Гость из будущего. Том 4 (СИ)

— Время-время, Саша, потом поругаемся, — заступился за меня Павел Кадочников, который после «Подвига разведчика» и «Укротительницы тигров» имел бешеную популярность и солидный авторитет среди коллег. — Давай, Феллини, быстрее, сейчас уже свистнут.
— Полузащита, — протараторил я, — направо пойдёт мой ассистент Генка Петров, налево Женя Броневицкий. Они парни молодые, крепкие вот вдоль бровочки и попашут.
  
— А чё это я направо? — недовольно буркнул мой армейский дружок и с недавних пор сосед по коммуналке.
— Потому что тебе, как молодожёну, налево ходить пока рановато, — хмыкнул я, чем вызвал улыбки на лицах других футболистов.
— Вы играть там собираетесь⁈ — окликнул нас судья матча и главный тренер «Зенита» Валентин Фёдоров.
— Товарищ судья, ещё буквально пять секунд, — обаятельно улыбнулся всеми обожаемый «Максим Перепелица».
— Центр полузащиты, — тяжело вздохнул я, представив, сколько придётся бегать, — тут всё просто, в центре сыграет капитан команды Леонид Федорович Быков и я. А в атаку запустим вот этого шустрого пацана, — я хлопнул по плечу молоденького 15-летнего паренька, которого привёз на стадион режиссёр Николай Иванович Лебедев.
Николай Иванович являлся старожилом нашего режиссёрского цеха и, появившись на свет в конце прошлого 19-го века, он воевал и в гражданскую и с оружием в руках защищал блокадный Ленинград. Теперь же бывший фронтовик специализировался на детском кино. Главными героями его кинокартин были мальчишки и девчонки, детство которых разбилось о революционные события или Великую Отечественную войну. Так в мае этого 1964 года вышел на экраны его новый фильм «Мандат», где главную роль сыграл вот этот самый шустрый парень. И звали паренька Боря Щербаков.
Когда только съёмки «Мандата» начинались, юному Щербакову исполнилось всего 13, а сейчас он заметно вытянулся и возмужал и внешне почти ничем не отличался от того знаменитого актёра, который отыграет около трёхсот самых различных и запоминающихся ролей. Среди них в частности будут и спортсмены: нападающий Бабочкин в «Одиннадцати надеждах», вратарь Синицын в фильме «Такая она игра», футболист Всеволод Бобров в кинокартине о сыне Иосифа Сталина и послевоенном спорте, а так же он сыграет отца Валерий Харламова в «Легенде №17».
— Николай Иванович сказал, что ты за сборную школы играешь? — спросил я Борю Щербакова.
— Есть немного, — усмехнулся он.
— Тогда будем из глубины пасовать тебе на ход, — кивнул я. — Рви, что есть силы и в атаке решай сам.
И тут к нашей компании подбежал главный тренер сборной «Ленфильма», директор киностудии Илья Киселёв и стал сыпать бессмысленными вопросами:
— Чего стоим? Кого ждём? Кстати, по какой схеме собрались играть?
— Играем по схеме: пять — четыре — один, — прорычал я, словно мы настраиваемся на последний и решительный бой.
Справедливости ради надо сказать, что Илья Николаевич сделал кое-что и полезное. Например: оснастил команду старенькими белыми футболками, белыми трусами и белыми гетрами. А ещё для послематчевого выступления нам, «Поющим гитарам», выделил звуковой пульт, микрофоны и дополнительные усилители.
— Пять нападающих? — удивился он. — А что? Правильно! Нечего отсиживаться в обороне! Покажите этому «погорелому театру» настоящий футбол, такой чтоб Дуньке Распердяевой тошно стало!
— Лишние с поля! — скомандовал главный судья. — Мяч с центра разыгрывает сборная БДТ. Играем корректно, товарищи артисты! Предупреждаю, судить буду строго.
— Разошлись по позициям! Разошлись! — захлопал я в ладоши, разгоняя своих партнёров по заранее оговоренным футбольным позициям. — Слушай, Лёня, а чего это у БДТ команда такая необычная? — спросил я Леонида Быкова, когда БэДэТэшники в синих футболках и в синих трусах подошли к мячу. — Кирю Лаврова, Геру Штиля, Олега Борисова, Всеволода Кузнецова и Сергея Юрского я знаю. А кто эти остальные молодые, поджарые и резвые хлопцы?
— Наверное, работники сцены? — пожал плечами наш капитан и матч, наконец-то, начался.
Эти странные работники сцены смутно напомнили мне парней из ДЮСШа или футболистов какого-то молодёжного состава. Я сам раньше серьёзно занимался футболом и, чего греха таить, играл не только за главную команду города, но и за разные другие организации, как чей-то сын, брат или сват. Ещё сильнее подтвердилась моя догадка, когда мяч отлетел к одному из этих странных игроков, и он очень профессионально вырезал дальнюю диагональ на своего одноклубника.
— Сели к воротам! Сели! — заорал я, предчувствуя неладное, и сам же бросился в защиту.
Надежды на то, что 40-лентий Павел Кадочников и 43-летний режиссёр Виктор Саныч Садовский вместе с молодым техником Юркой отыграют в центре защиты как надо, у меня не было. Тем более соперник повёл на наши «оборонительные редуты» размашистую и стремительную атаку. Сначала один футболист сборной БДТ прошёл по нашему левому краю, затем он же шибанул мяч на противоположный правый фланг, где кроме игрока в синей футболки больше никого и не было.
«Куда же Демьяненко-то подевался? Неужели его болельщики на автографы растащили?» — проворчал я про себя и рванул что есть силы в центр штрафной площадки. И в этот самый момент на нашу 11-метровую отметку пошла нацеленная передача соперника. Справедливости ради в атаке БДТ вышли не подставные «работники сцены», а настоящие актёры — Кирилл Лавров и Георгий Штиль. Поэтому когда мимо мяча махнул ногой Павел Кадочников, я успел опередить Штиля с Лавровым и слёту «вынес» кожаный снаряд далеко на центр поля. И впервые стадион одобрительно загудел.
— Собрались! Собрались! — заголосил я, чтобы встряхнуть свою заторможённую «инвалидную команду».
«Лихо придумали! — усмехнулся я, рассмотрев расстановку сборной БДТ. — Лавров и Штиль в атаке, Олег Борисов, Сергей Юрский и Всеволод Кузнецов, который снялся в роли нападающего Александра Веснушкина в фильме „Запасной игрок“ — в защите. А вратарь и пятёрка полузащитников у них — необычайно резвые „работники сцены“. То есть профессионалы цементируют и ведут игру всей команды, и актёры им совершенно в этом не мешают. Хрен с ним, с подставными, главное в сухую не обмишуриться».
На этих моих невесёлых размышлениях сборная БДТ снова завладела мячом в центре поля, и тремя длинными передачами вернула его на наш пустой правый фланг. «Куда же Демьяненко-то подевался?» — снова прошипел я про себя. И когда пошёл сильный и нацеленный прострел в нашу штрафную, рванул на мяч. Затем подпрыгнул и, заложив набок корпус, красивым каратистским ударом во второй раз выбил его в сторону нашего единственного форварда.
«Давай, Щербаков, цепляйся за мяч», — буркнул я себе под нос. Однако 15-летний худой паренёк, который до мяча хоть и дотянулся, подержал его в ногах не более пары секунд. Один из «работников сцены» команды БДТ легко корпусом оттеснил Борю в сторону и сам же повёл мяч в атаку. «Вот теперь запахло жареным», — догадался я, когда этот хлопец прошёл десять метров, играючи обвёл Леонида Быкова и с тридцати метров сильно пробил по нашим воротам. Благо мяч немного свалился вправо и полетел точно на меня. Поэтому я прищурил глаза, вжал голову в плечи и под этот мощный выстрел подставил свою бедную голову. «Бум», — загудело внутри моей черепной коробки, а мяч, срикошетив чуть-чуть вверх, улетел на угловой.
— Собрались! Собрались! — прокричал я. — Где у нас Александр Демьяненко⁈
— Чё разорался? — прошипел он, оказавшись где-то за моей спиной.
— Александр Сергеевич, я вас просил играть справа в защите, а вы где бегаете? — прошипел я.
  
— А я подумал, что играю слева, — буркнул он.
— Встаньте на правую штангу, — рыкнул я и снова заголосил, — разобрали соперника! Каждый играет с каждым! — скомандовал я, а сам тем временем посеменил на линию своих ворот.
— Ох, и разнесём мы вас сегодня, — довольно произнёс Гера Штиль.
— Посмотрим, — хмыкнул я и тут же подумал: «хоть бы не проиграть с позорным счётом».
— Угловой подаёт сборная Большого академического театра имени Горького! — грозно пророкотал голосом Левитана диктор по стадиону и после небольшой заминки добавил, — команда играет в синих футболках.