Последний спектакль (СИ)

Котятки, делитесь впечатлениями, с удовольствием поору с вами, ибо теперь это не боггартик, здесь даже я боюсь.
========== Кризисная ситуация ==========
У каждого бывают минуты глубокой тревоги, когда сознанием владеет полная растерянность; люди говорят первое, что приходит на ум, и часто не совсем то, что нужно. Из-за этого Квентин усиленно думал. Он подбирал слова и аккуратно вёл тему, старался не переборщить и донести информацию до каждого.
  
— …Во время кризисных ситуаций принято говорить… Иначе поднимается всеобщая паника, а журналисты угрожают загрызть каждого, кто попадётся им на пути. На алтарь сенсации они готовы принести любую жертву. Как пресс-секретарь, друзья мои, я успокоил всех вчера, сказав, что у профессора Снейпа начался аллергический приступ, и что с ним всё в порядке, и что его сознание в норме, и что Поппи — мастерица и спасительница, и ангел, и прочее и прочее. На самом деле это не так, — Шарль прошёлся по кабинету, в котором собрал актёров, за исключением Снейпа и Гермионы. Его печальный взгляд бегал по стенам, словно изнутри грусть разрывала грудь, а сам он отказывался в это верить. — Буду с вами честен и крайне серьёзен, а потому ожидаю, что лишнего вы не раскроете посторонним. Наш Хогвартс претерпел кризис вновь, и мы все должны поддержать школу и директора Макгонагалл. Мне больно говорить это, но долг перед вами того требует. Вчерашней ночью профессор Снейп скончался.
Лаванда Браун, которая ещё недавно возмущалась, что её грандиозный и обещающий быть прекрасным выход прервали так некстати, вскрикнула и заморгала, Рон потрясенно замотал головой, Полумна опустила печальные глаза в пол, а Невилл сжал её руку.
— Как? Да нет… нет… быть не может… Нет! — вскочил раздосадованный Гарри Поттер. Как правило, все известия, приходившие ему о смертях, не таили ошибок, но почему-то всякий раз он отказывался верить в это. — Нет, нет, нет! Что за чертовщина?! Где тело?! Нет его, значит, и смерти нет! Где директор Макгонагалл? Она ничего не сказала, а значит, вы могли ошибиться, мистер Шарль. Нет… Нет, он жив! Что сказали в Мунго?! Вы, должно быть, сами не знаете, а сейчас просто высказываете свои догадки! Ответьте, что не знаете!
Но для незнающего Шарль был слишком убедительным.
— Гарри, успокойтесь, пожалуйста, сейчас я объясню…
— Что объясните? Смерть? Нет, я не верю… не умер он! Нет… А как же газеты? — ухватился Гарри за последнюю надежду. — Не утаишь же смерть такого человека, как он, произошедшую в школе, на фестивале, средь бела дня! Да и если профессор умер, то… — Гарри тряхнул головой, — почему только нам говорите? А как же остальные? Или вы считаете, что странный пиар важнее памяти о человеке?! Да Северус Снейп, как никто другой, заслуживает, чтобы его почила вся школа. К чёрту фестиваль!
— Мистер Поттер, своими громкими словами вы привлечёте внимание…
— Плевал я!
— Гарри, успокойтесь…
— Он не умер!
— Умер.
— Нет!
— Увы.
— Но нет! Отчего?
— Аллергический приступ вызвал кровотечение. Северус Снейп скончался от потери крови. Тот сок был маггловским и содержал компоненты, к которым после укуса Нагайны организм не был приспособлен. А как выяснилось, ваш профессор не особо любил соки, потому-то не знал даже он сам. Сожалею… Потери всегда тяжелы.
Сначала Гарри впал в досаду, потом — в растерянность; мысли в его голове словно остановились, а затем будто кто-то расколол этот ступор и мощная волна безысходности обрушилась на него с головой. Гарри сжал кулаки с быстротечной, но сильнейшей яростью, знакомой только сиротам, обретающим семью и вновь её теряющим. Его мрачность не предвещала ничего хорошего. Наверняка произошёл бы магический выброс и что-нибудь хрупкое и особо тонкое взорвалось, если бы не тихий всхлип. Одна из слизеринок, пухленькая и хорошенькая Китти, принадлежащая к числу тех хохотушек, которые любовались игрой Снейпа и Гермионы, плакала.
Гарри посмотрел на неё пустым взглядом, сел рядом и обнял дрожащие плечики, привлёк к себе и прикрыл глаза. Разговор друга продолжил растерянный Рон.
— Не может же так быть, мистер Шарль… Да и сок был маггловским… Самым обычным… Они что, идиоты, эти магглы?
Квентин склонил голову к плечу. До чего же тоскливы сделались его глаза! Он сглотнул, а затем принял неестественно ровную осанку.
— К сожалению, это так. Мадам Помфри лично засвидетельствовала, Рон. А что до магглов, то какое им дело до волшебников? Они даже не верят в нас…
А впрочем, уже поздно. Северуса Снейпа это не вернёт… Нам всем придётся принять это. Пожалуйста, постарайтесь… Нам больше ничего и не остаётся… Поскольку весь фестиваль остановили на неделю, вам разрешили съездить домой и отойти от всего этого. Мне самому до чёртиков тяжело… — он потерянно хмыкнул и собрал свои блокноты. — Извините, у меня ещё много работы со Скиттер. Надеюсь, вы поведёте себя достойно, молодые люди, и действительно никому не расскажете. Я бы мог и смолчать, но я слишком люблю вас и слишком доверяю. Снейп был вашим профессором и коллегой. Вы должны это знать.
— А остальная школа? — выплюнул Гарри с презрением ко всему, относящемуся к пиару.
— Пожалейте директрису, Гарри! — взмолился Квентин.
— Сэр, а можно вопрос? — спросил Невилл, хранивший спокойствие. Ведь что-то да и он начинал понимать за шесть месяцев общения с профессором Снейпом. Шарль наградил особым вниманием юношу и медленно покачал головой.
— Но, сэр! Это важно!
— Прошу, не сейчас.
— Как же те авроры?!
— Я сказал «нет».
— Которые ходят в Подземельях…
— Невилл, избавьте…
— …и обыскивают профессорские покои? Зачем они, мистер Шарль?
— Мистер Лонгботтом…
— Они кого-то подозревают, да? Да? Неслучайность, да? Ну пожалуйста! Вы же крутитесь там, в педсоставе, вы наверняка слышали…
— Это вам необязательно знать, — выдохнул Шарль и отвёл глаза, ненадолго замолчав. — Но, раз уж задали, ваше любопытство я удовлетворю. Никто не должен догадаться, что они авроры. Это такие же гости для студентов и хогворчане — для гостей, ясно? И да, версия такая была. Им казалось, что кто-то умышленно вызвал приступ, но это пустяки. Они уже закрыли дело как несчастный случай. Комнату как бы обыскивают, да так, для галочки, и только. Потом, вот увидите, они обойдут Хогвартс и разъедутся, сославшись на несчастный случай. К сожалению, наш аврорат работает не так, как хотелось бы…
Шарль зажмурился, выдавливая не улыбку, а болезненный оскал. Казалось, бессилье и скорбь теперь проникли и в сердце и безжалостно режут его, что и он сам ещё до конца не верит в произошедшее. Как только в глазах пиарщика сверкнули слёзы, он вышел.
Первые минуты казались похоронными, будто все очутились на кладбище и слова излишне. На самом же деле их попросту не было в головах шокированных детей. Ещё вчера профессор Снейп снимал баллы и играл с ними на одной сцене, а сегодня его не существует. Смерть — штука странная. Когда она уносит кого-то из знакомых, делается необычно, хоть и не так больно, как близких. Непонятно, как это: был человек, а вот его уже и нет, вы с ним никогда не встретитесь, он не назначит вам отработку и не досадит?! Куда исчез он? Что будет со всеми остальными, когда они последуют за ним? Странно.
За тысячелетия никто так и не ответил на эти вопросы, и это пугало ещё больше.
На студентов спустились воспоминания войны. То, что они победили и выжили, никак не уберегало от гибели, и доказательства тому — Драко, Панси, Снейп.
Лаванда вскочила, а её маленькие, тонущие в щеках глазки забегали от испуга.
— Меня, конечно, не трогает Снейп, но всё это жутко. Я… Я сваливаю, кто со мной?
— Я… — промолвил кто-то. — Жалко Снейпа, хоть он и был ещё тем паршивцем, но, как говорится, судьба и на печке найдёт.
— Да! — согласилась Браун. — Он всё равно нежилец после Нагайны. Нечего ему было метаться со стороны на сторону!
— Да и хорошие каникулы устроил… — сказал кто-то с сардоническим весельем и хотел что-то прибавить, да Гарри сделался страшным.