Опороченная невеста графа Орлова (СИ)
− Красавица, точь-в-точь, как ее мама, − Александра Ивановна вытирала слезы, словно вместе со мной рожала и она сама.
За ней чуть ли не ревела и Лазарева. Одна лишь нянюшка вела себя чинно и строго, делая все, что от нее требовалось. Обтерев ребенка, она запеленала ее и передала в руки Александры Ивановны. Затем занялась мной.
− Теперь у Сергея Викторовича появилась еще одна ученица Орлова, − с улыбкой на лице проговорила я, наблюдая за тем, как Корнилова умилялась новорожденной, которая была сморщенная и фиолетово-красная, и мало чем походила на красавицу.
− Как это? – удивилась Наташа, не понимая моих слов.
− Ну, как же? Если ребенок родился в поезде, то ему дается право всю свою жизнь ездить на них бесплатно. Также и с самолетами. Дите будет летать на них всю жизнь бесплатно. Раз родилась в гимназии, то она получается уже поступила, − попыталась объяснить я.
На меня уставились три пары глаз. Даже нянюшка задумалась. Я запоздало поняла, что чуть не раскрыла себя.
− Когда мы можем отправиться домой? – сменила я тему, приподнимаясь на локти.
Сквозь щели между портьерами в кабинете уже наблюдался вечер. Не могла же я провести ночь в кабинете в гимназии.
− Я поговорю с мужем, − Александра передала ребенка Наташе и вышла в коридор.
Нянюшка тем временем помогла мне сменить намокшую насквозь одежду и напоила меня отваром.
− Придаст силы и остановит кровотечение, − кратко объяснила она.
Пришлось выпить все до последней капли, утоляя жажду. И к возвращению Александры мы были готовы.
На улице нас ждала карета одного из меценатов. Внутри было тепло, но, несмотря на это, меня и ребенка укутали в меха и шкуры.
− Когда вы придёте в себя, Дарья Николаевна, Александр Михайлович хотел бы навестить вас и выразить свое почтение. Это он выделил вам свою карету. Дайте знать, когда будете готовы встретиться с ним, − усаживая всех нас в карету, проговорил Сергей Викторович.
Опасностей я для себя не видела и согласилась. Ведь среди приехавших в Васильевск гостей ни один не узнал меня и даже вида не подал. Наоборот, все воротили лица, словно перед ними была не достопочтенная вдова, а женщина с желтым билетом.
Я даже не заметила, как прошла первая неделя после родов. Все помнила урывками. Я кормила девочку под чутким взглядом нянюшки, училась пеленать и мыть ее, и все остальное время высыпалась. Меня навещала Александра и справлялась о здоровье малышки, заодно приносила план учебы и лекции. Наташа тоже не оставалась в стороне, нянчилась с малышкой. Только Елизавета Александровна отсутствовала. Я с нетерпением ждала ее приезда изо дня в день. Не видавшая в своем мире материнской любви и понимания, я нашла ее здесь. И особенно в такие минуты хотелось, чтобы матушка Дарьи была рядом и поддержала. Да и устраивать крестины без нее я не собиралась. Пока же приходилось справляться самой и не отказываться от помощи нянюшки. Она действительно оправдывала обращение к ней «нянюшка», заботясь не только обо мне, но и о девочке.
Виктория Ивановна Орлова много хлопот не доставляла. Она ела и много спала, изредка громко сообщая нам о том, что пора бы сменить пеленку. И через две недели я решилась немного прогуляться, подышать свежим воздухом, заодно отнести сделанные работы в гимназию. Нужно было еще сдать книги в библиотеку и взять новые. Нянюшка отпустила меня с легкостью, строго-настрого наказав не простужаться. Гимназия встретила меня не очень дружелюбно. Ученицы из класса шептались за спиной, преподаватели со скепсисом на лице принимали у меня работы. Но я не переживала насчет этого. Последнее слово все равно оставалось за директором гимназии. Пока Сергей Викторович видел перспективу в заочной форме обучения, мне ничего не грозило. После заскочила в библиотеку. Пока я не могла работать, меня заменяла Наташа. Получив необходимые учебники, решила дождаться ее, чтобы вернуться домой вдвоем. Лазарева без умолку болтала, пересказывая мне последние новости. Дома все разговоры велись про Викторию и на другие темы особо было не поговорить. Я заслушалась ее рассказа и не заметила ступеньку, покрытую льдом. В ужасе замахала руками, разбросав книги, но мне не дали упасть.
− Барышня, что же вы так не аккуратно? – молодой человек с тростью поставил меня на ноги, после начал собирать выроненные мной учебники.
Первое время я просто наблюдала за ним, еще не отойдя от шока почти от падения, затем и сама принялась поднимать книги. К счастью, снег был утоптан учениками гимназии и ни одно пособие не пострадало.
− Благодарю вас за спасение, − выразила я свою признательность, затем взяла Наташу за руку и потянула ее в сторону дома. Только вот Лазарева чуть ли не таращилась на моего спасителя и мило ему улыбалась.
− Позвольте проводить вас, сударыни, и помочь донести такую ношу, − и он указал на связку книг в наших руках.
Отказываться было неудобно, да и Наташа первая успела принять его помощь, как и протянуть молодому человеку книги. Так мы и зашагали втроем в сторону дома Четкова.
− Позвольте представиться, Илья Семенович Строганов, − молодой человек снял шапку и улыбнулся нам.
Наташа зарделась, как и толкнула меня локтем в бок и начала водить головой в сторону нашего нового знакомого. Сперва я испугалась за нее, словно у подруги начался нервный тик, пока она не шепнула мне слово Святки. Все встало на свои места. Лазарева не преминула возможностью сосватать меня за первого встречного парня с именем на букву И. Я лишь отмахнулась от нее с мыслями скорее оказаться дома и покормить дочку. Не до ухажеров мне было.
Перед воротами Строганов не постеснялся напроситься на чашечку горячего чая, когда Наташа активно зазывала его в гости, чтобы отблагодарить за мое спасение. Нянюшка, услышав краткую историю случившегося, заохала и кинулась на кухню ставить чайник. Пока Наташа занимала гостя, я сходила покормить Викторию. После же пришлось спуститься к ним, передав люльку с малышкой на попечение нянюшки. Последняя была заодно с Лазаревой и тоже подталкивала меня в сторону Илья Семеновича.
Как выяснилось, молодой человек являлся одним из меценатов гимназии, решивший задержаться в Васильевске на несколько дней,
− Еще мой отец помогал строить школы. Я же всего лишь продолжил его дело, когда его не стало, − признался Строганов, но быстро перевел тему. – Сергей Викторович упомянул, что вы вдова. Как же вы справляетесь со всем и когда успеваете учиться? Ваше выступление поразило многих. Я до сих пор под впечатлением.
На его вопрос мне так захотелось заговорить стихами, но не стала рисковать и цитировать Некрасова. Вдруг его поэма о тяжелой судьбе простой русской женщины еще не была напечатана? Лишь вкратце рассказала придуманную мной легенду и уже озвученную не раз.
И тут гость оживился, услышав имя моего погибшего мужа и заметив портрет в фоторамке, и, казалось, вдвойне заинтересовался поручиком Орловым. Начал задавать дополнительные вопросы не только о нашем с Иваном знакомстве, но и о его смерти. Я срочно придумывала, чем и как дополнить легенду. Когда же уже не знала, что говорить, меня спас громкий плач Виктории.
− Извините, но мне нужно уделить внимание своей дочери, − вовремя откланялась я в надежде на то, что больше не увижу господина Строганова.
− Разрешите навестить вас еще раз, − услышала в спину, но я уже неслась наверх, чтобы сменить мокрые пеленки и покормить доченьку.
Строганов вскоре ушел, но это не спасло меня от разговоров с Наташей. Пришлось немного грубо унять подругу от её сватовства.
− Илья Семенович приехал к нам из столицы. Уверена, если он заинтересуется мной, примет ли меня столичное общество с такой ношей? – и я указала на сверток в руке, где сытая Виктория довольно чмокала губами.
Лазарева больше не возвращалась к этой теме. Да и наш новый знакомый больше не беспокоил нас. Подумала, что пронесло. Ведь я и вовсе думать забыла о нем, пока после очередной прогулки нянюшка не встретила меня чуть ли не на пороге. Вся взбудораженная, взволнованная и немного возбужденная.