Дети Великого Шторма. Трилогия
Дрожащий от холода Эрдан завернулся в одеяло, а Унаги принялся развешивать одежду корабела вокруг костра, где уже висели его собственные вещи. Хмурый как туча, матрос даже не смотрел в сторону спасенного; казалось, он глубоко жалеет о своем поступке.
– Зачем? – тускло спросил Эрдан. – Вы же меня ненавидите.
Велин вздохнул – громко, горестно, так обычно ветер шумит в ветвях по ночам. Целитель тоже выглядел мрачным, но что-то неуловимое в его лице подсказывало – обида уже перегорела и скоро совсем погаснет.
Хотя шрам от ожога, конечно, останется.
– Такое ощущение, что ты убил моего друга, – сказал целитель. – Он дышит, ест и пьет, разговаривает время от времени… но отгородился от меня стеной, которую не пробить ни одним тараном. Пока что я не могу отыскать в ней даже трещинку, не говоря уже о дверях или воротах.
Корабел молчал.
– Ты знаешь, каково это – хоронить друга заживо? – поинтересовался Велин и не стал ждать ответа. – Мы знакомы почти десять лет. Я спас ему жизнь и зрение, он спасал мою шкуру столько раз, что и не счесть… И кто он теперь – человек или фрегат? Ты хоть понимаешь, на какую жизнь его обрек?! Он мучается в страшном одиночестве – а я ничего не могу сделать!
На последних словах он сорвался на крик, и Эрдан вздрогнул, но по-прежнему не смог выдавить из себя ни звука.
– Как ты мог не предусмотреть, что это зайдет так далеко? – Целитель смотрел на него, сжимая кулаки. – Как ты мог такое сотворить с Кристобалем? Ты, лучший корабел Империи?! Почему ты не…
– Разве я управляю молниями? – перебил Эрдан, собрав все самообладание. Он боялся этого разговора, но теперь деваться было некуда. – Спроси у Великого Шторма, отчего ему вздумалось почудить именно той ночью.
– Я не об этом! – взвился целитель.
– Что ты время с ним теряешь? – ворчливо спросил Унаги. – Брось. Видишь же, человеку на всех плевать, кроме себя самого. Долго, наверное, мечтал о таком ученике – чтоб был лучшим, чтобы всех затмил, чтобы прославиться вместе с ним…
При этих словах Унаги корабел словно раздвоился: одна его половина продолжала выслушивать упреки, а другая провалилась на десять лет назад, когда другой человек и другим тоном произносил похожие слова:
«Я стану твоим лучшим учеником, и вместе мы превзойдем всех, кто был и будет…»
– Да пошли вы оба к Меррской матери! – Он вскочил и едва не свалился в костер. – Как ты мог то, как ты мог это! Да, ошибся! Не рассчитал! Признаю! – От внезапной слабости он зашатался и без сил опустился на землю, договорив уже спокойнее: – А вы не подумали, что он этой силы хотел? Нет, я не оправдываю себя, но мальчик в самом деле хотел стать лучшим – и стал. Ему сейчас тяжело, одиноко, да… Но дайте ему время. Он справится.
«Если не сойдет с ума», – безжалостно уточнил внутренний голос Эрдана, и в ответ на это спустя миг раздалось беззвучное:
– Не дождешься.~
– И вообще, идите-ка сюда.~
– Надоело сидеть одному.~
– Кажется, нас капитан зовет, – вдруг сказал Унаги, сам себе не веря. – Пошли, что ли?..
* * *На следующее утро «Невеста» развернула новый парус. Корабел залюбовался чистым и гладким полотнищем без единого изъяна; средняя мачта была попросту безукоризненна. С трудом оторвав взгляд от этой прелести, он посмотрел на магуса, чувствуя в глубине души страх.
Кристобаль стоял, скрестив руки на груди. Он привел себя в порядок – побрился, причесался, – и Эрдан не мог отделаться от ощущения, что нагловатый и упрямый мальчишка, который некогда в порту спросил у нищего старика, где живет лучший мастер-корабел Империи, куда-то исчез. Разноцветные глаза магуса сияли от восторга, но Эрдан теперь знал его достаточно хорошо, чтобы заметить горькую улыбку, прятавшуюся в уголках губ.
А может, она была там всегда?..
Велин и Унаги тактично оставили их вдвоем, и магус проговорил:
– Прекрасно, да? Я, признаться, не верил, что все станет как было.
«И даже лучше», – подумал корабел. Вслух он сказал:
– Зря. Фрегат сможет восстановиться, даже если ему кракен корму оторвет… – Он осекся, а Кристобаль испуганно вздрогнул.
– Не хотелось бы испытать подобное.~
Эрдан был вынужден кивнуть.
– Кристобаль, я… – Магус смотрел на него не мигая, и корабел вдруг отчетливо осознал, что второй раз он вряд ли осмелится отвесить ученику оплеуху; разве что заблаговременно простится с жизнью. – Если бы я знал, что все так получится, то прекратил бы обучение за день до той грозы. Ты и так был… хорошим навигатором.
Кристобаль хмыкнул:
– Врешь, учитель.
– Это почему же?
– Потому что все случилось так, как должно было случиться. По воле Шторма, Заступницы, Меррской матери… какая разница? Не сейчас, так позже молния все равно нашла бы меня. Подобное притягивает подобное.
«Подобное притягивает подобное», – повторил корабел про себя и похолодел.
– Впрочем, я бы не сказал, что наше с ~Невестой~…– магус помолчал, подыскивая подходящее слово, – единение душ дает мне какое-то особое преимущество. Боль фрегата – теперь и моя боль, а это накладывает обязательства, о которых другие капитаны и не подозревают.
Эрдан развел руками.
– Твой дар. Твоя боль. – Он помедлил. – Твоя «Невеста».
Капитану эти слова понравились: он впервые за весь разговор улыбнулся без иронии и лукавства в глазах.
– Я по-прежнему не могу заплатить за науку… – начал он и умолк.
И вдруг, неожиданно для самого себя, Эрдан попросил:
– Отвези меня домой, это и будет твоей платой. Отвези меня в Облачный город.
* * *Мелькнувший на горизонте остров словно был подарком Светлой Эльги, и никого не заботило, есть ли он на картах. Измученная «Невеста ветра» еле-еле доползла до маленькой бухты и бросила якорь. Когда возбуждение от победы над безымянной тварью схлынуло, итог битвы показался не таким уж благополучным. Команда недосчиталась девяти человек, и многие получили раны, над которыми Эсме пришлось как следует потрудиться.
Осмотрев фрегат, Эрдан категорически заявил, что раньше чем через десять дней «Невеста» никуда не пойдет. Если только Крейн и его помощники не хотят, чтобы дыра в борту, которую удалось наспех заделать сразу же после сражения, снова открылась. Крейн в это время лежал в своей каюте без сознания, а Джа-Джинни и Умберто, разумеется, возражать не стали. Корабел отправился спать, и измученная команда поступила так же. Этой ночью «Невесту ветра» смог бы захватить в плен даже отряд ларимов, вооруженных палками.
Когда мастер-корабел проснулся, солнце уже стояло в зените. Он обошел корабль и убедился, что все по-прежнему отдыхают. Лишь несколько полусонных матросов бродили по покосившейся верхней палубе. «Невеста ветра» казалась отстраненной: она закрылась от него, не желая делиться своей болью. Он был ей за это благодарен.
В каюте капитана на полу спал Умберто – свернувшись клубочком, с блаженной улыбкой на усталом лице. Во сне он выглядел совсем юным. Джа-Джинни дремал, сидя у стола и уронив голову на руки; его ослабевшие крылья казались двумя мокрыми тряпками.
– Вот обормоты, – негромко сказал Эрдан с порога. – Нет чтобы по очереди спать?
– Оставь их… – послышался сорванный голос. Ни Умберто, ни крылан не пошевелились. – Пусть отдыхают.
Крейн лежал, уставившись в потолок. Накануне они стерли с его лица копоть и сажу, но все равно оно было серым. Эрдан невольно удивился тому, что магус пришел в себя и даже разговаривает. В самом лучшем случае ему предстояло провести в постели два-три дня.
– Как все выглядит со стороны? Очень плохо?~
Эрдан не стал ничего скрывать, но нарочно завысил срок предполагаемого восстановления, зная, что Крейн захочет его сократить. Недолго поторговавшись, они сошлись на восьми днях, и этого должно было хватить.
– Мы, кажется, победили безымянное чудовище… – проронил Эрдан.
Магус криво улыбнулся:
– Выдумай ему имя, если хочешь.~