы можете трогать товар только в том случае, если за него уже заплатили, — пояснил Измаил. — Идёмте, я выдам вам наличку. А ты, захвати ведро и тряпку, вон там в углу. — Торговец указал Макару направление.
— Ненавижу мыть полы, — пробурчал раскосый и взял рабочий инструмент.
Мы вернулись в ломбард, и пока Измаил выдал нам ещё четыреста пятьдесят рублей.
— Пусть наше знакомство только началось… — торговец замялся. — Прошу прощения. Совсем забыл представиться. Меня зовут Измаил Вениаминович Шульман, с кем я имел честь провернуть пару сделок?
— Я Михаил, это Лёха, Сергей, Артём и Макар.
— Ага, блин. Макар низко пал как Икар, — буркнул уборщик, надраивая полы.
— Рад знакомству. Надеюсь, в будущем мы совершим ещё больше прекрасных обоюдовыгодных сделок, — расплылся в улыбке Измаил. — А теперь позвольте мне снять мерки.
Должен признать, этот торгаш отлично знал своё дело. Причём не только своё. Многие портные позавидовали бы мастерству Измаила снимать мерки. Он в пару движений измерил обхват талии, груди, бёдер, длину и ширину стоп, записал все измерения и перешел к следующему клиенту. Уже через пять минут всё было готово, и нас отпустили с обещанием, что наш заказ прибудет послезавтра в обед.