Гарем для (не) правильной суккубы (СИ)

Спустя час дракон дорыл нам ход и, обратившись в человека, завел меня в пещеру.
– Я укрепил тут всё магией.
Осмотрев пещеру, я увидела, что дракон создал кровать с мягкой лежанкой, кресло, стол и даже пару стульев. В пещере было светло, так как мужчина повесил пару амулетов.
– Хорошо, – кивнула я, улыбнувшись и радуясь, что муж придумал выход.
– Вот амулеты. Тут вода, кровоостанавливающее, свет, для хранения. – Он начал быстро вытаскивать их из своих карманов, а я с недоумением на это смотрела. – Тут сушеное прессованное мясо с травами. Хватит на три дня. Если в день съедать не больше трех палочек.
Он выложил всего девять сушеных палочек. И буквально за пару мгновений создал кружку для воды.
– Воду наливай сюда.
– Я не понимаю… – пробормотала я. – Нам не хватит? Но… ничего, постараемся есть тогда по полторы в день…
– Фели. – Цербас повернулся, обхватил моё лицо ладонями, посмотрел мне в глаза и сказал: – Я попробую их отвлечь.
– Нет! – выкрикнула я, понимая, что задумал Цер.
Но дракон меня не отпускал и продолжил говорить:
– Фели, это убежище нас не спасет. Они могут учуять и раскопать всё что угодно. Я видел, как они это делают, – быстрее заговорил он. – Моя магия тоже их не удержит. Я уже пытался, когда убегал от них. Они её щелкают как орехи. Кое-как запутал следы. Поэтому и летел дольше домой. Но видел, что это ненадолго.
– Нет! Не бросай меня! – еще громче закричала я и вцепилась в мужчину, обняв его покрепче, хотя с моим животом это было очень тяжело сделать.
– Я не бросаю, я постараюсь их отвлечь и увести подальше от твоего убежища. От тебя, от нашего малыша, – продолжил он говорить, точнее, уговаривать меня, – а ты подожди тут три дня. Пожалуйста, не выходи три дня. Я завалю пещеру землей и скрою магией так, что не будет видно, что тут кто-то рыл. А потом моя магия спадет. Ослабнет. Ты сможешь прорыть выход. Я знаю, у тебя получится. Ты сильная.
– Нет, нет, нет, нет, нет! – заныла я, причитая и уже понимая, что придется его отпустить.
– Дом, скорее всего, уничтожат. Там следы нашего обитания. Но я как чувствовал, что это произойдет, – продолжил быстро говорить он, не обращая внимания на мою истерику. – Я создал еще одно убежище. Оно на север в пятистах метрах от нашего дома. Там холм, и он обложен камнями. Там есть всё для вашего с малышом проживания. Все удобства.
– Пожалуйста, не-е-ет, – прошептала я, уткнувшись в куртку Цера лицом.
– Они могут почувствовать и услышать, у них очень хорошие слух и нюх. Пожалуйста, Фели, мне надо лететь. Они близко… Ты же понимаешь.
Кое-как заставив себя оторваться от дракона, я посмотрела на него и, потянувшись, поцеловала его в губы.
Он ответил так страстно и пылко, что на душе кошки заскреблись.
Я сама разорвала поцелуй и, проглотив слезы, жестко рыкнула:
– Не вздумай умереть, Цербас! Поклянись, что выживешь!
– Я постараюсь, – вздохнул дракон и пошел к выходу.
– Клянись! – закричала я ему вслед.
Резко обернувшись, мужчина сказал:
– Клянусь, что сделаю всё возможное, чтобы защитить тебя и малыша.
А затем там, где он стоял, вместо выхода оказалась земляная стена.
От бессилия я опустилась на пол и, обхватив живот руками, беззвучно разрыдалась. В этот момент землю тряхнуло, и я замолчала.
Видимо, так сработала бытовая магия. Цербас запечатал моё убежище, и я должна вести себя очень тихо, чтобы не привлечь к себе внимание чудовищ.
  
ГЛАВА 14
 
1 год спустя… 
Я возвращалась домой. Естественно, торопилась. Потому что время было уже к вечеру. А это означало, что моя кроха должна уже начать просыпаться.
После того как Цер исчез, прошел целый год.
Через три дня, как бы я ни надеялась, мой муж так и не появился, и мне пришлось выбираться самостоятельно.
Отрылась я быстро и, выбравшись наружу, поняла, что небо чистое и вокруг ни души.
 
Это позже я осознала, что словосочетание «ни души», что пришло мне на ум, было практически буквальным, потому что чудовища уничтожили всех крупных животных в округе. Даже зайцев и тех почти всех истребили. Но об этом я узнала позже.
Пока же я еще надеялась, что мой муж выжил и находится где-то рядом. Возможно, просто ранен и не сразу смог до меня добраться.
Слишком тяжело мне было поверить в то, что он пропал. Не хотела я тогда даже мысли такой допускать.
Я отправилась к нашему дому и с ужасом поняла, что от него остались одни руины. Такое чувство, будто здесь было землетрясение и дом развалился. Но, подойдя ближе, я заметила следы взрытой земли и когтей.
Как и говорил Цер, те чудовища уничтожили наш дом. При этом даже целых вещей не оставили, всё изжевав в труху.
А затем я отправилась в то место, где он создал запасное убежище для меня и малыша.
Это была землянка. Точнее, дом внутри небольшого холма, но уходящий под землю. Я даже нашла одно окно, которое расчистила, чтобы внутри проветрить и запустить солнце.
Землянка была очень уютная. Состояла из кухни (трубу для печки я тоже потом почистила), спальни, ванной комнаты с функционирующими туалетом и душем. Вода питьевая тоже была на кухне (текла из крана в раковину). А еще в землянке имелась большая кладовая на нижнем этаже, и там я отыскала много припасов в стазисе.
Благодаря этим припасам мы с Алисой и выживали этот год.
Цер позаботился обо всём. Даже овощей, фруктов и ягод заморозил. Я уж молчу про мясо. И благодаря этим заготовкам мы и прожили.
Охотиться было бесполезно – это я поняла в течение месяца еще до родов.
В округе не нашла ни одного животного. Потом позже, уже после родов, я улетала всё дальше и дальше, даже рискнула до самых гор добраться, но и там не нашла никого.
Мелочовка типа всяких полевок была. А остальных животных – нет. Я за год жизни знала, что неподалеку в лесу есть и дикие кабаны, и олени, но, похоже, летучие мыши их всех истребили. Даже хищников и тех уничтожили.
Я оставляла силки на зайцев и поймать смогла одного мелкого только полгода спустя.
А больших животных так и не нашла.
А еще Цербас не забыл сделать для малышки приданое: люльку, ванночку для купания, ползунки, распашонки, пеленки, памперсы и обычную одежду на первые три года жизни. И даже бутылочки и соски для кормления. Хотя они Алсисе и не понадобились. Я кормила её грудью почти одиннадцать месяцев, а затем как-то быстро перевела на обычную еду. И она уже вовсю могла есть овощи и мясо, перетертые в пюре. А пила самостоятельно из кружки, не обливаясь, ягодные морсы с травами.
Последний раз я кормила её на ночь грудью неделю назад, потому что на улице была непогода и она сильно перепугалась грозы, уснуть никак не могла, вот я и предложила ей грудь. Малышка сразу же успокоилась и уснула.
После этого грудь она не просила, и молоко у меня уже пропало.
Того, как я прожила целый месяц до родов в ожидании, я почти не помню. Делала всё на автомате и не решалась далеко отойти от нашей землянки.
Роды для меня оказались тем еще испытанием, даже вспоминать страшно, как я умудрилась одна всё это пройти. Наверное, повезло с тем, что я смогла перед родами распаковать очередные «файлы» своей памяти. Где женщины нашего рода почти всегда рожали одни, без чьей-либо помощи, и, наоборот, старались прятаться даже от собственных мужей, потому что срабатывали инстинкты.
Я про истинных суккуб-соттар, если что.
Понятно, что демоницы типа моей мамы рожали уже в других условиях, пользуясь помощью профессиональных целительниц.
И когда наступил тот самый день, я порадовалась, что в какой-то степени смогла отключить разум и доверилась собственным инстинктам, иначе бы совсем чокнулась от страха и боли.
Ведь Цер так и не вернулся.
А искать его самостоятельно я побоялась. Я ведь не знала, смог ли он увести всех чудовищ за собой. Вдруг они где-то всё еще рыщут? Может быть, с парой я бы еще справилась, но с полчищем… точно нет. Поэтому рисковать и подвергать опасности ребенка я не решилась, надеясь на то, что муж сможет когда-нибудь вернуться.