Гость из будущего. Том 4 (СИ)
— Значит, не понятен смысл «восстания машин»? — буркнул я, бросив взгляд на печатные буквы сценария. Кстати, в этот момент к нашему разговору присоединились актёры Леонид Быков и Нонна Новосядлова, главный оператор Сергей Иванов и ещё несколько техников и осветителей. — Вот представьте, закончился небольшой рассказ о Вселенной, в котором прозвучало множество скучных цифр. Далее включается наша студия и чтоб юные зрители перед сюжетом о галактике Млечный Путь не заскучали, нам нужно будет рассказать что-то нетривиальное.
— Это и так понятно, — проворчал «Максим Перепелица с бородой», — ты нам лучше объясни, что такое этот твой искусственный интеллект и «восстание машин»?
— Ближайшая к Солнцу звезда — это Проксима Центавра, — тяжело вздохнул я. — И чтобы туда долететь никакой человеческой жизни и здоровья не хватит. Следовательно, в дальний, да и в ближний космос мы, земляне, сначала должны отправить корабль с роботами на борту и управляться он будет при помощи искусственного интеллекта.
— Свят-свят, — буркнул кто-то из техников.
— Хотим покорить космос, значит должны развивать электронику, — я махнул рукой в сторону телефона и телевизора. — Придёт время и у каждого человека в руках появится вот такое тоненькое прямоугольное устройство, — я вынул из кармана брюк «книжку-малышку». — В этой штучке будет спрятан телефон, телевизор, печатная машинка и, конечно же, ЭВМ.
— Кибернетика, едрид мадрид, — брякнул кто-то из осветителей.
— Аха, так выпьем же за кибернетику, — буркнул я, повеселив народ, который заметно напрягся. — Однако чем совершеннее будут наши электронные машины, тем они будут умнее. Наконец появится такая ЭВМ, которая будет делать почти всё без участия человека. И как сказал бы поэт: «Позабыты хлопоты, остановлен бег, / Вкалывают роботы, а не человек».
— Теперь всё ясно, — прошипел Сава Крамаров. — Это же они нам, людям, весь кислород перекроют. С заводов нашего брата попрут, с фабрик попрут. Да они ещё и в кино вместо нас полезут работать! А чё? Мою морду на себя нацепил и вперёд, на съёмку! Чё делать, Феллини, это же не шутки?
— Чё делать, чё делать? — пробурчал я. — Сухари сушить. Запомните, дорогие товарищи киношники, прогресс остановить невозможно. Поэтому пусть об этой проблеме болит голова у наших потомков. А сейчас давайте снимать киножурнал.
* * *— Это, Феллини, будет бомба, бомба, — шепнул мне Леонид Фёдорович Быков, когда наша футбольная команда перед матчем с театральным коллективом БДТ лениво разминалась на поле стадиона имени Кирова.
Кстати говоря, народу на трибунах, которые вмещали 33 тысячи человек, собралось немало. По крайней мере, пустующих секторов было всего несколько штук и все за воротами играющих команд. И по моим примерным подсчётам поглазеть на то, как в этот будничный вечер вторника талантливые артисты бездарно перекатывают мяч, пришло минимум 29 тысяч. И я вполне допускал, что многие здесь появились не ради футбола, а дабы послушать небольшое выступление наших «Поющих гитар». Однако позориться на футбольном поле мне тоже как-то не хотелось.
— Хороший получиться киножурнал, — кивнул я, а когда в мою сторону отлетела кожаная футбольная сфера, подцепил её носком правой ноги и принялся вполне профессионально набивать, попеременно меняя ноги.
— Да подожди ты с футболом, — прорычал Быков и слёту шибанул по мячу, которым я несколько секунд красиво жонглировал, и снова зашептал, — ты наверное не понимаешь. Тебя же после киножурнала по разным инстанциям просто затаскают. Вот смотри, мы во второй «подводке» заикнулись об искусственном интеллекте, о перспективах развития ЭВМ, об этой, как его чёрт, компьютерной сети, о возможном «восстании машин». А это всё касается госбезопасности.
— А в третьей «подводке» мы поведали миру, как можно легко снять в студии и сфальсифицировать полёты к Луне, — криво усмехнулся я. — Да начхать! Даже если наш киножурнал никогда не выпустят в эфир, этот киноматериал кое-кому там, в Кремле, прочистит мозг. Хотите завоевать космос и укрепить оборону страны? Ради Бога, тогда развивайте электронику. Хотите прогресса в создании самых навороченных ЭВМ? Пожалуйста, но тогда нужно повышать культуру производства, которая невозможна без повышения уровня жизни людей. Какая может быть культура на производстве, если человек живёт в бараке, где система коридорная, на тридцать восемь комнаток всего одна уборная?
— Может быть, ты конечно и прав, — пробурчал Леонид Быков. — В общем, я тебя предупредил.
— Закончили разминку! — крикнул главный судья товарищеского матча. — Команды на центр поля! — добавил он, дунув в свисток.
Кстати, судить наш потешный футбол каким-то образом уговорили главного тренера ленинградского «Зенита» Валентина Васильевича Фёдорова. Валентин Васильевич до войны выступал за ленинградский «Пищевкус», в ДК которого мы сейчас устраивали танцевальные вечера, а так же за местное «Динамо». Кроме того он был организатором и участником футбольного матча в блокадном Ленинграде, а в 1948 году сыграл в хоккей с шайбой против пражского ЛТЦ. Лично мне этот 50-летний мужчина среднего роста с волевым лицом, чем-то напомнил актёра Виктора Коршунова, который исполнил роль главного тренера ленинградской «Зари» в фильме «Удар! Ещё удар!». Впрочем, до данной кинокартины у нас на «Ленфильме» руки ещё не дошли.
Настроение у Фёдорова было отличное, так как его «Зенит» 3-го сентября на этом же стадионе обыграл киевское «Динамо» со счётом 1:0, а вчера 7-го сентября была повержена кишинёвская «Молдова» — 3:0. Эти две важнейшие победы на своём поле позволили зенитовцам покинуть опасную зону вылета. Увы, но без денег Газпрома и целого взвода южноамериканских футболистов команда с берегов Невы в чемпионатах СССР не блистала. Исключением станут бронза 1980 года и золото 1984. А пока «Зенит» был прочным обитателем нижней части турнирной таблицы. Более того в 1968 году занявший последнее место ленинградский клуб спасут расширением Высшей лиги до 20 команд.
— Гитары! Гитары! — вдруг раздалось скандирование на трибунах, которое повеселило и нас, и сборную БДТ, и главного судью товарищеского матча Валентина Фёдорова.
Глава 13
За полминуты до стартового свистка, по доброй дворовой футбольной традиции, наша сборная «Ленфильма» наконец-то собралась в круг и принялась разрабатывать тактику и стратегию на предстоящий матч. Профессионалы этому этапу подготовки к игре отводят несколько дней, мы, любители, несколько секунд.
— На ворота встанет дядя Лёша Смирнов, — быстро протараторил я.
— Это ещё почему? — принялся возражать актёр Александр Демьяненко.
— Потому что Смирнов большой, ему видней, — прорычал я. — А ещё дядя Лёша своим богатырским телом закроет большую часть ворот, и нам это на руку.
— Согласен, — кивнул «хулиган Федя» из «Операции „Ы“».
— А чё ты, Феллини, раскомандовался? — снова зазудел «Шурик» из той же кинокомедии, у которого из-за непогоды в Москве образовался простой, вот он его и пережидал дома в Ленинграде. — У нас капитан, между прочим, Леонид Фёдорович Быков.
— А я ему, Саша, полностью доверяю, — поддержал меня всеми любимый «Максим Перепелица». — Давай дальше, Феллини. Время дорого.
— Защита, — буркнул я, покосившись в сторону главного судьи, — центр перекрою сразу три игрока: Павел Петрович Кадочников и Виктор Саныч Садовский, — я кивнул нашему ленинградскому кинорежиссёру, который в будущем снимет целый ряд спортивных кинолент: «Удар! Ещё удар!», «Одиннадцать надежд», «Ход белой королевы», «Всё решает мгновение» и другие. — А так же, — задумался я на пару секунд, — «чистильщика» изобразит Юрка. Он у нас на студии тележку «Долли» катает, поэтому самый здоровый, плечистый и выносливый. Фланги у нас в защите закроют актёры комедийного жанра: слева — Алексей Кожевников, а справа — Александр Демьяненко. Пусть противник немного похохочет.
— Очень смешно, и всё же я не понял, а чего он распоряжается? — опять всплеснул руками всеми любимый «Шурик».