"Фантастика 2025-132". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Ну да, я тоже заметил, какие-то сигналы начали идти, в том числе из нашего ЦК партии в Киеве. Мол, проявляйте больше радяньской самостийности, товарищи. А по практической стрельбе что скажешь? Там перспективы есть?
— А вам это надо, Леонид Павлович? Ваши офицеры сами захотят в свободное от службы время заниматься огневой подготовкой? Чай, уже наигрались.
— Да уж, они и в служебное время, небось не захотят. Я тебя понял. Кстати, КГБшник тот залетный по какой надобности приезжал, у тебя какое мнение сложилось, Сергей?
  
— Мне показалось, что они этого вашего Милославского как ширму использовали. На самом деле у нас что-то искали. Нашли или нет, тут вам виднее.
— Хрен они что у меня найдут! Им до полковника Бородина расти как до слона Моське. И всё равно, мне в части ничьи ширмы не нужны. И шефы мне из РСФСР тоже не нужны. Как ты там пел, «запануем и мы, братья у своей сторонки». Тьфу блин, нескладно же.
Ноябрьские праздники, которые официально Октябрьские подбирались неумолимой поступью. Кстати, у нас тут под боком Жовтневая улица, тоже в честь героического Октября. Я несу службу абсолютно тихо и незаметно, насколько могу. Только один раз во время занятий в караульном городке мы всем взводом попробовали выполнить боевое патрулирование. Двигались тройками, прикрывая друг друга и учились контролировать направления, молча подавать сигналы и распределять цели. Пацаны от восторга аж повизгивали, особенно Иванец. Практически пёс войны этот Иванец, ну хорошо, не пёс — пёсик, щеночек войны. Есть люди, которых прёт от всего этого, они даже в мирное время себе войну ищут. Что примечательно, многие ищущие находят.
Кто-то предложил поучиться снимать часовых, но тут сержанты были резко против, я их поддержал:
— Баловство это всё.
— Это почему же?
— Вы видите часовых мирного времени, которых и снимать не обязательно, если разобраться. Вон у сержантов спросите, как выглядит часовой по зиме.
— Жора прав, зимой в тулупе с поднятым воротом, валенках, рукавицах часовой даже выстрелить не сможет. Подошел, толкнул его, пока он будет ворочаться по башке стукнул, и все дела. Бедолаге надо сначала увидеть нарушителя, услышать не вариант, потом автомат сплеча стянуть и не уронить, потом затвор передернуть, попытаться палец в варежке в скобу засунуть или снимать рукавицу надо. Ещё и предупредительный выстрел сначала положено делать. Короче, часового зимой самого охранять надо.
— Чего, так кисло на самом деле? Жорж, вообще голяк?
— Еще хуже. По Уставу караульной службы он днем стоит на вышке как попка. Его видят все, он никого. Один выстрел из бесшумного оружия, часового нет. Ночью часовой ходит по строго оговоренному маршруту. Нападающий сидит в темноте и точно знает, где часовой будет находиться в нужный момент, а часовой ничего не знает и не видит, он под фонарем ходит. Потому я и сказал — наши караулы существуют просто для забавы. Учиться их снимать — себя не уважать.
— А во время войны по-другому?
— Во время войны сначала убьют сотню-другую часовых, взорвут сотню складов, а потом командование догадается создать специальную охранную службу со своими порядками и секретами. И объекты будут охранять так, чтоб никто не знал, где и когда находится охрана.
— Так чего, все генералы тупые, один Милославский на коне?
— Лещишин, ты вот ходишь в умывальник и морщишься, что там дверь скрипит. Что, смазать не можешь?
— А мне что, больше всех надо?
— Вот и ответ. У генералов генеральское жалование, генеральские дачи, зачем им напрягаться? А война? Может они уже на пенсии будут, когда война начнется — чего им, больше всех надо?
— Вот ты контра!
— Сам контра, везде такая хрень, прав Милославский! У нас парторг в колхозе тоже так говорит, строили социализм, а получилась жопа. Говорит, надо землю крестьянам обратно отдавать.
— И председатель твой контра!
— Димон, на тебя вредно действует просмотр фильма «Ленин в октябре», больше не ходи на него.
Годовщина Великой Октябрьской Социалистической Революции была очень эротическая, если смотреть на неё с символистской точки зрения — шестьдесят девять лет. Весьма игривое число, но хроноаборигены не догадываются. Они догадываются, что в следующем году будет семьдесят, а до остального еще не доросли. Тут и позу-то такую мало кто применяет. А когда используют, то называют «валетиком» и просто спят вдвоем на одной кровати, потому что так чуть свободнее получается. А ноги, лежащие рядом с лицом, можно помыть или просто не нюхать. Главное, во сне ногами не сучить. Ой, я же про годовщину революции, а не позы в сексе. Кстати, звоночек. Раз мозг начал думать про «ЭТО», значит то ли организм втянулся в службу крепко, то ли бром в чай подливать перестали. Революция, отставить про секс!
Праздник Октября был знаменателен выпускными экзаменами в нашей учебке. Освоил специальность, сдал экзамен нормально — лети в войска, голубь сизокрылый! Не сдал, потому что тупой — лети в войска, нетопырь недоделанный. В чем разница? То у солдата в характеристике глянец и лепота, а то репьи и насрано, вот в чем разница. И если первых брали себе блатные и передовые покупатели, передовые в плане пораньше приехали на рынок, то вторых брали по принципу «ну что у нас плохого» последние опоздуны. Конечно, все курсанты мечтали получить максимальный балл… ага! Прямо спать не могли, так мечтали. Это же лотерея, никогда не узнаешь, где лучше служить. Может оказаться, что передовик-покупатель привезет тебя в образцово-показательную часть, где солдаты от уставщины даже вешаются, и то по стойке «смирно» и руки по швам. А может и так выйти, что раздолбай привезет на дальнюю точку, где тушняк коробками, а построения ежегодно, но это не точно. Или снова наоборот. Сказано — лотерея.
Что творилось в головах начальства, я не знаю, но по неведомым мне причинам я не стал полноценным участником этой лотереи, хотя и принял в ней участие. Ладно, по порядку, значит по порядку. Третьего ноября меня вызвали в строевую часть, выдали бумажку о сдаче испытаний, характеристику и сделали запись в военный билет о присвоении нового ВУСа. Велели идти получать имущество и через два часа стоять полностью готовым к отправке в войска. Как внезапно вышло, я даже не заметил процесс экзаменовки. Но начальству виднее. В батарее я выяснил, что уезжаю не один, со мной сегодня отправляется в войска Славка Шух. Хитрый хохол — первый самый трудный год отсиделся в учебке, а как стал полноправным воином, младший сержант написал рапорт с просьбой отправить его в войска. Вдвоем мы быстро растрясли дембеля-каптерщика на всё положенное. Тот, конечно, хохол, так и против него играл такой же хохол. А я рядом стоял и требовал тот же комплект, что и Славик.
Пообедали, еще раз прошерстили свои вещмешки на предмет «ничего не сперто» и пошли на место сбора. Какая-то сборная солянка на месте сбора, офицеры собрали разных солдат из разных учебных батарей проверили наскоро наличие документов и вещевого довольствия, построили и отправили на вокзал с безымянным капитаном. Так вот, про лотерею — я стал тем шариком, который мечется по барабану и никак не может попасть в свою ячейку. Причем главный принцип лотереи — никто не знает, какая ячейка конечная. Кто так тщательно постарался меня заслать? Или это судьба с большой или маленькой буквы глумилась? Двое суток меня мотало сначала по Украине, потом по Белоруссии. Поначалу нас было одиннадцать человек, в каком-то штабе нас стало пятеро, ночевать планировали в каземате крепости славного города Барановичи мы уже втроём, включая Шуха. Там мы одержали маленькую и практически бескровную победу над превосходящими силами противника численностью до отделения, пытавшегося завладеть нашими шапками. Идите вы нахрен со своими бляхами на ремнях. Еще в учебке мною были проведены показательные занятия и развенчание солдатских поясов как оружия. Классический кистень удобнее в рукопашном бою. Нет, если внезапно случилась заваруха, то можно и ремнем отмахиваться. Если поставлен удар, если солдат умеет рубить краешком бляхи, то гуд. Но кистенем легче управлять, он наносит более акцентированный удар, он быстрее. И его почти не видно в руке. Когда враги разглядели в сумерках, чем я там махаю, один уже получил по шапке, несильно, но до обморока. А второму биток кистеня отсушил бедро, гематома будет знатная. А третьего Шух выкинул в дверь. «Вы все покойники, завтра вас уже не будет! Закопаем, никто не найдет! Все кровью умоетесь!» — отряд врага отходил, грамотно прикрывая отступление матюками и угрозами.