Безупречный злодей для госпожи попаданки (СИ)
На лоб ложится прохладная ладонь и я слышу тихий-тихий шепот:
- Тшш, потерпи. Скоро станет легче.
Под ласковым прикосновением ладони мое сознание опять мутнеет, и на этот раз я отключаюсь…
Глава 3
Скырр… Скырр… Скырр…
Монотонный скрип плохо смазанных колес. Мерное покачивание и конское ржание.
Я лежу на дощатом днище грязной повозки. Голова мотается по комкастой, пахнущей прелым подушке. Тело укрыто рваной дерюгой, под которой мне ужасно жарко. Хочется попросить воды и убрать с меня вонючую тряпку, но я не рискую – пусть думают, что я без сознания.
Над телегой натянут кусок дырявой ткани, прикрывающий меня от безжалостного солнца – в этом мире знойное лето.
Сквозь прорехи пробиваются солнечные лучи, в которых танцуют пылинки. Всхрапывают и цокают копытами запряженные в телегу кони.
Как приятно быть живой…
Все пространство повозки завалено разномастными тюками и мешками. Когда колеса подпрыгивают на кочках они начинают ползти в мою сторону, грозя похоронить под собой. Так себе удовольствие кататься на таком транспорте, но мне нравится. Лучше, чем лежать на дне канавы в компании с землюками.
Я перевожу взгляд к светлому полукругу выхода из повозки. В нем видно кусочек ярко-голубого неба И, как на экране в кинотеатре, то появляется, то исчезает фигура едущего за телегой всадника на черной лошади.
Темно-серый плащ с алой эмблемой на левом плече скрывает фигуру, но заметно, что он высокий и широкоплечий.
Затянутые в перчатки руки спокойно держат поводья. На голове глухой капюшон с прорезями для глаз, скрывающий лицо до самого подбородка.
Выглядит жутко, словно палач из фильмов про средневековье едет за повозкой, в которой везут на казнь жертву. Меня…
На передке повозки правят лошадьми и шепчутся Ганис и второй, с тонким голосом.
- Долго инквизитор будет за нами ехать? – бухтит Ганис. – До самого города собрался следить?
- С такого станется. Как он здесь оказался, а? Вынырнул, словно из воздуха. Едва не попались с этой девкой, – зло сплевывает второй.
– Видал знак у него на плече? Похоже, из самых высших. Не пойму только, чего ему от нас надо - отродясь инквизиторы в наше захолустье не заглядывали. Как думаешь?
- А я знаю?! Давай решать, что с девкой делать. Не будем же мы, и правда, лечить ее, монеты впустую тратить.
Голос опускается до еле слышного шепота:
- Сделаем вид, что в больницу поехали, а сами свернем к городскому рынку. Там сдадим девку Али Меченому. Он даже такую, как эта, сможет перепродать с выгодой. А кому и для чего она понадобится, не наше дело. Главное, монеты свои вернуть. Теперь и цену на нее можно накинуть после драконьего лечения.
- А если он за нами до больницы поедет?
- Если, если…! Хватит каркать! – все так же шепотом рявкает тонкий голос. – Вечно ты самое дрянное думаешь!
- Ага! Коли мы его приказ не выполним, отыщет нас инквизитор, да отправит сам знаешь куда. Будет тебе тогда не самое дрянное! – хрипло шепчет Ганис. – Лучше послушай, что я придумал…
Голоса бубнят и бубнят, строя планы на мою судьбу. Я внимательно их слушаю, и с каждым новым словом все отчетливее понимаю, что у меня нет никаких шансов выжить…
Глава 4
Инквизитор
- Господин дракон желает что-то особенное?
Подавальщица смотрит на меня приоткрыв ротик. Голубые глаза блестят возбуждением, смешанным со страхом и любопытством.
Еще бы, не каждый день в этой глуши появляются драконы инквизиции. Тем более, в таком статусе, как мой.
Хотя лица она не видит – никто не видит наших лиц, даже король – в эмблемах явно разбирается. Недаром глаз не сводит с алой гидры на левом плече – знака высшей касты в инквизиции.
- У нас есть вкусная еда и забористая выпивка. Девочки на любой вкус.
Девица облизывает розовым язычком пухлые губы и подается в мою сторону небольшой, но вполне аппетитной грудью.
- Если не хотите девочку из гильдии, есть приличные девушки из города, кто с удовольствием поможет вам весело провести ночку…
Я усмехаюсь – приличные девушки не помогают незнакомым мужчинам в таком деле. Ночью они мирно спят в своих кроватях. Но, видимо, в этих местах понятия о приличиях имеют свои особенности.
- Спасибо, милая, как-нибудь в другой раз, - даю поскучневшей красавице монетку и велю: - Проводи-ка меня к гостю, который живет на вашем постоялом дворе.
- У нас много гостей, прекрасный господин, - жеманно тянет девица, похоже не потерявшая надежду скрасить моё одиночество. – Кто именно вас интересует?
- Его имя Манх, - называю одно из прозвищ своего лучшего агента, под которым он должен заселиться на этот постоялый двор.
- Идите за мной, господин, - девица подбирает юбки и, старательно демонстрируя мне щиколотки, начинает подниматься по лестнице.
Я иду за ней, незаметно оглядывая окружающее пространство – крутую узкую лестницу впереди, большой обеденный зал, заставленный тяжелыми деревянными столами, вход на кухню в углу за колонной. Что-то не так вокруг меня. Интуиция негромко, но отчетливо шепчет об опасности.
И хотя мой дракон не беспокоится, игнорировать приходящие сигналы я не собираюсь.
- Вот здесь живет ваш друг, - подавальщица останавливается возле дальней двери на втором этаже.
– Только он уже два дня ужинать не приходит. Наверное, где-то в другом месте решил развлечься, - обиженно поджимает губки. Похоже, эта хорошая девочка и моему агенту помогала ночки коротать. Шустрая.
- Спасибо, милая. Можешь идти – если понадобишься, позову.
- Буду ждать, прекрасный господин, - она игриво хлопает глазками. – Меня Аиша зовут. Вы только позовите, и я сразу прибегу.
Дождавшись, пока девицв уйдет, достаю из кармана артефакт, открывающий любые замки – стучать бессмысленно, дверь мне не откроют. Это я понял, еще только подходя к комнате.
Манх, сгорбившись, сидит за столом, словно о чем-то глубоко задумался. На звук открывшейся двери даже не поворачивается. Не может он это сделать – мой агент уже два дня как мертв.
Здесь я провожу несколько минут. Нахожу то, за чем пришел. Тщательно осматриваю комнату, но не вижу ничего, что рассказало бы о произошедшем. Затем снимаю остатки ауры Манха – отдам следователям, вдруг что-то найдут. Активирую артефакт невидимости и осторожно покидаю комнату – больше здесь для меня ничего нет.
Отойдя от постоялого двора на пару кварталов и убедившись, что за мной нет слежки, снимаю защиту.
Задумчиво иду по хорошо знакомым улочкам города и неожиданно обнаруживаю себя стоящим у ворот больницы, где я оставил повозку работорговца Ганиса. Хозяина этой девочки, Федерики.
Поколебавшись несколько секунд, захожу внутрь – хочу убедиться, что мой приказ показать рабыню целителям исполнен.
Еще через несколько минут я выхожу обратно. Если бы ты мог видеть сейчас мое лицо, Ганис, ты бы уже во всю прыть гнал своих лошадок, пытаясь удрать как можно дальше.
Только далеко тебе не уйти – очень, очень скоро ты будешь жалеть о том, что решился обмануть меня.
И ты, и твой тощий приятель, собиравшийся утопить в канаве живую девушку.
Глава 5
Остаток пути до города я лежу с закрытыми глазами, все больше впадая в тупое оцепенение. Только один раз, когда телега остановилась у ворот больницы и надо мной склонилось лицо инквизитора, приподняла ресницы.
Из узких прорезей капюшона на меня смотрели темные внимательные глаза. На несколько секунд мы переплелись взглядами, словно нам было что сказать друг другу.
- Прощай, Федерика, — произнес он чуть слышно, и выпрямился.
- Прощай, Инквизитор, — я снова закрыла глаза – сейчас он уедет и тогда меня убьют.
Затихающий цокот копыт и два облегченных выдоха с передка повозки: