Аварийный взлёт

К вечеру воскресенья поступила аналитическая записка, в том числе от московских спецов, составленная прежде всего на основе данных, которые передал Никита Старчук. Дергачев плохо разбирался в тонкостях бизнес-схем, но понял главное: «АвиаАльянс» затевает какую-то крупную и очень хитрую аферу, где козырь — аэропорт. А основной исполнитель — генеральный директор Валерий Леонидович Огородов.
— Деньги любят тишину… А денежные аферы еще и густой туман… И совсем не любят громкие скандалы у всех на виду… — задумчиво произнес Купревич.
— В данном случае это не совсем так. В данном случае это чистая психология. Уверяю вас, — сказал Казик.
  
ГЛАВА 31
 
— Мы задержали Ларису Николаевну Мальцеву.
Полковник Купревич внимательно посмотрел на генерального директора Огородова, но тот весьма натренированно выдержал взгляд. Только чуть приподнял брови в знак не слишком волнующего удивления.
— А кто это?
— Киллер, которую вы наняли для безадресного убийства в аэропорту и вполне адресного убийства Ольги Валерьевны Егоровой.
— Чушь какая! — На лице Огородова отразилось не, казалось бы вполне естественное, возмущение, а брезгливость. — Я не могу это воспринимать серьезно.
— Напрасно, — вполне миролюбиво сказал Купревич. — Мальцева оказалась достаточно разумной. Ей вполне хватило результатов анализа крови, которую она совершенно случайно оставила на сумке Егоровой, видео в аэропорту, на котором с помощью специальной программы удалось все же восстановить ее загримированную внешность, а самое главное — ее поймали на месте преступления, когда она пыталась подложить взрывчатку в кровать Егоровой. На этом фоне попытка отравить сок в квартире Егоровой, что, признаюсь, доказать будет сложно, — всего лишь дополнительная деталь. В общем, Мальцева подписала признательные показания.
— Вы поймали преступницу. Но при чем здесь я?! — на сей раз возвысил голос Огородов.
— При том, что она пошла на сделку со следствием. Конечно, лучше быть убийцей-одиночкой, нежели наемным киллером, однако Мальцева явно не захотела, чтобы мы копались в ее прежней жизни, поняла, что это выйдет дороже, нежели дать показания на вас. Тем более, что мы ей весьма внятно показали связь с вами.
Связь с ним… Вообще-то она началась весьма благородно. Просто однажды Валерий Леонидович не прошел на улице мимо старика, у которого прихватило сердце, вызвал «скорую», позвонил его внучке — в общем, поступил как приличный человек. А спустя некоторое время оклемавшийся старик, которого звали Иннокентием Сергеевичем, и его внучка Лариса зазвали Огородова в гости. Благодарили, даже денег предлагали, обещали при надобности оказать максимальную помощь, однако он вновь повел себя как приличный человек — благодарность принял, от денег отказался, а на обещанную помощь отреагировал вежливым, но равнодушным «спасибо». Чем они могли пригодиться? Да ничем.
Уже на улице его нагнала Лариса. Спросила:
— Вы, Валерий Леонидович, наверняка решили, будто мой дед — обычный старик, а я — обычная девица?
Огородов что-то невнятное пробормотал — дабы опять-таки выглядеть приличным человеком.
— Мой дед в девяностых годах был, как говорится, широко известен в узких кругах. В криминальных, — уточнила Лариса. — Он решал проблемы… Только были решалы мелкие, средние и крупные. Так вот дед был из о-о-очень крупных. При этом дед никогда не сидел и даже не привлекался. Высший пилотаж!
— И вы мне вот так открыто об этом рассказываете?! — изумился и даже несколько испугался Огородов.
— А чем я рискую? — усмехнулась девушка. — Вы в полицию пойдете? С чем?
— Да никуда я не собираюсь идти… Просто не ожидал… Даже растерялся, — признался он.
Лариса удовлетворенно кивнула.
— Дед от всяких дел давно отошел. Возраст… да и сердце… Но я — при делах. — Она помолчала и добавила: — Причем я специализируюсь на радикальном решении вопросов. — Вновь помолчала и спросила: — Вы меня поняли?
Огородов понял. Настолько ясно и конкретно, что аж в голове полыхнуло. С такими людьми он никогда не сталкивался, о них (причем без имен и фамилий) он только слышал, когда сообщалось о каком-то явно заказном убийстве.
  
— Очень хорошо, что вы меня поняли, — улыбнулась Лариса. — Вы спасли моего деда, у меня, кроме деда, никого нет, он меня вырастил, поэтому… В общем, всякое может случиться… Обращайтесь.
И они расстались. Валерий Леонидович думал — навсегда. Подобное знакомство его отнюдь не прельщало. Необходимость в услугах Ларисы представлялась из области фантастики, причем с элементами триллера.
И вот случилось…
Да, повезло, что дядя жены порекомендовал его новым владельцам Губернского аэропорта. Но он заслужил должность генерального директора! Собственными стараниями заслужил! В какой-то момент Валерий Леонидович, что называется, воспарил, однако довольно быстро сам себя опустил на землю. Если мощный «АвиаАльянс» поставил на аэропорт человека не из своей структуры, а со стороны, значит, на то есть свои резоны. И свои требования. Эти требования были озвучены. В них не было ничего, выходящего за рамки, кроме одного, но именно оно и было главным.
В течение ближайших месяцев предстояло реализовать крупную финансовую сделку под инвестиционный проект, связанный с модернизацией аэропорта. Участников проекта должен был, конечно, определить тендер, однако кто не знает, как проводится большинство тендеров? Задачка с заранее известным ответом. Под этот проект аэропорту предстояло взять большой кредит. Реализация проекта планировалась на пять лет, кредит можно было брать частями, под конкретные этапы (и банки охотно бы давали, с учетом хороших экономических показателей авиапредприятия), но его нужно было получить сразу и в полном объеме. Под это предлагался залог в виде большого участка земли.
В девяностых годах, когда аэропорт полностью принадлежал государству, землю зарезервировали с учетом перспективы строительства второй взлетно-посадочной полосы. До строительства дело так и не дошло, но в процессе приватизации земля стала собственностью аэропорта, до недавнего времени оставаясь главным образом государственной собственностью, а вот теперь, после продажи, — полностью перешла «АвиаАльянсу». В принципе этот участок напоминал чемодан без ручки: примыкающий непосредственно к аэропорту, он был малоперспективен для жилищного или коммерческого строительства (слишком много ограничений, да и кому нужно обитать в непосредственной близости от аэродрома?), однако же находился в черте города и потому не был лишен определенных перспектив.
Конечно, напрямую Огородову никто ничего не говорил. Но понять дали вполне ясно: кредитные деньги предстояло направить на счета ряда фирм-исполнителей, а уж куда и кому эти деньги уйдут потом, Валерия Леонидовича не должно волновать. Юридически все будет оформлено, как полагается, даже самые строгие законники ни в чем не смогут обвинить генерального директора. И пусть ищут, через какие каналы эти деньги утекли в мировой финансовый океан. Огородов не знал, но вполне себе представлял, насколько придуманная схема разветвлена и многослойна.
А что он лично получал взамен? Отнюдь не мало. Во-первых, премию, которая позволяла купить в Москве весьма приличную квартиру в весьма приличном месте. Это было особо актуально в связи с намерением сына поступать в столичный вуз. Во-вторых, обещание года через два получить высокую должность в головном офисе «АвиаАльянса». Так что со своими кредитными заботами аэропорт разбирался бы уже без него.
Но!..Возникла проблема, и ее надо было решать радикально.
Он полетел к себе домой — на выходные, повидаться с семьей. Вполне благовидный предлог. На самом деле ему нужна была Лариса.
Разумеется, он не объяснял ей причину, да она и не спрашивала. Лишь уточнила:
— Значит, я просто должна кого-то убить в аэропорту? Неважно кого?
— Только не старика, не женщину и не ребенка.