Свой респаун (СИ)
Это было очень странное проклятье, впервые встреченное мной в Параллаксе. Почему нельзя раскрыть яйцо с питомцем? А нельзя ли желтокрылым просто сняться с этого места, уйти в другую зону, и там продолжать свой род?
Впрочем, думать особо времени не было, и сейчас надо было как-то решить задачку с горой.
* * *— Да, не самая удачная сделка, — проворчал я и, подойдя к склону в том месте, где он мне показался наиболее пологим, поставил ногу.
Шаг, ещё… И ещё.
Пингольеры пристально следили за мной, о чём-то перешёптываясь. Их зубастые рожи, как ни странно, обладали богатой мимикой. Вот они только что хохотали так, что из бешеных белых глаз даже слёзы лились, а теперь наблюдают за мной с искренним удивлением. Бровные дуги вывернуты вверх, а клыкастый рот отвис в изумлённом «О-о-о, он к нам поднимается!».
За спиной послышался хруст. Шугабой тоже шагал вслед за мной и, поймав мой взгляд, решительно кивнул и сжал кулак:
— Саня!
Я ему тоже кивнул, а потом, сделав пару шагов, обернулся.
— Погоди, Шуга, а чего ты сзади-то идёшь?
— Ну-у-у…
— Ты же танк.
Ордынец смотрел на меня так жалостливо, что я, выругавшись, выхватил Стрелу.
Вы испытываете действие Ауры Хранителя
— Ну, за челове…
Договорить я не успел, потому что шарик пинга едва не влетел мне в лицо. Пролетел мимо, чуть не влепившись в увернувшегося Шугабоя… Ну а за ним оказалось растерянное лицо Груздя, который совсем не ожидал такой подлянки.
Он едва успел прикрыться рукой, но шарик лишь уткнулся в него и упал, упокоившись прямо у ноги.
— Э-э-э… Ну спасибо, Шуга, прям защитил, — возмутился Груздь, — А если бы это вонючка была⁈
— Так я ж знал, что это пинг! — ордынец отмахнулся.
— Может, тогда впереди пойдёшь? — тут же спросил я, — Раз ты можешь отличать.
— Эээ… — ордынец задумался над отмазкой.
А Груздь в это время подобрал шарик пинга и стал его пристально рассматривать.
— Как его отличить-то от не настоя… — договорить он не успел, потому как шарик так и взорвался прямо в его пальцах. И прямо возле лица…
Я успел увидеть, как лазутчик весь оказался в этой жидкости. А потом мы все попадали на колени, чувствуя дикую вонь, продирающую до самого мозга. Кажется, Груздя там и вправду стошнило.
Сверху опять хохотали, а я, уткнувшись лбом в камень, с трудом скосил глаза на мерцающую Стрелу… Аура вообще никак не помогает. Но почему⁈
Веселье сверху затихло, и снова послышалось постукивание одинокого белого шарика. Я, подняв голову, успел подумать: «Пинг это ли не пинг⁈»
А потом, даже не задумываясь, просто пальнул «электрольдом»… Ведь по логике, вонючая жидкость внутри просто замёрзнет, и тогда он не взорвётся. Так ведь?
Лучше бы я этого не делал. Потому что едва ледяная молния попала в шарик, как тот вдруг взорвался. Но он не расплескался омерзительными белыми кляксами… Нет! Он рассыпался в лёгкое пылевое облако, заискрившее в лучах света и тут же подхваченное ветром.
Парящий иней пролетел над нашей поверженной группой, как тут же стал таять и опадать моросью на всех, кто стоял у подножия… Заорали желтокрылые, падая на землю, как при бомбёжке. А, нет — кажется, они тоже попадали в обморок, вдохнув адскую дисперсию.
Небохват и его отряд, стоявшие у кромки леса, тут же исчезли среди деревьев. Просто они заметили, что созданное мной облако хоть и опадало, но всё равно летело в их сторону, вихрясь и увеличиваясь в диаметре.
Я виновато поморощился… Кажется, Саня Архар только что увеличил КПД дерьмовых шариков на все 200%. Нет, ну так, если подумать, тоже ведь достижение?
Над горой повисла тишина… Все пингольеры сначала таращили глаза на устроенное мной шоу, вытянув рты от удивления. Некоторые даже рассматривали заготовленные в руках шарики, удивляясь, какой, оказывается, они могут наносить урон.
А потом пингольеры шарахнули таким рёвом счастья и ликования, что нас оглушило не хуже, чем визгом Цикады.
— Архар, — Шуга, который сидел на корточках, зажав ладонью рот и нос, прошептал, — Не делай так больше, жёваный ты планктон!
— Чувак, а чего мы все лежим? — очнулся вдруг Груздь, а потом, коснувшись белой жидкости на своём лице, понюхал пальцы… и снова отключился.
— Да вонючий же планктон! — выругался Шугабой.
Стиснув зубы, я обернулся и с досады спрятал Стрелу. Бесполезная палка!
Не знаю, что было в моём взгляде, но хохочущие пингольеры на миг замерли… Ну что, уроды, вы хотели злого Саню Архара⁈ Вы его сейчас получите! Сейчас я вам устрою пришествие адского геймера!
— Я вам покажу, что такое скилл! — прошипел я, просто зашагав вперёд.
Пингольерам это показалось весело, и на нас обрушилась новая волна хохота.
— Дай я! — Цикада вдруг обогнала меня и только-только вдохнула воздуха…
…как вдруг во всех конечностях пингольеров, и даже в хвостах, показались белые шарики. Они замахнулись ими и застыли, демонстрируя, что до этого лишь жалели нас.
Мы тоже застыли.
— Тут зарядов полсотни… если не сотня… — прошипел ордынец.
— Цикадочка, — в панике прошептал снова очнувшийся Груздь, — Может, ну его, не надо⁈ Эта вонь прошибает даже… — он опять отключился.
Мистерика и сама теперь, узрев полный боевой потенциал пингольеров, как-то сдулась. Всех сразу не зацепит, а уворачиваться от дождя из дерьма ей совсем не хотелось.
— Ну а чего делать? — в отчаянии чуть не заплакала она.
Я, стиснув кулаки, стоял и думал. Думал, думал, думал… Ну же, пиксель безмозглый! Не стоять же тут и нюхать⁈
Ну, воин тут не пройдёт… А торговец? Может, попробовать сделку с ними заключить?
— Так, стойте тут, — прошептал я и услышал слаженный вздох облегчения, — Я пойду!
— Архар, мы тебя не можем бросить… — сказал Шуга.
— Можем… — тут же простонал Груздь, — То есть, Шуга… мы не можем пойти против воли… эээ…
— Вот козлы, — прошептал я, начав карабкаться выше.
В меня, как я и предполагал, снова начал лететь пинг. Ну, то есть, лже-пинг… Они просто развлекались, пытаясь попасть в меня. Я увернулся от одного, от второго, от… Да твою ж за ногу!
Шарик прилетел мне едва ли не в лоб и разбился о плечо. И я, случайно вдохнув полной грудью запах субстанции, закачался и рухнул на склон, пытаясь прийти в себя… Весь мир закружился.
Я поднялся уже достаточно высоко, чтобы видеть, как крутятся вокруг верхушки деревьев, горы и морды весёлых пингольеров… Ну же, Саня, вставай! Так вот оно какое, химическое-то оружие. И спасения от него практически нет!
— Ну же…
Кое-как привстав и глядя на морду клыкастой обезьяны всего в нескольких метрах сверху, я снова потянулся за Стрелой Богини Мести. Так, стой, она же не сработала… Совсем вонь память мне выбила.
Пингольеры, едва увидев моё движение к поясу, тут же замахнулись, грозно хмуря брови и скалясь. Типа, ещё одно движение, и вообще закидаем!
Я, ухмыльнувшись, не сводил с них глаз… Что, испугались?
— Думаете, только вы так умеете⁈ — прорычал я.
А потом активировал «сброс пинга». Моё самое первое умение, мусорное и совершенно бесполезное…
Шарик пинга, прокатившись где-то под кожаным верхом, выскочил из-под нагрудника как раз мне в руку. А я, схватив его, тоже замахнулся.
Надо было видеть рожицы этих монстров… Они, узрев, что я тоже могу вот так вот выдавливать из себя белый пинг, так и застыли, протянув удивлённое: «О-о-о-о!»
Прищурившись, я привстал, и на трёх конечностях, всё так же держа в замахе пинг, кое-как преодолел последние несколько метров до края утёса. Пингольеры шарахнулись от меня, словно от какого-то божества или призрака, да так и продолжали таращиться.
Глава 16
Я встал на краю утёса, держа в замахе шарик пинга, и толпа ошарашенных пингольеров расступилась передо мной. Зубастые рожи выражали целую гамму эмоций: от удивления до почтительного ужаса, в своих руках они тоже держали шарики, будто замахиваясь… Но все пятились, освобождая мне дорогу.