Эволюционер из трущоб. Том 5 (СИ)

— А мы и не думали халявить. Руки-ноги есть. А значит, сможем себя обеспечить.
— Что ж, тогда добро пожаловать в последний оплот свободных людей. Никаких тебе аристократов, налогов и прочего. Только свобода. Живите по совести, и всё будет в порядке. Но если начнёте доставлять проблемы, придётся вышвырнуть вас отсюда. Усекли? — Барс хитро улыбнулся и указал на нас пальцем.
— А если вы начнёте доставлять проблемы нам, то мы сами уйдём, — улыбнулся я и протянул главе вольных разломщиков руку.
— Ха-ха-ха! Ты забавный малый! Уверен, что вы тут приживётесь. Хотя твоему другу не мешало бы прикусить язык. — Барс пожал мою руку, но при этом сверлил Лёху взглядом.
— Чей язык нужно прикусить? — спросил Леший, с вызовом посмотрев на Барса.
— Дерзкий засранец, — хмыкнул Роман Рафаэльевич и кивнул в сторону выхода. — Приём окончен. Топайте.
Так мы и поступили. Вышли в коридор, где нас никто не ждал. Вот она, свобода. Всем на тебя плевать. Делай, что хочешь. В рамках приличий, разумеется.
— Не нравится он мне, — сказал Леший.
— Да, ты ему тоже не понравился, — подал голос Макар и направился к лестнице.
— Странное место. Всю округу с землёй сравняли, военизированные подразделения Богданова не смогли удержать границу, а эти живут и здравствуют. Сколько тут бойцов? Человек двести? — спросил Артём.
— Меньше, — ответил я, не вдаваясь в подробности, откуда это знаю.
Учитывая мирных жителей — здесь двести человек, а именно бойцов — от силы человек сто, может, немногим больше.
— А вы заметили, что гвардейцы похожи на гвардейцев только за счёт военной формы? Поведение у них не слишком-то тянет на… — Сергей осёкся на полуслове, так как со стороны лестницы донеслись шаги.
Навстречу нам вышли два мордоворота и направились в сторону кабинета Барса. Сергей был прав. У этих бойцов не было военной выправки, многие выглядели так, будто для гвардейца двадцать-тридцать лишних килограммов — это норма. Но это далеко не так. Странное место. А ещё не понятно, чего так испугалась секретарша Барса?
Покинув здание администрации, мы утонули в обилии звуков. Мычат коровы, блеют козы, кудахчут куры, средь бела дня в одном из домов стонет женщина. Помимо этого через дорогу было местное подобие ресторана под названием «Пьяный Козёл». Рядом с ним расположился отель «Дай храпака!». Увидев такое название, я невольно улыбнулся. Здешние люди знают толк в маркетинге.
— И какой у нас план? — спросил Артём.
— Сначала решим вопрос с ночлегом, потом где-нибудь перекусим. Отдохнём пару дней, а после пойдём охотиться. Ведь мы в поселении вольных разломщиков. Сам бог велел искать и закрывать разломы, — усмехнулся я.
— Кстати, хорошо, что нас не вышвырнули, — подметил Макар. — Если разломщики сдают туши тварей в ломбард, то у нас будет шанс разжиться образцами ДНК, не вступая в бой.
— А у тебя котелок варит, — оценил Прохоров и хлопнул Макара по плечу.
— Вы уверены, что здесь безопасно? — спросил Леший, который совсем недавно громче всех кричал о том, что нам нужно в Ленск.
— А что тебя так встревожило? — Я посмотрел на Лёху, и он был нешуточно напряжен. Того и гляди, нож достанет для самообороны.
— На входе нас мужик окликнул. Он сиделец. В смысле, в тюрьме сидел. Рысь эта…
— Не Рысь, а Барс. — Сергей поправил Лёху.
— Да без разницы, — отмахнулся Леший. — У него под перстнем партак синел.
— Чего? Партак. Это что за слово такое? — нахмурился Прохоров.
— Это значит, татуировка, — пояснил я.
— Ага, она самая. Если там набит перстень, то это значит, что никакой он не гвардеец, а из воровской масти. Уголовник. Бандит, в смысле, — шепотом проговорил Леший и заозирался по сторонам.
— А нам не насрать ли? — скептически спросил Прохоров. — Пока они не создают нам проблем, можно и здесь пожить.
— Когда создадут, уже будет поздно, — закончил Леший и двинул в сторону отеля.
— М-м-м-да. Весёлое местечко. Ну и ладно. По крайней мере, здесь есть, где заночевать и что пожевать.
Я собирался перебежать дорогу, но мимо нас промчался вездеход и резко затормозил у ломбарда. Из машины выскочили пять бойцов, перемазанных зелёной жижей. Выглядели они паршиво, но на их лицах сияли улыбки.
  
— Пархатый! Принимай товар! — заорал один из них и открыл борт вездехода.
Покачнувшись, оттуда вывалилась туша червя. Скрипнула дверь, и на пороге ломбарда показался худощавый мужчина с седыми волосами, два закрученных локона которых свисали параллельно его вискам. На его голове была крошечная шапочка чёрного цвета, которая закрывала разве что макушку. Нос с горбинкой, круглые очки и ладони, сложенные друг с другом на уровне груди.
— Таки что вы сегодня привезли? — довольным тоном выпалил торговец и подбежал к вездеходу. — Черви? Фи. У нас этого добра через край. Дам три сотни за тушу.
— Изя! Какие три сотни? Ты чё, в натуре? Мы, пока эту пакость добывали, чуть Митрича не лишились! — возмутился боец, раскинув руки в стороны.
— Я вас умоляю. Если Митрич собрался помереть от обычного червяка, то в зоне ему делать нечего, — отмахнулся торговец. — Ага, вервольфики. Вот этих двух по полторы заберу, так как шкуры целые, а вот этого подранка за пятьсот.
— Давай за штукарь хотя бы, — вмешался Митрич, на ноге которого красовался кровавый след, очевидно, от зубов червя.
— За штукарь можете оставить его себе. У меня тут бизнес, а не благотворительный фонд. Первое правило торговли… — начал было бизнесмен, но за него закончили фразу бойцы.
— Никогда не покупай то, что не сможешь продать дороже. Знаем, знаем.
— Ну, вот и молодцы, — улыбнулся торгаш и побежал к пристройке, похожей на гараж. Отомкнул замок и поднял вверх рольставни. Внутри показались две массивных морозильных установки. — Заносите скорее, пока туши не начали гнить.
— Измаил Вениаминович, мы-то занесём, ты шекели отсчитай нам, — сказал Митрич и закинул на плечо тушу червя.
— С радостью отсчитаю, но только после того, как буду уверен в том, что вы не прихватите что-нибудь ценное из моего холодильника, — расплылся в хитрой улыбке торгаш.
— Ох уж это недоверие. Мы к нему с чистым сердцем, а он вот так вот, — покачал головой бугай и потащил за ноги недооборотня.
Туша зверя рухнула на землю, вызвав негодование Измаила.
— Если испачкаете трофеи в грязи, уменьшу цену на сотню рублей с каждой туши.
— Эксплуататор хренов. Оно нам надо, спину надрывать? — вздохнул бугай и закинул тварь, которая весила не меньше пятидесяти килограммов, себе на плечи.
— Как говорится, на нет — и суда нет. Не хочешь кушать? Не работай, — ответил Измаил и направился в гараж, чтобы контролировать отгрузку.
— А за СМ накинешь? — спросил Митрич, проходя мимо Измаила.
— Цена Слёз Мироздания уже включена в стоимость туш, — пояснил торговец.
— Это чё, червяк без Слезы стоит всего сотку?
— Разумеется. По сути, это одна из самых бесполезных тварей, — кивнул Измаил.
— Отстой. Мужики, тогда в следующий раз не тратим время на эту пакость.
— Хе-хе. Мы б и в этот раз не тратили, если б они не решили тебе стручок откусить.
— Да пошел ты! Я, когда поссать отходил, понятия не имел, что они в земле прячутся, — возмутился Митрич.
— А тут весело, — сказал я и направился к отелю.
Отель представлял собой длинное одноэтажное здание, а-ля барак. Шесть комнат и ресепшн, разместившийся в коридоре. За стойкой никого не было видно, зато было слышно. Громогласный храп гулял по коридору, а ещё чувствовался специфический старческий запашок.
— Готов спорить, что за стойкой дрыхнет старик, — сказал Сергей.
Сделав пару шагов, я перевалился через стойку и убедился в том что нюх Серого работает отменно, хотя эту вонь ощутил даже я. Развалившись на стуле, спал старик, который слово «бриться» даже не слышал. Огромная пышная седая бородища с усами, а вот на макушке волос не хватало. Видать, все в бороду ушли. Я пнул стойку ногой, от чего старый подскочил и с испугом уставился на меня.