Праведник (ЛП)
Тяжело вздохнув, она качает головой из стороны в сторону.
— Картель, Сейнт. Становится все труднее и труднее поверить, что он вообще смог бы выжить среди таких людей.
Я наклоняюсь к ней, вдыхая аромат ее духов, и прижимаюсь губами к ее уху.
— Ты не должна была пережить встречи с кем-то вроде меня, и все же ты здесь, ангел. — Чудо. — Это зовется верой не просто так. — Когда я отстраняюсь, ее глаза оказываются прямо передо мной, словно ожидая меня. Между нами устанавливается понимание, связь. Она и я — мы связаны. Иден станет моим искуплением или моим падением, хотя я не уверен, знает ли она об этом. Если ангела низвергнут на землю, чтобы прожить смертную жизнь, помнит ли он, что по своей сущности представляет собой нечто другое, нечто большее? Конечно, нет. Она настолько безупречна, что только сам Бог мог бы ее изваять. Как она могла жить своей жалкой человеческой жизнью, если бы знала, что оставила позади?
Нет, она — мое испытание, точно так же как я — ее. Наши пути переплетены, наши цели совпадают.
Нам обоим нужно одно и то же… искупить вину, попасть на Небеса.
Она поднимает руку, и я вздрагиваю от ощущения, как кончики ее пальцев касаются моей челюсти. Ах, маленький ангел, можешь ли ты предложить спасение тому, кто так близок к царству дьявола?
— Я верю в тебя, — шепчет она. Она верит, что я достоин этого.
Закрыв глаза, я поворачиваю голову, прижимаясь носом к нежной коже на внутренней стороне ее запястья и вдыхаю ее опьяняющий аромат. Она пахнет солнечным светом, лепестками роз и надеждой. Ее ногти царапают щетину на моем подбородке, и мне кажется, что маленькие электрические искры пробегают по моей коже, возвращая меня к жизни. Ее простая ласка обновляет меня, придает сил. Я чувствую… прикосновение Бога. Одержимый Святым Духом таким образом, который я едва могу постичь. Все вокруг становится светлее, даже вызывает эйфорию.
Затем она отступает назад. Воздух кажется холодным без нее, и все ощущается… плоским, серым и наполненным темнотой. Только когда дверь со щелчком закрывается, я открываю глаза и вижу пустую комнату. Мое сердце болезненно сжимается, и кажется, что сама моя душа оплакивает ее отсутствие.
— Я не подведу тебя, — говорю я, устремившись взглядом в закрытую дверь… это клятва, обещание.
Я не подведу ее, потому что, сделав это, я осужу себя и обреку на Ад.
Глава 17
Сейнт
Уже час ночи, но окно Иден все еще светится в темноте. Мне нравится думать, что она в такой же степени обеспокоена, как и я.
Мой телефон мигает, заливая салон машины голубым светом.
Джейс: Выхожу
Вот и все, новости, которых я так долго ждал. Прошло несколько дней с момента моей встречи с братьями Бромли… и с тех пор, как я разговаривал с Иден. Я верю в тебя. Если бы это было правдой, ангел, то ты бы сейчас крепко спала.
Если я не смогу найти ее брата, будет ли она избегать меня? Уйдет и бросится в объятия плохого человека, который увидит ее оскверненной… Нет, никто больше не заслуживает ее. Я заслуживаю. Она нужна мне.
Заводя двигатель, я еду быстрее обычного по городу, возвращаясь в «Спасение». Сейчас вечер вторника, и автостоянка почти пуста. Главный клуб закрыт, но катакомбы внизу всегда открыты, готовые принять тех, кто хотел бы спрятаться от обычной компании. Пара столиков занята, и работает только одна из девушек Джейса. Хорошо. Мне нравятся тишина и умиротворение.
В моей гостиной уже потрескивает огонь, заливая комнату теплым светом, который рябит и отражается от куполообразного потолка.
Я наливаю себе стакан виски и сажусь. Пряная жидкость танцует у меня на языке, успокаивая нервы, и я не могу припомнить, чтобы когда-либо чувствовал себя настолько напряженным. Мне нужно знать, что нашел Джейс. Мальчик жив или мертв? Если он мертв, то я определенно потерпел неудачу.
Ожидание длится по ощущениям несколько часов, но на самом деле всего несколько минут. Наконец, я слышу характерный скрип старых дверных петель. Я заставляю себя сидеть на месте, сохраняя терпение и самообладание, когда Джейс входит в комнату. И это ввергает меня в хаос.
Джейс наливает себе выпить, прежде чем сесть на диван напротив меня. Я изучаю каждое его движение, оценивая язык его тела, пытаясь понять ситуацию.
— Это было гребаное дерьмовое шоу, — бормочет он, прежде чем взять свой стакан и опустошить его наполовину.
— Мальчик у них?
Он вздыхает.
— Да, он у них, но у нас проблемы посерьезнее. — Более значимой проблемы просто нет. Только это. Спасение моей души.
— Готовы ли они заключить сделку?
Он качает головой.
— Сейнт, послушай. У нас. Большие. Проблемы. Братья облажались из-за картеля и из-за нас.
— Как?
— Они покупали товар у Лос Карлос… на наши деньги. Продаешь наркотики и получаешь обратно двойную сумму денег, причем чистенькими.
Я приподнимаю бровь. Я бы увидел в этой схеме определенную гениальность, если бы не тот ослепляющий факт, что они всегда были уверены в своей смерти, когда картель узнавал об этом.
— Значит, они забрали их дилеров… Почему бы просто не убить Билла и Брэда?
— Заложники. Они хотят получить свои деньги. — Это кажется слишком тонким решением для картеля.
— Почему братья собираются заплатить им за ребят, на которых им насрать?
Он пожимает плечами.
— Потому что кому-то на них не насрать. Трое из этих ребят сейчас числятся пропавшими без вести. Полиция еще не сложила два и два, но это произойдет.
— Если их арестуют, Лос Карлос не получит своих денег.
— И братья не попадут в тюрьму.
— Игра в догонялки, — размышляю я. — С Отто Харрисом в качестве приманки.
— Ну, я заключил с ними сделку. Они отдадут нам Отто, а взамен мы уберем братьев и проведем через них наши деньги.
— Скажи мне, что ты еще не согласился на это.
— Ты сказал, что хочешь вернуть пацана, и это хорошая сделка.
— Нет, это бизнес с высоким риском.
У меня нет никакого желания иметь дело с картелем. Любые их сообщники являются первоочередной задачей правоохранительных органов. Риск становится огромным. В глазах Джейса загорается нетерпение. Все, что он видит, — это деньги и размер прибыли.
— Подумай об этом. Мы могли бы отказаться от всех дерьмовых чистильщиков, которые у нас имеются, от всех ненадежных, вроде китайцев. Одна большая уборщица, работающая по франшизе от нашего имени. Мы бы заработали больше денег за меньшее количество работы.
— С гораздо большим риском. — Если бы был в здравом уме, я бы никогда об этом не подумал, но это не так. Я поглощен необходимостью пройти это испытание, чтобы умилостивить моего ангела. Мои приоритеты изменились, и я едва узнаю себя. Голос в сознании говорит мне не быть таким глупым, что она всего лишь девушка и не стоит таких жертв, но мое сердце… моя душа… знают лучше. Она гораздо большее.
Джейс смотрит на меня в ожидании.
— Мне нужен мальчик немедленно.
Он удивленно выгибает бровь.
— Это можно устроить. Нам необходимо немедленно возобновить печать.
У меня внутри все переворачивается, давно укоренившиеся инстинкты сигнализируют, что это неправильное решение, от которого я не смогу отказаться. Хотя, по правде говоря… мне все равно. Теперь я понимаю, что это жизнь… и она ничего не значит по сравнению с тем, что находится за пределами. Я могу сколько угодно переходить грань морали, но меня все равно осудят. Иден осуждает меня. Он осуждает меня. Конечно, если я рискну своим бизнесом, тем самым, что я ценю превыше всего, ради ее брата, тогда я буду спасен?
— Начинай печатать. Заключи сделку. — И вот топор опускается вниз. Я сделал свой выбор. Ты видишь меня, Господи? Пойми, я люблю тебя больше всего на свете.
Джейс встает и выходит из комнаты, оставляя меня наедине с моими безумными мыслями. Да, это праведный поступок. Самоотверженный. Святой.
***