Хроники Зареченска. Дилогия (СИ)
Именно он называется жизнь…
Наконец хозяин появился. В обеих руках он нес поднос, заставленный всякой снедью вокруг графина с прозрачной жидкостью. Петрович поставил на стол угощение и снова скрылся, чтобы тут же появиться с тарелками и рюмками. Сноровисто разложил в посуду бутерброды с копченой колбасой, сыром и с красной икрой. Разлил жидкость по рюмкам и поднял свою к бороде. Никто не выказал удивления, хотя очень хотелось.
– За встречу! – произнес тост Петрович и опрокинул жидкость в рот, потом взял бутерброд и в два укуса отправил его вслед выпитому.
Когда гости проделали то же самое, Никифоров сказал:
– Хорошо живешь. Икра, холодная водочка… Неужто холодильники работают?
– Да какой там! – отмахнулся хозяин и разлил по новой. – Электричество тильки у генерала имеется да в военном городке на некоторых объектах. И всэ.
– Тогда откуда? – теперь понастоящему удивился Вячеслав. Остальные тоже уставились на Петровича в ожидании ответа.
Тот загадочно улыбнулся:
– Так и быть, скажу. – Он выдержал театральную паузу: – Сухой лед!
– Что «сухой лед»? – поначалу не понял Никифоров, но почти сразу сообразил: – А кто его делает и как ты его хранишь?
– Тю! Так ребята Быстрицкого и робят. Это ж просто СО2 запрессованный. У Быстрицкого и установка, как полагается, на триста атмосфер есть, и електричество всякое.
– Угу, – задумался Никифоров. – Понятно. А хранишь ты его как? Сухой лед на воздухе быстро испаряется.
– Я тебя не разумею, майор. Где твий ум разведчика? А термоконтейнеры на что? – Петрович рассмеялся. – Эх ты, не узнаю я тэбэ!
– Твою мать! – Вячеславу только и осталось выругаться. – Давайте выпьем… для прояснения в голове.
– Хорошо. Давно пора.
– Мне не наливайте. Я за рулем, – воспротивился Олег.
– Да ты шо, малый? – возмутился хозяин. – Никак ГИБДД испугался? Так нету его. Те, кому посчастливилось уцелеть, или к генералу прибились, или у Дробыша дупу [7]лижут. Так шо пей, никто лишнего глотать не заставит. Но эту выпей! За дружбу та деловые сношения. – И, не дожидаясь остальных, махом проглотил содержимое стопки.
Спустя пять минут и очередной порции водки хозяин, по которому было видно, что он ни в одном глазу, сказал:
– А теперь, хлопцы, колитесь, с чем пожаловали?
– Новостями поделиться… – начал Вячеслав.
– …и хотя бы парочкой военных радиостанций разжиться, – закончил Александр.
– Вон оно як. Шо ж, это можно. За сплетни вы армянским, считай, расплатились, а вот за рации чем будете?
– А что, есть? – воспрял духом Бер.
– Как не быть! У Петровича все найдется, на то я и Петрович, – расхохотался хозяин.
– Что необходимо взамен? – Никифоров взял бутерброд с икрой, напряженно ожидая ответа. Давно зная этого типа, Вячеслав морально готовился к нехилому подвоху. И дождалсятаки.
– Зазноба у меня была. Недавно узнал, шо жива и здорова моя Люба. Перед катастрофой к матери в Верхнюю Юзовку отправилась. Там сейчас и находится. Эти суки, эти гады ничтожные, в крепостные записали мою ненаглядную! Вытащите ее – получите требуемое.
Никифоров чуть не подавился. Остальные тоже остолбенели.
– Ты понимаешь, о чем просишь? Сколько мы должны людей потерять, чтобы твою Любу вытащить?
– Я же не за так, – обиделся Петрович, – я все разумею. К радио еще двадцать ящиков патронов подкину и по ящику Ф1 и ВОГ25. [8]
Видно было, что клановцы задумались. Петрович, пройдоха, заметил это и сказал:
– Вижу, покумекать вам трэба, хлопцы. Пойду я проверю охламонов своих, а вы тут кушайте. Не стесняйтесь. – И вышел из конторы.
Глава 13
Когда за Петровичем захлопнулась дверь, клановцы задумались о возникшей ситуации, однако высказываться никто не спешил. Эдик и Старицкий просто ждали, что надумают отцыкомандиры. Их мнение имело значение, но не решающее. Никифоров молча дожевывал очередной бутерброд с икрой и искоса поглядывал на Бера. Свое мнение он уже сформировал и просто ждал, к чему придет Бер.
Александр забыл об угощении и напряженно пытался сообразить, как поступить в сложившейся ситуации. С одной стороны, цена, предложенная Славиным знакомым, по нынешним временам достаточно высока, и даже можно попытаться уговорить его накинуть пару ящиков, но! При неудачном проведении операции – а вероятность этого велика, ведь в клане нет никого, кто имеет опыт по освобождению людей, – могут погибнуть или получить тяжкие ранения бойцы общины. После нападения гноллов клан и так испытывал кадровый голод, и если, не дай бог, снова потери, то его дома вообще с дерьмом съедят.
Александр сделал глубокий вздохвыдох и начал рассуждать вслух:
– Прежде, чем мы согласимся или отклоним предложение Петровича, подумаем вот о чем. – Он стал ходить по комнате взадвперед и даже не заметил этого. – Насколько оплата соответствует нашим потребностям? Раз. Потом: возможен ли вариант увеличения оплаты? Два. И последнее: если договариваемся, то на своих условиях и со своими сроками исполнения. Следующий момент, – продолжал Бер. – Нам не хватает информации. Какие бы данные Петрович ни предоставил, они могут оказаться устаревшими. Значит, нужна будет разведка на месте. Подходы, отходы, численность, вооружение и тому подобные сведения.
– Мне кажется или ты сам себя уговариваешь? – неожиданно ворвался в его рассуждения Вячеслав.
Александр затормозил и повернулся к ухмыляющемуся Никифорову и остальным парням.
– Короче, сделаем так. – Его губы растянулись в ответной улыбке: – Даем предварительное согласие Петровичу, но потребуем к уже предложенному и другой товар. Что у него тут может быть?
– Да все, что угодно, – оживился Вячеслав. – Соль, мыло, шампуни. Наши запасы подходят к концу, и моя половина по этому поводу мне всю макушку проела, скоро плешь будет.
– Писчая бумага и тетради. Детям учиться нужно, – подсказал Олег. – Может, через этого хохла топливом разживемся?
– Ну это сомнительно, – протянул Никифоров, – кто же стратегическими запасами поделится?
– Чего гадать, – прервал разговор Бер, – зовем хозяина, будем договариваться…
– Вот, значит, как, – задумчиво протянул Петрович.
– Петрович, ты пойми и нас тоже. Я бы с радостью помог тебе просто так, по старой дружбе, но нам прокормить и снабдить множество народа нужно. – Вячеслав поскреб слегка заросший подбородок. – А тут ты сидишь возле пещеры с кладом АлиБабы…
– Та шо я, без понятия, што ли? – пошел на попятную хозяин склада. – Был бы вместо тебя другой кто, за подобную наглость мои песики уже по двору его бы гоняли. Датьто я можу, да не всэ так просто, як кажется.
– А в чем проблема? – удивился Александр.
– В генерале, конечно. – Петрович фыркнул. – Вы шо ж думали, я тута без его ведома хозяйством распоряжаюсь? Нии, хлопцы! Даже то, шо я вам предложил, мэни пришлось месяцами копить, юлить да бумагу закорючками марать. Быстрицкий скор на расправу с теми, хто мимо него дела делает.
– Вот те раз! А казалось, что он людям помочь пытается. Объединить… – Эдик в недоумении приподнял брови.
Петрович глянул на Ника и расхохотался. Отсмеявшись, плеснул в рюмку немного водочки, залпом выпил, кашлянул в бороду и сказал:
– Помогает он, як же без этого? Но и себя не забывает. Вот, скажем, вы. Шо ж вы, родимые, не спешите мне за так помочь? Ответь мне? – Петрович испытующе посмотрел на Эдика, чем немало его смутил. Ник не выдержал и отвел глаза. Ему нечего было ответить. – Молчишь? Вотвот. Ай, да ладно! – Хозяин склада махнул рукой. – Дам я вам все, шо трэба. Тильки верните Любу. Наливай, Славка, до краев!
Никифоров быстро выполнил просьбу. Настроение гостей заметно повысилось. Все ожидали длительного торга, а вышло как нельзя лучше. К боеприпасам и радиостанциям удалось выпросить бумагу и бытовую химию, топлива, правда, не оказалось, зато соли, молотого перца и комплекты камуфлированной под степь одежды Петрович согласился предоставить.