Райская лагуна (ЛП)

Джейк продолжал жевать желешки, наблюдая за происходящим широко раскрытыми глазами, явно не собираясь вмешиваться и помогать Рози, а поскольку вещи Роуг его не интересовали, я оставил его в покое.
Дворняга перестал гадить и сел, глядя на нас снизу вверх, а я толкнул Рози на землю, ее правое колено полностью погрузилось в собачье дерьмо, заставив ее дико всхлипнуть.
— Скажи это, — прорычал я, мои пальцы дернулись в поисках пистолета, когда я погрузился в самую темную реку насилия внутри себя. Это была доброта. Она понятия не имела, насколько я был близок к тому, чтобы достать свой пистолет из грузовика и вышибить ей мозги вместе со всеми, кто прикасался к одежде Роуг. У меня был чертовски дерьмовый день, и я нуждался в отдушине, которая принесла бы мне хоть какое-то облегчение.
  
— П-прости, — выдавила Рози.
— Громче! — Рявкнул я, осознав, что теперь у стоянки трейлеров собралась изрядная толпа, и среди них были девушки из клуба Джей-Джея.
— ПРОСТИ! — Рози плакала, впадая в истерику, когда Дворняга с призрением смотрел на нее. Клянусь, этот пес был таким же психопатом, как и я.
Из толпы донеслось хихиканье, но один мой резкий взгляд заставил их замолчать. Я разыскал Джо и обнаружил, что он собирает одежду, которую продавал, и складывает ее в пару пакетов.
— Вот, возьми их, — сказал он, протягивая их мне дрожащими руками.
Я провел языком по зубам, забирая их у него и добавляя трусики, которые держал в руке, в пакет.
— Ее трейлер теперь собственность «Арлекинов», — процедил я сквозь зубы, не зная, зачем я это делаю, просто уверенный, что не мог позволить какому-то другому мудаку заявить права собственности на него. — Если кто-нибудь прикоснется к нему или любому предмету в нем, я разберусь с тобой, Джо, — предупредил я, и он кивнул, вытирая пот со лба.
— К-конечно, — выдавил он.
Я повернулся к нему спиной, чувствуя на себе взгляды со всех сторон. Я выбил желешки из рук Джейка и разноцветные конфеты разлетелись по сторонам, прежде чем перейти дорогу и свистнуть Дворняге, чтобы тот следовал за мной.
Я положил вещи Роуг в кузов грузовика, сел в кабину и рванул в направлении дома.
Какое-то холодное оцепенение овладело мной к тому времени, когда я вернулся в «Дом-Арлекинов», и я слишком долго сидел в грузовике после того, как заглушил двигатель, уставившись в никуда, ничего не чувствуя.
Я почувствовал пустоту дома надо мной и понял, что это место никогда не было для меня домом. Домом были мои друзья. Домом был Джей-Джей, готовящий «маргариту» и танцующий по кухне, как будто он был в середине шоу, домом был Чейз, который тренировался во внутреннем дворике под рок-музыку и поднимал тяжести, пытаясь побороть свой личный рекорд. Но ничто так не напоминало о доме, как прошлое. Место, где у меня все еще был мой брат, место, где Роуг была целой, место, где она любила меня, даже если это была не та любовь, которую я всегда желал от нее. Может быть, это было больше, чем я когда-либо заслуживал.
Я резко проснулась от ощущения руки, сомкнувшейся на моем горле, и крик попытался вырваться из моих легких, прежде чем пальцы сжались и оборвали звук на корню.
— Вот оно, — промурлыкал Шон, его голубые глаза возбужденно загорелись, когда он навис надо мной, его вес упал на меня, и он уселся мне на грудь, не обращая внимания на то, как я дергалась в его руках.
Я попыталась откинуться на подушки, и когда это ничего не изменило, я ударила его кулаками в бока и попыталась вцепиться в его руки, чтобы оторвать его от себя.
— Шшш, — прошипел Шон, игнорируя каждую мою попытку освободиться от него. — Ты хочешь, чтобы я отпустил тебя, тогда тебе придется перестать сопротивляться, сладенькая. Прими это. Дай мне полный контроль над твоей судьбой, и, может быть, я снова позволю тебе дышать.
Мое сердце билось, как птица, запертая в слишком тесной клетке, а легкие горели невероятным огнем, когда потребность в кислороде переполнила меня. Я снова была в его власти, как и в первый раз, когда он сделал это. Когда он хотел убить меня, и только какой-то странный поворот судьбы сохранил мне жизнь против его воли.
Внутри моей головы я кричала. Но когда мой полный паники взгляд остановился на жаре в его глазах, и я почувствовала, как его переполняет возбуждение, я поняла, что он не остановится, пока я не сделаю так, как он хочет.
Дрожь пробежала по позвоночнику, мышцы напряглись, и я заставила себя отпустить его. Я закрыла глаза и подумала о своих мальчиках, каким-то образом найдя в себе силы позволить своим рукам упасть на кровать по обе стороны от меня.
— Смотри на меня, сладенькая, — прорычал Шон, ни на йоту не ослабляя хватки.
Я не хотела смотреть на него. Я не хотела, чтобы он был последним, кого я увижу, если это не было просто игрой. Но я знала, что у меня не было выбора, если я хотела получить хоть какой-то шанс победить его, поэтому я заставила свои глаза распахнуться и увидела, как жестокая улыбка расплылась по его лицу.
— Хорошая девочка, — прорычал он, крепко держа меня еще одну долгую секунду, прежде чем отпустить и откинуться назад.
Я сделала глубокий вдох, мгновенно начиная кашлять, когда он перенес свой вес на мою грудь, из-за чего мне стало труднее набрать в легкие весь необходимый воздух.
— Может быть, для тебя все-таки есть надежда, — промурлыкал Шон, отодвигаясь еще немного назад и глядя на меня сверху вниз.
Я спала в шелковистой черной пижаме-тедди, которую дала мне Мия, и взгляд Шона упал на мои сиськи, которые грозили вот-вот вылезти наружу, его руки скользнули вниз, чтобы грубо нащупать их через ткань, прежде чем он потянул достаточно сильно, чтобы освободить их. От отвращения у меня скрутило живот и к горлу подступила желчь.
— Разве не лучше быть хорошей? — тихо спросил он, не сводя глаз с моей груди, хотя больше не делал попыток прикоснуться к моей обнаженной плоти. — Может быть, твоя маленькая встреча со смертью побудила тебя сделать меня еще счастливее…
Усмешка тронула мои губы, и, прежде чем я смогла остановить себя, я плюнула в него, комок слюны попал ему в лицо и скатился по щеке.
Шон на мгновение удивленно уставился на меня сверху вниз, а затем разразился диким смехом и протянул руку, чтобы вытереть слюну со щеки.
Я отпрянула, когда он потянулся ко мне, размазывая слюну по ложбинке между моими сиськами, а затем крепко схватил левую и впился пальцами в кожу, пока в моем горле не зародился крик боли. Но я не дала ему вырваться, уставившись на него и ожидая, что он сделает еще хуже. Я не могла одолеть его в таком состоянии. Я не могла сделать ни черта, но если он хотел получить удовольствие от своей власти надо мной, то я не собиралась давать ему патроны в виде своего страха. Он не получит его от меня. Никогда больше.
— Не могу дождаться, когда смогу погасить этот огонь в твоих глазах, сладенькая, — прошипел он, наклоняясь ближе и говоря прямо мне в ухо, так что табачно-мускусный аромат его кожи захлестнул меня и попытался вернуть обратно в мое прошлое.
Однако я боролась с воспоминаниями, отказываясь позволить ему заставить меня снова влезть в шкуру девушки, которой я была для него тогда. Потому что я почувствовала вкус жизни, которая стала намного слаще с тех пор, как он оставил меня умирать в той яме. Жизни, которая, как я думала, была украдена у меня навсегда. И даже если я согласилась на такое существование в качестве платы за их защиту от этого чудовища, у меня на языке все равно остался привкус той жизни, и это была горячая, страстная одержимость, которую такой мужчина, как Шон Маккензи, никогда не смог бы понять или сравниться с ней.
  
Шон отстранился от меня и встал рядом с небольшой кроватью, которую он спустил в подвал, чтобы я могла на ней спать. Мисс Мейбл хотела, чтобы я присоединилась к ней в ее комнатах, но я отказалась, зная, что этот ублюдок придет за мной, и не желая, чтобы она была рядом, когда он это сделает. Кроме того, в этом подвале я находилась в компании агонии Чейза, и была как дома, принимая свои собственные страдания.