Санаторий 2 (СИ)

— Перельем в канистры и в тачку погрузим, — осветил я свое видение проблемы, — две канистры вот уже есть, — и я пнул их ногой, от чего раздался глухой металлический звук.
— А тачка где? — спросил капитан.
— Так рядом с гаражами лежит какая-то, — пояснил я, — слева от входа.
Топливный вопрос мы разрешили очень быстро, бочки и точно нашлись в соседнем отсеке, там же и еще три канистры обнаружились. Итого пять емкостей по двадцать литров — сто литров 92-го бензина, на сутки нашему генератору точно хватит… а если его притормозить на ночь, то и на двое суток.
  
— Теперь обследуем второй этаж, — не очень уверенно сказал Гриша, — если других предложений не будет…
— Не, — синхронно помотали мы головами с Афоней, а продолжил я один, — у нас в программе только этот пункт и остался, обследование якобы Командного якобы пункта.
— Тогда лезем наверх… хотя нет, Афоня, ты остаешься здесь и обеспечиваешь тыл, а мы с Иваном лезем.
Сказано — сделано… железная лесенка в углу бокса заканчивалась железной же дверью, весьма, впрочем, хлипкой на вид.
— Закрыто, — подергал за ручку капитан, — будем выбивать?
— Сгорел дом, гори и баня, — ответил я ему народной поговоркой, — ясное дело, надо ломать ее…
Открывалась эта дверь внутрь, так что продержалась она под нашим натиском недолго — взяла и распахнулась после второго удара… с печальным скрипом. Мы осторожно зашли в эту комнату отдыха, озираясь по сторонам. Я сразу начал искать камеру, которая транслировала вид этого КП к нам в Ромашку, и сразу ее обнаружил — висела она в углу на проводах и качалась из стороны в сторону. Невооруженным глазом видно было, что ее выворотили из кронштейна на стене, причем с большойсилой.
— А вы блять кто такие? — неожиданно раздалось из дальнего угла этой комнаты.
  
Глава 8
 
Жизнь, как тельняшка
 
Жизнь, как тельняшка
Я автоматически перенацелил в этот угол ствол своего калаша, Гриша то же самое сделал с винтовкой. И уже после этого я сфокусировал взгляд на источнике звука — это оказалась та самая синяя рожа, которая вплыла в кадр, а потом сломала камеру полчаса назад. Мужик в грязной линялой майке и синих шортах сидел на диванчике в дальнем конце помещения и угрюмо пялился на нас.
— Меня Григорием зовут, — нарушил наконец молчание капитан, — а его Иваном. А ты кто?
— Да мне похер, как вас зовут, — просто ответил мужик, — кто вы такие и почему по моей бытовке ползаете?
— Ты че, — перешел я на народный сленг, — башкой ударился и последние два дня в отключке пролежал что ли? За окно глянь хотя бы.
Мужик не стал упираться, встал и подошел у окну.
— Ну и че я тут увидеть должен? — хмуро спросил он.
— Пауков размером с кошку, например, — пояснил ему Гриша.
— Че я, больших пауков не видел? — пробурчал мужик, — в Анголе и не такие попадались…
— Ты бывал в Анголе? — удивленно спросил я.
— Эдиком меня зовут, — немного неожиданно вставил он свое имя, потом взял со стола пачку сигарет, прикурил и продолжил, — ну да, два года там сидел, в этой… в Луанде на базе ВВС работал.
— И чего там в Анголе хорошего? — тоже заинтересовался Гриша.
— Деньги там хорошие, — объяснил Эдик, — а все остальное херовое… особенно лихорадка эта… как ее… Денге что ли. Месяц можно пластом лежать… ладно еще, что эти дни из табеля не вычеркивали.
— А сколько платили в Анголе? — задал я шкурный вопрос, — если не секрет.
— Да какой там секрет, — махнул он рукой, — продали давно все секреты вероятному противнику — три-три с половиной тыщи баксов в месяц. После уплаты налогов.
— Неплохо, — задумчиво ответил Гриша, — я бы там поработал… но сейчас разговор не об этом — что все люди пропали, ты тоже не заметил?
— У меня отгулы были, — сообщил Эдик, — сидел здесь (он кивнул головой на батарею бутылок рядом с диваном) и культурно отдыхал. А так-то сюда никто не заходит, так что ничего я не заметил.
Мы переглянулись с Гришей и он предоставил мне право объяснять товарищу, что тут стряслось за последнее время.
— Значит так, Эдик, — начал я, откашлявшись, — два дня назад из санатория исчезли все его обитатели, кроме десяти человек… ну то есть одиннадцати — ты еще плюсом. Все дороги от нас в остальной мир либо завалило, либо наоборот глубокие провалы на них, не проехать, не пройти. И спустя сутки появились эти здоровенные твари, кроме пауков, еще и муравьи с мухами и червяками имеются.
Я поколебался немного в раздумьях, сообщать ли Эдику все до конца, и в итоге махнул рукой — пусть слушает.
— С нами связались некие лица, объявившие, что мы перенеслись с Земли в другое место, и на данный момент мы участники реалити-шоу типа нашего Дома-2…
— О, — оживился Эдуард, — Дом-2 я знаю, супружница моя его каждый день смотрела… ну пока не сбежала… там еще Степа Меньшиков был и эта… Боня, красивая девка.
— Да, — подтвердил я, — и Боня там была, и Алена Водонаева с Маем Абрикосовым. Только вылет из Дома-2 немного другой был — там они красиво уходили в закат под музыку, когда голосовали против них. А у нас вперед ногами уходят в основном.
— Не понял про ноги вперед? — задал он встречный вопрос.
— Двое ушли в некий портал под памятником Ленину… знаешь такой?
— Знаю… ну в смысле памятник знаю, я его красил в прошлом году. А портал не знаю — что за портал?
— Организаторы шоу сказали нам, что через него можно уйти обратно в свой мир… вроде бы… двое наших и ушли туда с концами. Больше мы их не видели.
— Понятно, — буркнул Эдик, хотя понятного тут, если честно, было немного, — а еще кто куда у вас делся?
— Одного застрелили при попытке к бегству, — продолжил откровения я, — он оказался пособником организаторов, а второй взял и пропал на ровном месте. Так что теперь нас шесть осталось. Если тебя считать, то семь.
— Здорово, — как-то буднично отреагировал Эдик, почесав предварительно свое объемистое брюхо, — и что теперь делать?
— Сами пока не знаем, — среагировал Гриша, — действуем по обстоятельствам.
— А эти вот… — продолжил мужик задавать вопросы, — организаторы, как вы их называете, они что-то обещали тому, кто выиграет в этом Доме-2?
— А как же, — ответил я, — миллион кредитов и переезд в любую точку хоть старого, хоть нового мира.
— Кредит это че? — уточнил он.
— Денежная единица у этих козлов, равна где-то доллару.
— Нормально, че, — осклабился Эдик, — я бы не отказался от ляма баксов-то.
— Для этого надо дожить до него, до финала с баксами, — напомнил я, — а пока тебе светит отдать концы в этом гребаном санатории.
Ничего на это он ответить не смог, а эстафетную палочку диалога у меня перехватил Гриша.
— А ты вообще кем тут работаешь-то? В смысле работал… и как давно?
— Дежурным механиком работаю, — тут же вылетело из Эдика, — автопарк местный чиню. А сколько… как из армии уволился в 99-м, так тут и работаю. Наша база в Анголе тогда закрылась, а здесь я никому нах не нужен оказался… вот и устроился, куда смог, поближе к дому.
— Ты в Погуляе живешь? — спросил я.
— Ну да… но в последнее время больше тут вот, в этой бытовке.
— Понятно… — сказал я, — а зачем же, Эдуард, ты камеру своротил, когда мы сюда звонили?
— Аааа, так это вы были, — даже обрадовался он, — а я-то подумал, кто там с моего пульта наяривает.
— Не понял, — тут же встрепенулся Григорий, — что значит — с твоего пульта?
— То, что слышал, — достаточно доходчиво пояснил Эдик, — связь с этой камерой возможна только из устройства типа Ромашка 2.1.
— Ну дела, — сказали мы одновременно с капитаном, я сел на какой-то замызганный стульчик, а он остался на ногах.
Продолжил тему я один.
— Выходит, этот чемодан, где Ромашка лежит, принадлежит тебе?
— Ну да, а кому ж еще, — зевнул Эдик, — когда в нашей части все разваливаться стало, я и прихватил его — все равно никому он там не нужен больше был.