Опороченная невеста графа Орлова (СИ)

 Глава 26 
Глава 26 
Роль сводника
Дарья Заступова 
Время с Викторией прошло неощутимо. Девочка заметно подросла и теперь вовсю улыбалась мне. Я с удовольствием провела с ней остаток вечера до ужина. Ивана не было дома, и я с нетерпением ждала его возвращения, чтобы поделиться некоторыми новостями. Отпустила кормилицу с няней и до самого вечера провозилась с девочкой.
  
− Какая ты у меня лапочка, − я нарадоваться не могла на дочь, каждый день поражаясь тому, чему она уже научилась. – Умница и красавица. Вот вырастешь, за тобой толпа женихов будет бегать.
− А я буду отгонять их от нее ружьем, − услышала я голос мужа.
Граф Орлов прибыл к ужину. И первым делом он навещал Викторию. Всегда. Проводил с ней время. После же все его внимание доставалось мне.
В столовую в тот вечер мы спускались вместе. Наше появление вдовствующая графиня встретила с кислой миной, но это не испортило мне аппетит. Мне как можно скорее хотелось поделиться новостями с мужем. Разговор за столом не клеился. Иван отвечал кратко и в полемику не вступал, и мы не задержались за ужином. Проведав Викторию перед сном еще раз, на этот раз вместе, мы направились в свои покои.
− Как прошел сегодня твой день, − скидывая с себя костюм, поинтересовался он. Я же глазами следила за каждым движением графа, пока он стоял ко мне спиной и не замечал этого. Я все больше привязывалась к мужу и в наших отношениях мне хотелось большего.
− У меня получилось войти в доверие к работнице типографии. Она обещала свести меня с одним автором женщиной, которая как раз и выпускает свои романы под мужским псевдонимом, − поспешила я сообщить мужу. – На днях повидаюсь с ней и постараюсь узнать о нужном нам человеке. Творческие люди все равно знают друг друга и многое могут рассказать. Особенно женщины. В мире, где правят мужчины, им тяжело бороться с системой одной. Иначе бы работница типографии не стала нас сводить. Я ей сказала, что хочу показать ей свой роман.
На словах роман граф развернулся в мою сторону и взглянул на меня с интересом. Его брови вздернулись вверх. История с упоминанием его настоящего имени в книге ему не нравилась. А тут законная жена сообщает ему такие новости.
− Я чего-то не знаю о своей супруге и ее скрытых талантах? – граф шагнул ко мне, протягивая руки.
− Вы, мужчины, действуете слишком топорно, напрямую, резко, − я подалась ему навстречу. – В нашем случае нужно действовать аккуратно. Сам подумай, что случится с девушкой, когда обнародуют ее настоящее имя? Если замужняя дама, то да, пошушукаются и забудут. Если же молодая девушка, то ее имя покроют позором. Светское общество отвернется от нее. А девушек на выданье будут попрекать ее именем. Даже мое обучение вызвало сколько шуму и разговоров, − я нежилась в объятиях графа и наслаждалась близостью мужа.
Наконец-то, мы могли вдоволь насладиться обществом друг друга. Граф неожиданно повел меня в танце. Мы кружились в вальсе без музыки, стараясь не натолкнуться на мебель.
− Мне повезло встретить тебя, − остановившись, выдал Иван, приближая свое лицо.
Следом последовал поцелуй, которого я ждала с замиранием сердца. Губы графа были упругие, настойчивые и ласковые. Мужчина целовал горячо, нетерпеливо, словно боялся, что не успеет насытиться. Его руки блуждали по моей спине и очень умело расшнуровал корсет. И когда Иван подхватил меня на руки и успел сделать всего лишь шаг в сторону кровати, в дверь постучали.
Если бы я не помнила, что находилась в другом мире, то человека за дверью послала бы такой длинной дорогой, что он вовек бы назад не воротился. Почему именно в такой момент? Нельзя было через полчаса, а лучше час потревожить нас? Мы уже сколько времени муж и жена, но до главного так и не дошли ни разу.
Стук в дверь повторился. Граф все это время стоял посередине наших покоев, замерев и задумавшись. По его каменному лицу невозможно было ничего понять, что именно он чувствовал в данный момент.
− Ваше сиятельство, − по ту сторону двери снова оказался Тихон. – Вдовствующей графине стало плохо. Она зовет вас к себе.
Неужели Анна Ивановна решилась вести свои игры?
− Прости, я должен узнать в чем дело, − Иван опустил меня на пол. – Тебе не стоит беспокоится ни о чем, − граф целомудренно поцеловал меня в лоб и оставил одну.
Мне ничего не оставалось делать, как позвать Агриппину и подготовиться ко сну. Сквозь дрему я слышала, как вернулся Иван, но граф не стал тревожить мой сон. Лишь укрыл одеялом, а сам лег рядом.
А утром нас всех разбудил ранний приезд решительно настроенной Наташи в наш дом.
Сладкий сон не хотел выпускать меня из своих нежных объятий, но упорный стук в дверь повторился. Я поежилась, нашла себе более удобное положение и решила не вставать так рано. В объятиях мужа спалось сладко и не хотелось начала нового дня. Но повторный звук заставил нас проснуться.
− Ваше сиятельство, − за дверью снова был Тихон. Скоро, наверное, я придушу этого человека. – К Дарье Николаевне пожаловала гостья. Крайне настойчивая.
Слово гостья разом заставило меня проснуться. Первая мысль, что посетила мою еще затуманенную сном голову, пожаловала матушка. Но я тут же отмела ее. Елизавета Александровна никогда бы не позволила себе нарушить правила приличия и не пришла бы в гости даже к дочери в такой ранний час.
− Ты кого-то ждешь? – рядом присел Иван, тоже сонный и всклокоченными волосами. И выглядел он таким беззащитным и юным.
− Нет, но я догадываюсь, кто это может быть, − у меня не было подруг, кроме одной, кто мог бы так настаивать на встрече со мной.
Тихон ушел, вместо него пришла Агриппина. Девушка помогла мне привести себя в порядок, и я спустилась в гостиную. Как я и ожидала, на диване сидела Наташа Лазарева. Но на былую Наталью Алексеевну она мало походила. Глаза у девушки бегали, сама она вся раскраснелась, словно приехала сюда не на карете, а бежала. Завидев меня, Наташа тут же вскочила.
− Что случилось? – встревожилась я. Такой я свою подругу ни разу еще не видела.
− Ты должна мне помочь, − Наташа буквально схватила меня за руки. – Я сама не справлюсь. Я ничего не понимаю в этом, − в ее сумбурной речи я ничего не понимала. – Он меня пригласил, а мне в нечем идти. А еще я боюсь, что не понравлюсь ему, что весь вечер буду наступать на ногу.
− Давай выпьем чаю, и ты мне все расскажешь с самого начала, − усадила я девушку на диван. Расторопные слуги уже подали гостье горячий напиток и печенье к ним, что обрадовало меня. Ведь Наташа была во вчерашнем же платье, которое было немного помято. Увидь ее сейчас вдовствующая графиня, точно бы не сдержалась от едкого замечания в адрес Наташи. Хорошо, что она пришла с утра пораньше. Анна Ивановна рано не поднималась и у нас было время спокойно поговорить.
− Понимаешь, он такой удивительный человек, − девушка немного успокоилась и теперь сидела на диване, в руках у нее была чашка ароматного чая, а в глазах блеск восторга, когда она начала говорить о нем.
«О ком это, о нем?» − я была удивлена. Неужели передо мной была та Наташа, которая и слышать не хотела о женихах, а теперь только и говорила о молодом парне. Неужто о Сергее Львове?
− Он такой замечательный. Начитанный, − продолжила девушка. – А сколько стихов он знает. И читает их так страстно и чувственно, словно каждое слово – нота в его собственной симфонии, − Наташа мечтательно закатила глаза. – Когда он рассказывает о любви, сердце мое будто начинает биться в унисон с его строками. Каждое слово – кусочек его собственной души, − девушка все говорила и говорила, пока я внимательно ее слушала и заодно наслаждалась ароматным чаем. – Мы с ним проговорили до позднего вечера. Отец уже запирал лавку, мы только тогда распрощались с ним. А утром я сразу к тебе. У меня до сих пор мурашки по телу, когда я вспоминаю о нем и то, как он читал мне свои стихи вслух, − девушка протянула руку, и я узрела гусиную кожу.