Ведьма для огненного дракона, или Ошибка призыва (СИ)
— Еще есть возражения? — он вновь посмотрел на всех присутствующих, особенно долго задержавшись на опешившем Главном Смотрителе. — Раз нет, то объявите результаты испытания.
Смотритель прочистил горло, поправил очки на переносице и начал зачитывать результаты с какого-то листка.
Солнце так нещадно палило, что на лбу даже за то непродолжительное время, пока я стояла на всеобщем обозрении, уже выступил пот. И это я была без плаща. Наверняка все, что ждали меня, вообще сварились.
Сердце в груди бешено колотилось. Только сейчас я поняла, что и руки у меня подрагивали. И вот, вроде бы я уже понимала, что меня точно не исключат. Но дышать полной грудью не удавалось. Что означала эта разросшаяся метка? Почему все смотрели на меня столь нахмурено?
— Испытание не прошла леди Зельда, — объявил Смотритель и припечатал: — Заклеймить обманщицу позором и сослать в монастырь.
Я бросила взгляд на несчастную девушку. Единственную, кто вышел с темным кристаллом. Меня накрыла волна негодования. Такая же, которая не давала мне в академии пройти мимо несправедливо обиженных студентов. Нельзя! Никогда нельзя позволять несправедливости победить!
— Вы не можете, — вырвалось у меня прежде, чем я успела основательно обдумать то, как мне добиться оправдания девушки. — Просто не имеете права!
Ну вот, опять я сначала сделала, а теперь мне нужно было выходить из этой ситуации. Ничего, прорвусь. Наверное…
Смотритель нахмурился, глядя на меня, а Зельда, как ее назвали, подняла на меня глаза, полные надежды и удивления. Не думаю, что кого-то особо волновала ее судьба.
— Что вы имеете в виду, леди Астерия? — уточнил Смотритель.
— Нельзя ломать девушке жизнь только потому, что она влюбилась и пошла на поводу у своих чувств! — выпалила я.
— Леди, мне говорили, что вы не до конца знакомы с обычаями драконов, — откашлялся старичок, поглядывая на Мирролана. — Но согласно им…
— Да, не знакома, — прервала его я. — Но если они не позволяют быть вместе любящим сердцам, грош цена этим обычаям!
Все шокировано смотрели на меня, а я чувствовала, как от волнения перехватывает дыхание. Я понимала, что я уже не в академии, где самым страшным наказанием было бы отдраивание полов или (кошмар-кошмар!) отчисление.
Я не имела представления, что тут могут сделать с человечкой, которая оскорбила драконью традицию. Но отступать было нельзя. Преодолевая страх, дрожь в коленях, я старалась уверенно смотреть на них.
— Я согласен с леди Астерией, — прозвучал в тишине уверенный властный голос Мирролана. Все это время он изучал меня, как какое-то чудо природы, и ухмылялся.
— В бессмысленности обычаев? — я думала, глаза Смотрителя вылезут из орбит.
— Нет, — улыбнувшись уголком рта, ответил Мирролан. — В том, что ее надо вернуть домой. К тому, кого она любит. А уж в монастырь она сможет уйти сама.
В гробовой тишине раздался тихий “ох” Зельды, и она упала в обморок. Наверное, от волнения. Я было кинулась ей помочь, но Мирролан удержал меня за локоть. Практически все, может, кроме невест и все еще не отошедшего от шока Главного Смотрителя, кинулись приводить Зельду в сознание.
Его драконейшество склонился к самому моему уху и с очень серьезным хмурым видом прошептал:
— Ей сейчас помогут, не переживай. У меня есть к тебе другое предложение.
Глава 38. Драконы и люди
Я напряглась, всматриваясь в его глаза. Мирролан сделал шаг ко мне. Я попятилась, не понимая что он от меня хочет. Король сделал еще один шаг, я снова отошла.
— Мне оно заранее не нравится, — отозвалась я.
— А мне кажется, ты оценишь, — ухмульнулся он.
Когда я сделала еще один шаг назад, нога не нашла опоры, и я сорвалась вниз. Сердце подскочило к горлу, выдавив вскрик и замерло. Время будто замедлилось, небо заняло все поле моего зрения. Я задавалась только одним вопросом: “Зачем?”
А потом я увидела, как Мирролан сам спрыгнул с края уступа и на лету превратился в дракона. Я снова впечатлилась красотой его золотой чешуи так и сверкающей в лучах солнца.
Он и поднырнул под меня. Я почувствовала, как врезалась в его упругое тело. Мирролан взмахнул крыльями, чтобы не дать мне соскользнуть и взмыл вверх.
Я перевернулась на живот и прижалась телом к его гладкой прочной на ощупь чешуе. Под ладонями плавно перекатывались мощные мышцы, а ухом я слышала довольное урчание.
Сначала мне было очень-очень страшно. Так что я зажмурилась и не отрывала головы от толстой шеи дракона. Но потом в какой-то момент осмелела и потихоньку начала осматриваться.
Какая же это была красота! И я это все пропустила, пока летела в повозке?
Под нами простирались горы, с одной стороны которых была равнина, а с другой — бескрайнее море. Мы летели над хребтом. Под нами узкими полосками блестели в лучах солнца ленты горных речушек. Над ними кружила какая-то хищная птица.
Но мы все равно были выше. Мирролан сделал еще один мощный взмах крыльями и взмыл к самым облакам, врезавшись в белую воздушную вату и заставив туман внутри завихряться потоками.
Дракон выполнял пируэты, так что я не понимала, как умудрялась держаться. Визжала от чувства опасности, которое щекотало нервы, беззаботно смеялась, когда Мирролан выходил из опасных виражей.
Мое плечо сияло так же, как чешуя дракона, а когда я касалась его этой рукой. В этот момент я испытывала безграничное доверие. Что бы дракон ни сделал, я была уверена, что со мной ничего не произойдет. Определенно, летать на спине дракона мне нравилось гораздо больше, чем в его когтях. Интересно, когда ще у меня появится такой шанс?
Мирролан сделал круг над городом и приземлился на балконе в своих покоях. Он расправил крыла, чтобы я могла спокойно спуститься на твердую поверхность. Я спрыгнула, пытаясь удержаться на ногах. Но они так устали, пока я держалась на драконе, что я чуть не упала.
Мне не дал упасть его драконейшество. Он подхватил меня на руки и занес внутрь своих покоев. Только сейчас я поняла всю неоднозначность ситуации. Я, вроде как невеста на отборе, наедине с королем в его покоях. Более того, он принес меня сюда на своей спине, наплевав на все правила отбора. Непонятно еще, простят ли его драконейшеству столько грубое нарушение.
— Так неправильно, — я уперлась рукой в его плечо, чтобы объяснить, почему так лучше не делать. — Ты же понимаешь, что у меня и так репутация…
Но договорить мне, конечно, не дали. Мирролан посадил меня на комод и притянул к себе, накрывая мои губы жадным поцелуем. Все мои попытки отстраниться не привели ровным счетом ни к чему. Его ладонь на моем затылке не оставляла мне шанса на это. Движения губ и языка Мирролана были такими тягуче-искушающими, что у меня вырвался неожиданных стон. Король издал в ответ очень драконий рык и развел мои бедра, вклинившись между ними.
Мое тело с готовностью подпустило его ближе, но разум буквально вопил, что нужно остановиться. Нельзя, иначе все будет неправильно. Даже если очень хочется.
Я увернулась от очередного касания горячих губ Мирролана, и попыталась преодолеть искушение, но он не отступил и спустился дорожкой поцелуев от уголка рта к открытому плечу с меткой. Меня накрыло такой волной удовольствия, что я на мгновение потеряла связь с реальностью.
— Не переживай, я скоро решу эту проблему, — прошептал Мирролан. — И мне не придется останавливаться.
Он отстранился и спустил меня на пол, придерживая за талию, потому что ноги меня не держали совсем. Мирролан приподнял указательным пальцем мой подбородок и посмотрел в глаза.
— Какая невероятная прихоть судьбы, что ты оказалась человечкой! — сказал он.
Эта фраза царапнула меня, как коготок маленького котенка — вроде небольшая царапинка, а больно.
— Быть человеком по-твоему плохо? — я отпрянула от него. — С чего вы, драконы, решили, что вы чем-то лучше людей?
— Потому что мы не предаем, — кратко ответил он. — Или ты думаешь, я просто так согласился с тобой, что девушку надо отправить домой? Если ее связь с тем парнем истинная, то он будет ждать ее до самой смерти.