Хроники Зареченска. Дилогия (СИ)
– Ктонибудь мне объяснит, что это было? – спросил в пространство Никифоров. На самом деле обращаясь к Александру.
Тот прекрасно понял, в чей огород камень, и без тени раскаяния ответил:
– Меня пытались прощупать и, по сути, вынудили действовать таким образом. Думаю, теперь, кто бы это ни был, точно знает про мои способности и умения. Изначально я грешил на прапора, но это не он. Ктото действовал через него.
– Опа! Это плохо, – расстроился Вячеслав. – Я надеялся наше преимущество продержать как можно дольше в тайне.
– Без разницы. Даже до жирафа уже дошло, что «перенос» повлек за собой изменения у многих людей. И ничуть не удивительно, что кроме меня и Насти найдутся люди с неменьшими возможностями. И ктото окажется сильнее меня и опытнее. Я, например, абсолютно не представляю, как незнакомец проделал со мной этот трюк на КПП. Более того, полагаю, обо мне знали, и это была просто проверка.
– Странное место для экспериментов, – занервничал Никифоров. – Зуб даю, Краско пронюхал и рапорт настрочил!
Чем больше Бер и он сам высказывались, тем большие сомнения о необходимости нахождения здесь он испытывал. Паранойя, блин! Вячеслав встрепенулся, прогоняя дурные мысли.
– Ничего странного. Просто решили, что представился подходящий момент, а другого я могу и не дать. Ведь насколько я слаб или силен, они не знают, поэтому, как ты сказал, поэкспериментировали.
– Мы могли погибнуть.
– Могли. Человек такое животное, которое учится только на собственных ошибках, и никак иначе.
– Куда сейчас? – вмешался Олег. – Давно здесь не был, и после катастрофы многое изменилось. – Он вопросительно глянул на Вячеслава, который не раз бывал в городке по торговым делам клана.
– Вон слева трансформаторную будку видишь? – показал тот на старое, красного кирпича, небольшое зданьице. – Перед ней – направо и до конца. Там у Быстрицкого штаб.
Никифоров повернулся к Беру:
– Я бы рекомендовал смотаться. Не нравятся мне подобные обстоятельства, только боюсь, если ты правильно интерпретировал случившееся, нас не выпустят, пока не получат реальной выгоды.
Александр ухмыльнулся:
– Постараемся обыграть ситуацию в свою пользу и выйти из положения с прибылью.
– Главное, чтоб без потерь.
– Слушайте, а вы не слишком сгущаете краски? Мне кажется, у вас обоих от паранойи крыша поехала. – Эдик оторвался от созерцания пешеходов, большую часть которых составляли люди в военной форме, и опрятных, словно ничего не произошло, трехэтажных домов. – Подумаешь, на действия нервного прапора Сашка психанул. Да он даже ничего не понял!
– Ник, это ты ни хрена не понял!
– Хорошо, хорошо, не злись. – Эдик примиряюще поднял руки. – Я свой.
Бер сообразил, что друг просто подтрунивает над ним, успокоился и погрозил кулаком.
– Господа, мы подъезжаем. За бортом плюс тридцать шесть градусов по Цельсию, можно отстегнуть ремни безопасности и выйти к встречающим с несимпатичными угрюмыми мордами. С вами был командир драндулета Олег Старицкий. Приятного вам времяпровождения. – И уже нормальным голосом добавил: – Предпочитаю вас в машине подождать.
– Если разрешат, то сиди, – бросил через плечо Бер, вылезая наружу.
Клановцев действительно встречали. Охраняли центральный вход пятеро бойцов и один офицер, который подошел к прибывшим.
– Это капитан Давыдов, один из помощников Быстрицкого, – шепотом дал справку Вячеслав. – Не нравится мне обстановка!
Между тем капитан подошел вплотную, и Никифоров замолчал.
– Капитан Давыдов. – Офицер ослепительно улыбнулся, показывая, как он рад гостям. Бер подумал, что под таких бравых на вид мужчин в погонах, одним своим видом излучающих оптимизм, женщины ложатся штабелями.
«Да я не девка, так что зря стараешься». – Александр первым протянул руку и затряс в своей ладони узкую кисть капитана.
– Приятно познакомиться. Александр Бер. Разрешите представить моего спутника, – он кивнул на Никифорова, – Вячеслав Иванович.
– А…
– Меня можно без отчества, – Бер перестал трясти руку Давыдова, – так привычнее.
Капитан только раскрыл рот, чтобы чтото сказать, как Бер снова заговорил, сбивая лощеного офицера с выбранной линии поведения.
– Я так понимаю, товарищ генералмайор нас уже ждет? Наверняка с КПП отзвонились. Не зря же вы нас тут встречаете? – продолжал давить Александр. – Надеюсь, вы даже извинитесь перед нами.
– За что?! – оторопел потерявший инициативу капитан.
– Ваши солдаты намеревались пристрелить нас возле КПП. Причем не имея на это веских оснований. – Бер сделал короткую паузу, чтобы дать капитану переварить сказанное. А когда тот собрался вставить фразу, спросил: – И где?
– Что «где»? – окончательно растерялся Давыдов.
– Извинения.
Давыдов от такой наглости на секунду впал в ступор, но все же быстро справился с собой и сквозь улыбку выдавил:
– Как представитель военной администрации Зареченска, прошу прощения. Это просто недоразумение. Вы же понимаете, последнее время выдалось не самое спокойное для наших граждан.
«Ого! Уже военная администрация? Наши граждане?.. Похоже, генерал всерьез решил подмять под себя город, – промелькнуло в голове Александра. – И чтото слишком часто нас сегодня пытаются остановить, обыскать и пристрелить. Неспроста это! – Тут Бер сам себя одернул. – Нет, я всетаки становлюсь параноиком, как Никифоров».
– Следуйте за мной, – предложил капитан. Развернулся и пошел, пребывая в полной уверенности, что гости идут за ним.
Стоило Давыдову отвернуться, Вячеслав показал большой палец Александру и двинулся к входу. Бер сделал отмашку Эдику с Олегом, чтобы они оставались в машине, после чего в два шага поравнялся с Никифоровым. Так, вместе, вслед за сопровождающим они вошли в прохладный, по сравнению с улицей, холл штабквартиры Быстрицкого.
Внутренняя охрана отобрала у клановцев пистолеты и ножи. Взамен молодой веснушчатый парень выдал металлические бирки с номерами. Хорошо, что «тяжелую артиллерию» парни благоразумно оставили под присмотром Старицкого и племянника Вячеслава. Не хотелось бы отдавать собственное, тщательно оберегаемое оружие в чужие руки.
– Нам сюда, – сказал капитан, терпеливо наблюдавший процедуру обмена стволов на номерки.
Втроем поднялись на второй этаж и по коридору прошли к двустворчатой двери, обитой светлокоричневым дерматином с табличкой из нержавейки. На ней печатными буквами было выбито: «Глава военной администрации г. Зареченска Быстрицкий А. И.».
«А где же генералмайор или лучше генералгубернатор?» – успел подумать Бер, прежде чем капитан открыл дверь, пропуская клановцев внутрь. Сам не вошел, остался в коридоре.
Внутри, как и следовало ожидать, обнаружилась приемная. И – о чудо! – работал кондиционер. Бер вздохнул полной грудью, наслаждаясь давно забытой прохладой. Рядом громко задышал Никифоров. Товарищи посмотрели друг на друга, блаженно улыбаясь.
– Богато живете, – сказал Вячеслав сидящему за большим столом адъютанту. Как и у Давыдова, на плечах этого невзрачного, больше смахивающего на клерка средней руки офицера красовались капитанские погоны.
– Добрый день, – поздоровался Александр.
Капитан в ответ кивком указал на стулья у стены:
– Присаживайтесь. Вас вызовут.
Бер пожал плечами и уселся на стул. Не хочет здороваться, не надо. Он с наслаждением вытянул ноги и тихо спросил Вячеслава:
– Ты же виделся с генералом, всегда так было?
Никифоров отрицательно покачал головой:
– Нет. Неограниченная власть портит людей. Я всегда это знал и в очередной раз убеждаюсь в порче человека на пути к вершинам власти.
Адъютант поднял от бумаг голову. Его внимательный взгляд прошелся по посетителям. Вячеслав замолчал и попытался как можно дружелюбнее улыбнуться офицеру. Тот снова уткнулся в белый лист и застрочил по нему шариковой ручкой.
Ждать пришлось минут двадцать. Бер начал потихоньку нервничать, когда дверь в кабинет резко открылась и оттуда вылетела взбешенная фурия лет двадцати с копейками в камуфляже, идеально подогнанном по стройной фигуре. Коротко стриженные светлые волосы открывали миру чуть заостренные уши, немного выдающиеся вперед скулы ни капельки не портили внешний вид, а большие глаза, аристократический нос и более темные, чем волосы, брови лишь подчеркивали привлекательность разозленной девушки.