Взята (ЛП)

          — Извините меня.
          Прежде чем Себастьян успевает отказаться, я выскальзываю и подхожу к нему, заменяя свой пустой стакан полным у проходящего официанта. Я нахожу место, где могу наблюдать за ними. Я замечаю, что Себастьян смотрит на меня, даже когда он разговаривает с семьей Вителли.
          Хотя я не голодна, но беру кусочек брускетты и откусываю его, не заботясь о том, что люди рядом со мной поворачиваются, чтобы посмотреть на громкий хруст, и пробираюсь вокруг стола, прежде чем нахожу Себастьяна, стоящего рядом со мной.
          Я поворачиваюсь к нему лицом и запихиваю в рот жирную оливку.
          — Куда ты складываешь всю еду? — спрашивает он. Я действительно съела шесть кусочков пиццы, но в свою защиту скажу, что у них была тонкая корочка, а я не ела весь день.
          Я пожимаю плечами.
          — Все хорошо? — спрашивает он.
          — Это не мой тип людей.
          — Ах, — он оглядывается, скользит рукой по моей шее сзади, удерживая меня там, его большой палец потирает один из рубцов, — Ну, нам не обязательно оставаться здесь долго. Все закончится раньше, чем ты успеешь оглянуться.
          — Все в порядке. Я в порядке. Иди поговори со своими друзьями, — с их прозрачными платьями и заостренными сосками.
          Себастьян поворачивается ко мне, изучает меня, ставит нас так, чтобы я не была видна. Он обхватывает меня за затылок одной рукой, а другой скользит между слоями моего платья и обхватывает мой клитор.
          Я ахаю. Он наклоняется ближе.
          — У нас с тобой есть секрет, — он наклоняется, — Много секретов между нами. Эти люди - это обязательство. Ты - то, чего я хочу.
          Я смотрю в его глаза, и мне кажется, что остров так далеко, так давно. Такое чувство, что мы здесь целую вечность, и такое чувство, что он имеет в виду именно то, что говорит.
          Я киваю, но не совсем понимаю, почему.
          Он убирает руку. Платье опускается на место, атлас мягко касается моей обнаженной кожи.
          — Мне нужно поговорить с Вителли несколько минут. Какое-то семейное дело. Мы уйдем после. С тобой все будет в порядке, если я оставлю тебя здесь? Никаких походов на железнодорожную станцию?
          — В этих туфлях никуда не убежишь. Я большая девочка. Со мной все будет в порядке.
          Он кивает и уходит в том направлении, где я вижу ожидающего мистера Вителли, выглядящего более серьезным, чем несколько минут назад. Он ведет его, скорее всего, в свой кабинет, который находится в одном из трех коридоров.
          Я провожу несколько минут, подпирая стену, прежде чем решаю поискать телефон, но нахожу только запертые двери. Негде незаметно проскользнуть внутрь и позвонить по телефону. Я бы с удовольствием поговорила с Эми, хотя бы несколько минут.
          Когда я нахожу ванную, захожу внутрь и запираю дверь. Это роскошное пространство, достаточно большое для бархатного дивана. Прилавок завален дорогими духами и мылом. Я не тороплюсь, а когда заканчиваю, обнаруживаю, что три женщины собрались, чтобы воспользоваться им.
          Я проскальзываю мимо и надеюсь застать Себастьяна готовым к выходу, но когда я не вижу его в главной комнате, я иду к лестнице, где установлены диваны и собрались люди, которые хотят немного больше уединения.
  
          Я поднимаюсь наверх, и оттуда мне виден весь первый этаж. Я смотрю в коридор, куда ушел Себастьян. Когда я вижу, как открывается дверь и появляется греческая богиня, поправляющая свое платье, мне становится любопытно. Но чего я не ожидаю, так это того, что Себастьян последует за ней мгновение спустя, пристально оглядывая комнату.
          Он вытирает что-то с уголка рта, и когда он поднимает взгляд в сторону балкона, я отступаю назад, проскальзываю в тень. Я не спускаюсь вниз целых десять минут и не знаю, почему не могу избавиться от чувства, что меня предали.
          У меня нет никого.
          Все, чем я являюсь, - это его Уиловской девочкой.
          Его Девушка Для Порки Уиллоу.
          Насколько более очевидным для меня это должно быть?
Восемнадцатая глава
 Себастьян 
 Хелена напряженно сидит рядом со мной во втором ряду оперы. Я кладу руку ей на бедро, но она крепко сжимает ноги и вцепляется в края стула. Она ни разу не взглянула на меня с тех пор, как оно началось. Она едва посмотрела на меня по дороге сюда.
          Хотя, я был отвлечен, когда мы уходили. Вителли знает, кто такая Хелена. Знает о Девочке Уиллоу. Он не должен был, но моя дорогая мачеха приходила к нему в гости. Я предполагаю, что именно сюда они с Итаном пришли в одну из своих ночей за пределами острова.
          Я не единственный, кто нарушил правила игры в Уиллоу. Секретность - это очень важно. Но есть и другие, и я знал, что в тот момент, когда выбрал Хелену, этот след свиной крови на ее ножнах будет преследовать меня.
          Думаю, я не удивлен, что Люсинда была здесь. Она готовится к войне. Я тоже. И я вооружен лучше, чем она. Эта поездка была плодотворной, моя догадка верна.
          Но я знаю, что использование того, чему я научился, против нее навредит Итану, даже если это спасет Хелену. По крайней мере, от одного брата. Впрочем, о другом я побеспокоюсь позже. Я должен подумать о том, как справиться с Итаном. Если я не буду осторожен, это повредит ему, а я уже причинил достаточно вреда.
          Я бросаю взгляд на Хелену, которая сидит рядом со мной неподвижно, как доска. Откровенно говоря, это выводит меня из себя. То, что я делаю, я делаю для нее.
          — В чем, черт возьми, проблема? — я наклоняюсь к ее уху.
          Она бросает на меня убийственный взгляд.
          Сопрано берет высокую ноту, и музыка резко обрывается. После минуты полной тишины люди вокруг нас встают и аплодируют. Я беру Хелену за руку, поднимаю ее, чтобы она встала, и веду к проходу, пока он не заполнен во время антракта.
          — Что ты делаешь? Опера еще не закончена.
          — Мы отправляемся в более уединенное место, чтобы понаблюдать за остальным.
          — Мне хорошо там, где мы сидели, — она поднимает на меня свой взгляд.
          — Мне нет.