Райская лагуна (ЛП)

— Эмм… спасибо? — Я пожала плечами, потому что на самом деле не была уверена, что все это связано с моей попыткой выполнить свою часть сделки, которую я заключила с ним, но если это убережет мою голову от плахи, то я не собиралась ничего отрицать.
— Так что теперь мне нужно, чтобы ты уладила это безобразие с Фоксом. Я никогда не видел, чтобы этот парень выглядел таким подавленным, как в последнее время, и мне нужно, чтобы он снова вернулся в строй. Прекрати все эти бессмысленные разговоры о том, что он уходит из банды, и пусть его угрюмая задница наконец начнет улыбаться, ладно?
  
— Я не уверена, что он хочет иметь со мной что-то общее сейчас, — призналась я, потому что то, чего он ожидал от меня, казалось мне крайне маловероятным. Фокс никогда не сможет смириться с тем, что у меня было с остальными моими мальчиками, и я была в полной растерянности относительно того, как мне снова заставить его улыбаться, когда я была той самой причиной его страданий.
— Ерунда. — Лютер протянул руку, чтобы взъерошить мне волосы, и хотя это было чертовски странно, это было также своего рода… приятно? У меня никогда по-настоящему не было кого-то напоминающего родителя, и, хотя я была почти уверена, что он не поддержал бы мое решение начать называть его папочкой, я должна была признать, что мне не было неприятно, когда он проявлял признаки гордости за меня. Наверное, мне следовало подумать о том, чтобы обратиться к психологу по поводу этой печальной маленькой потребности во мне, но сейчас я собиралась довольствоваться тем, что ухмылялась, как самодовольная стерва, пока мой псевдо-папа-главарь банды-убийца трепал мне волосы, и не думать об этом слишком сильно. — Ты разберешься. Я верю в тебя, дикая кошка.
— Я постараюсь, — сказала я, пожав плечами, чувствуя на себе взгляды Чейза и Джей-Джея, когда Лютер ухмыльнулся, и я снова поднесла стакан с виски к губам. — Ну и что теперь? Я свободна или мы напьемся хлам и станцем на этой стойке бара вместе?
— Дикая кошка, если ты думаешь, что сможешь напоить меня настолько, чтобы я станцевал на баре, то, во что бы то ни стало, попробуй. Но когда ты потеряешь сознание на полу и тебя придется нести обратно в постель пьяной в стельку, не приходи ко мне плакаться о своем похмелье.
— Оооо, так вот значит как? — Спросила я, хватая бутылку и наполняя его бокал до краев. — Ну, давай, здоровяк, потому что я хочу увидеть, как ты будешь трясти своей татуированной задницей на этом баре до обеда.
— Договорились. — Лютер чокнулся своим бокалом о мой, и я ухмыльнулась ему, когда мы посмотрели друг другу в глаза и пригубили наши напитки.
Была ли вероятность того, что я проиграю эту игру? Что ж, учитывая тот факт, что он был по меньшей мере вдвое крупнее меня только по мускулатуре и, казалось, был искренне удивлен перспективой того, что я пытаюсь выиграть это состязание, — я бы сказала да. Но стала бы я рисковать тем, что меня вырвет и я рухну на пол ради ничтожного шанса увидеть, как он танцует для меня на барной стойке? Определенно да. Так что игра началась, детка.
Я зашагал за Фоксом, следуя за ним на некотором расстоянии, когда он вылетел через главный выход и направился в сторону пляжа.
Мои люди шагнули вперед, чтобы задержать его, и он ударил одного из них кулаком по лицу только для того, чтобы оказаться под прицелом нескольких автоматных стволов.
— Пропустите его, — прогремел я, и «Проклятые» на мгновение посмотрели на меня в замешательстве, прежде чем выполнить мой приказ.
Фокс даже не оглянулся на меня, направляясь по дорожке к воротам, и я жестом приказал своим людям открыть их, продолжая преследовать его. Почему я последовал за ним, было загадкой для нас обоих, но, когда он выбрался на пляж с напряжением в плечах, я понял, что собираюсь сделать.
Я бросился бежать, сбил ублюдка с ног и повалил его на песок.
— Что за… — он начал рычать, затем выругался, когда я ударил его кулаком в почку.
Он перекатился, сбрасывая меня с себя, и замахнулся кулаком, который врезался мне в грудь и отбросил меня назад.
Я снова бросился на него, ударившись лбом о его лоб, когда он рухнул на спину под моим весом.
— В чем твоя проблема?! — крикнул он, толкая меня достаточно сильно, чтобы я потерял равновесие на нем, прежде чем получил сокрушительный удар по ребрам, и я упал на спину рядом с ним.
Он вскочил на ноги, к нему прилип песок, а глаза были полны каких-то необузданных эмоций.
— Чего ты хочешь? — Рявкнул Фокс. — Ты хочешь мою плоть? Потому что вот, возьми ее. Мне уже похуй. — Он раскинул руки, предлагая себя мне, и это немного выбило из колеи.
— Ой, остынь, мальчик Фокси. — Я заставил себя подняться на ноги, вытряхивая песок из волос. — Ты хозяин своей судьбы. Если ты будешь пытаться контролировать мир достаточно долго, он в конце концов вырвется на свободу и укусит тебя за задницу. Это твое возмездие, и ты не можешь его переварить, потому что никто не вмешивается в божественные планы великого Фокса Арлекина. Даже вселенная.
— В первой части ты прав. — Он пожал плечами, и я был немного раздражен тем, каким равнодушным он казался, когда я нажимал на его кнопки. Как будто его кнопки больше ни к чему не были подключены. И, черт возьми, это было невесело. — Но во второй части ты всегда ошибался. Я не считаю себя великим. Причина, по которой я делал то, что делал, в том, что я думал, что защищаю близких мне людей.
— Ха, и посмотри, к чему это нас всех привело, — поддразнил я, ища искру ярости в его глазах, которую мне нравилось разжигать в нем. Но в них не было искры, было лишь мрачное принятие.
— Я знаю, — сказал он, глядя на «Игровую Площадку Грешников» через водную гладь, и в его глазах отразился океан сожаления. — Я все испортил.
Грустный, жалкий маленький Фокси был не так забавен, как Фокси с палкой в заднице. Что с ним такое? Где был пещерный человек-собственник, который пытался украсть мою женщину? Где был парень, который пытался перевернуть весь Коув вверх дном, чтобы найти ее, в то время как я украл ее и сделал своей прямо у него под носом? Где был мой заклятый враг, с которым я любил играть в злодея?
Так, блядь, не пойдет. Я хотел, чтобы он плакал из-за того, что Роуг вернулась в нашу семью, а его оставили за бортом, где он заслуживал быть, потому что он был козлом.
— Да, это так, — согласился я. — Ты потерял всех своих парней и Роуг. Теперь они мои. И ты не получишь их обратно. — Борись со мной за них.
Он кивнул, не сводя глаз с Сансет-Коув, как будто мог видеть все свои ошибки, ползущие по улицам и свирепо смотрящие на него в ответ. — Я думаю, так и должно быть.
— Что? — Выпалил я, толкая его руку. — Ты просто отказываешься от них? Позволишь мне, черт возьми, победить?
— Дело не в победе или поражении. — Он повернулся ко мне, и его глаза сверкнули, но не той борьбой, которой я от него хотел. — Дело в том, чтобы они были счастливы. Речь идет о том, чтобы у них была жизнь, в которой нет места боли, тоске и потерям.
— Так ты отказываешься от нее? — спросил я, понизив тон, когда осознал всю тяжесть того, что он на самом деле сказал. С него хватит. И, возможно, это убивало его изнутри, но он все равно принял это решение, потому что считал, что так будет лучше. На секунду я вспомнил мальчика, с которым рос, и как он всегда ставил всех нас на первое место, и подумал, действительно ли это то, что он пытался сделать все эти годы. Даже если это превращало его в огромного кретина.
  
— Да, — подтвердил он, даже не моргнув, в его глазах не было и намека на ложь. — И ты мне не нравишься, Рик, но она прямо сказала мне, что хочет, чтобы вы все снова были рядом с ней, а я не вписываюсь в этот сценарий.
— Ты мог бы, — слова вырвались у меня прежде, чем я осознал, что произнес их. Какого хрена? Нет, он не мог.
Он нахмурился, изучая выражение моего лица, и я обнаружил, что не забираю свои слова обратно, а вместо этого мои зубы сомкнулись на языке. Это было то, чего я хотел? Чтобы мой брат был частью этого? Конечно, блядь, нет.