Страсть под грифом «секретно»

Но первое – более перспективный вариант.
– Это Лена меня вдохновляет.
Накрыв мою ладонь своей, Олег сплетает наши пальцы. Убедившись, что Кузнецов обратил внимание на этот невинный жест, делает то, чего я совершенно точно не ожидаю. Приподнимает мою руку и, наклонившись, касается губами моей ладони.
– Вы давно вместе? – я не удивлюсь, если Дарина прямо здесь испустит дух от восторга.
  
– Я пойду покурю, – резко поднявшись на ноги, Никита награждает меня уничтожающим взглядом, полным презрения и… Разочарования?
Надо же, как интересно. По его мнению, неловко здесь должно быть только мне?
Мы не в том месте, где можно выражаться матами, а без них мне, возможно, впервые в жизни, сказать нечего.
С моим прошлым молодым человеком ситуация тоже сложилась весьма неприятная. Нет, дед не прихлопнул его, хотя я уверена, мысли такие в голове моего единственного родственника мелькали, но по итогу он просто запугал несчастного и заставил переехать в другую страну, прекрасно зная, что я никуда из России не уеду.
Возможно, всё сложилось бы иначе, если бы Денис не прислал мне сообщение уже из Канады…
Но Никитка-то всё равно его в малодушии переплюнул.
– Что с ним? – уточняет Олег у Дарины, когда мы остаемся втроем.
– Ой, я даже не знаю, – девушка морщит свой аккуратненький носик. – Наверное, на него отец надавил со свадьбой, и теперь Ник бесится. Не думаю, что он хотел в ближайшие годы обременять себя узами брака.
Я и до этой секунды особой неприязни к девушке не испытывала – в конце концов, не она меня обманула, но её искренность и вовсе располагает к себе.
– А ты хочешь за него замуж? – не выдержав уточняю.
Дарина смотрит на меня с легким недоумением, будто бы я глупость спросила.
– Все же хотят. Разве нет? – ничуточки не смущается. – Наши отцы дружат очень давно. Родители мне с детства говорили о том, что когда-нибудь я за Никиту выйду замуж. Сначала в шутку, а ближе к восемнадцати уже всерьез. Только тогда мне не особо хотелось. Друзья, учеба, путешествия… Ты меня, наверное, понимаешь? – заглядывает в глаза. Я на автомате киваю. – А теперь… – начиная ерзать на кресле, всплескивает руками. – Мне скоро тридцать. Пора обзаводиться семьей и детишками.
Черт. Жаль, что я не курю.
Испытываю острую потребность убраться подальше.
Её история меня не шокирует, и тем не менее я испытываю острую потребность помыться.
Каким нужно быть мудаком, чтобы обидеть человека, с которым с детства знаком.
– Я думаю, ты могла бы найти себе кого-то получше, – уверенно заявляет Олег.
Стрельнув взглядом в его сторону, гляжу на мужчину по-новому. Он явно лучше, чем показался мне в нашу первую встречу. Со сколькими гранями я ещё не знакома?
– Олег, да ладно тебе. Ты же знаешь, у меня скверный характер, – отмахивается девушка, заметно смутившись.
Откидываюсь на спинку кресла и с интересом наблюдаю за их беседой. Парочка явно неплохо знакома, только вот обсуждают они сейчас не пережитые в прошлом моменты, а наше с Олегом знакомство.
Ему хватает мозгов (читайте, как не хватает) придумать какую-то жуткую историю о том, как я его спасла после случайного ранения.
«Прискорбно. Совсем дурачок», – мысленно вздыхаю.
– Лена, Вы врач? – уточняет Дарина уже у меня.
– М-м-м… Можно и так сказать. Отношение к медицине имею самое непосредственное, – секунду раздумываю над тем, шокировать бедняжку или нет, но Олег и тут в ударе оказывается.
– Лена – судебно-медицинский эксперт. Швы у нее потрясающие!
Дарина обескураженно хлопает пушистыми ресницами. Кажется, наша «пара» её впечатлила.
– Никита куда-то пропал. Поищу его, – говорит она вскоре. – Не скучайте.
Девушка быстро ретируется. Впечатлительность будет их семейной чертой.
– Что ты здесь устроил? – перевожу взгляд на светящегося Олега. Люминесцентные лампочки могут ему только завидовать. – Ты в своем уме?
– Мне кажется, я сегодня хорош, – нагло усмехнувшись, он поправляет полы пиджака и вольготно откидывается на мягкую спинку кресла.
– Гений, миллиардер, филантроп? – подыгрываю ему.
– Ты забыла «плейбоя», – прищуривается.
Я изо всех сил стараюсь не рассмеяться.
– Нет, не забыла.
– Зря, – он усмехается и, взяв мою руку, опускает её под стол. Прямо. На свой. Возбужденный. Пах.
– У тебя всегда стоит? – уточняю, вытаращив глаза. – С этим стоит обратиться к врачу.
Он подается в мою сторону и, понизив голос, доверительно произносит:
– С этим только ты мне можешь помочь. Ситуация критическая.
 
Глава 12
 
Будем считать это минутной слабостью, но я не злюсь на Ястребова. Более того, мне даже не противно его трогать.
«Так, Лена, стоп!» – обрываю странные мысли, но как-то неубедительно, потому что в следующую секунду я неожиданно для самой себя в очередной раз сжимаю пальцы на его детородном органе.
Делаю вид, что внимательно щупаю.
– Согласно первичному осмотру, с перышком у тебя всё в порядке. Если, конечно, ты не используешь силиконовые накладки.
В этот момент мне стоит порадоваться: держать под контролем выражение своего лица я умею лучше, чем язык. Остаюсь внешне невозмутимой в тот момент, когда Олег запрокидывает голову и начинает откровенно ржать.
– Перышко? Леночка, ты охренела! Это член! – говорит, продолжая смеяться.
Последнее слово он проговаривает особенно громко. Настолько, что ни у кого не остается вопросов о теме нашего общения.
Официант, направляющийся к нам с подносом в руках, замирает в паре метров от столика. Судя по ярко-алым щекам, мы смутили молодого парня.
Пожалуй, мне не стоит думать о том, как мы выглядим со стороны…
Я взглядом прошу официанта подойти и расставить приготовленную часть заказа. Мы и так выглядим достаточно… м-м-м… живописно. Не стоит привлекать ещё большего внимания.
Как только нас снова оставляют наедине с Ястребовым, я поворачиваюсь к этому похотливому пернатому поганцу и с улыбкой произношу:
– Так я тоже не Пряничек.
– Почему? Сахарный пряничек. Как по мне, очень похожа.
Он садится ровнее. Сначала поправляет воротник рубашки, а после – манжеты и наручные часы.
– Ты торопишься?
– Нет.
– Очень жаль.
– Я в твоем полном распоряжении. Могу хоть до утра щекотать тебя своим пёрышком, – снова веселится.
С интересом наблюдаю за ним.
Честно? Очень непривычно. Я ожидала какой угодно реакции, но точно не такой. Обычно мужчины очень болезненно реагируют на какое-либо ущемление их мужской состоятельности.
Никита, к примеру, очень оскорбился, когда на его вопрос: «Понравился ли мне секс?» я ответила: «Нормально».
Больше таких глупостей он не спрашивал.
А здесь, положа руку на сердце, с моей стороны явное приуменьшение его физиологических данных.
– Ты ужасный, знаешь об этом? – решаю увести разговор в более безопасное русло.
– Я? Мне кажется, ты лукавишь. Тебя обманул вот тот урод, – беззастенчиво кивает на появившихся в зале Никиту и Дарину. – А ужасный я. Навык с благодарением тебе явно стоит прокачать. У меня, кстати, есть несколько очень интересных идей…
Его заносчивый тон и взгляд, переведенный в район ширинки, не оставляют полета фантазии.
– Слишком прямолинейно и пошло. Я помню твое заявление, но пока что в ручном режиме.
– «Пока что» звучит обнадеживающе, – томно шепчет мне на ухо в тот момент, когда мой новый бывший вместе со своей невестой усаживаются за столик на противоположной стороне от нас.
Никита выглядит так, будто его долго-долго во фритюрнице жарили. Покрасневший и какой-то взлохмаченный.
  
– Весело вам, я смотрю, – выплевывает едко и переводит взгляд с Олега на меня. В глазах столько осуждения, будто бы это я им полгода пользовалась и беззастенчиво врала.
– Никит, ты чего? – остается только гадать, Дарина реально не понимает, в чем дело, или искусно притворятся, но со стороны выглядит так, будто она удивлена резким поведением своего возлюбленного.