Райская лагуна (ЛП)

— А теперь послушай, — сказал я с сигаретой в зубах, когда он сел в моей тени, свирепо глядя на меня. — Ты хочешь лучшей жизни, сиди здесь и будь хорошим мальчиком. Ты хочешь сбежать и снова жить уличной жизнью? Вперед. А если ты хочешь остаться со мной — и, давай будем честны, я думаю, ты предпочел бы есть дерьмо на улице, — то я буду ждать тебя в своем грузовике. Решай сам.
  
— Эм, сэр? — женский голос заставил меня вскинуть голову, и я обнаружил ее стоящей в дверях приюта. — Хотите, я заберу его?
— Не прикасайся к нему. Он примет решение сам, — твердо сказал я, и ее глаза забегали влево-вправо, как будто она искала полицию, которой стоит прийти и забрать психа — то есть меня. — Не прикасайся к нему, — снова предупредил я, отступая, а Дворняга сердито посмотрел мне вслед.
Я вернулся в свой грузовик, протянул руку и открыл пассажирскую дверцу для него, если он захочет подойти. Я докурил сигарету, ожидая, когда он пошевелится, и мы оба уставились друг на друга, в то время как девушка позади него парила, как неуклюжая бабочка.
— Значит, ты остаешься там? — Я окликнул его. — Это твое решение?
Дворняга развернулся, быстро помочившись на дверь убежища и заставив женщину увернуться с линии огня, прежде чем спуститься на тротуар и важно зашагать по нему, тряся передо мной задницей. Он ведет себя так же, как и у Роуг. Вела. Черт.
Значит, уличный пес.
Я потянулся через сиденья, захлопывая пассажирскую дверь с треском, который эхом отозвался в моей душе. Почему было так тяжело его отпускать?
Я завел грузовик, заставляя себя позволить ему уйти, но затем нахмурился, заметив, что он возвращается с чем-то во рту.
— Какого хрена… — Пробормотал я, когда он, не торопясь, направился обратно ко мне, прежде чем выйти на дорогу и сесть перед моим грузовиком.
Я толкнул дверцу, вышел и обогнул машину, чтобы посмотреть, что у него есть. Я присел на корточки, протягивая за этим руку, и он уронил то, что там было, мне на ладонь. Я поморщился, обнаружив высохшую, разлагающуюся лягушку, а Дворняга залаял, как будто смеялся надо мной, прежде чем убежать.
— Фу. Ты маленький ублюдок. — Я отбросил эту мерзкую хрень и, обернувшись, обнаружил, что он смотрит на меня с водительского сиденья моего грузовика, положив лапы на руль. Он продолжал лаять, явно позабавленный этим трюком, и я прошагал, чтобы вытереть руку о траву, сердито бормоча что-то себе под нос.
— Значит, ты остаешься, не так ли? — Спросил я, наполовину осознавая, что за мной все еще наблюдает женщина в дверях приюта, которая, должно быть, сейчас очень беспокоилась о моем психическом благополучии.
Дворняга отпрыгнул в сторону, когда я забрался в грузовик, затем снова нырнул ко мне на колени и высунул голову в окно, закрыв глаза и принюхиваясь к ветерку.
— Похоже, я застрял с тобой, да? — Пробормотал я, не в силах сдержать улыбку, почесывая ему уши, а он притворился, что не замечает моего внимания. Моя улыбка погасла так же быстро, как я ускорился в направлении нижнего квартала, и все мои мысли обратились к девушке, которая оставила нас. К девушке, по которой мое сердце будет вечно тосковать, теперь, когда она снова ушла. К девушке, которая разбила меня сильнее, чем корабль, разбившийся вдребезги об острые скалы. И я, разбитый, буду лежать в ее водах до скончания времен.
Я выбрал длинный путь домой, бесцельно проезжая по переулкам и улицам, и воспоминания о давно потерянной жизни эхом отдавались во мне на каждой из них. Я видел прошлое так, словно оно было как-то ближе сегодня, и тосковал по нему так, как не тосковал уже очень давно. Я бы все отдал, чтобы вернуться в те дни, пока наш драгоценный мир не был уничтожен. Спрятаться там, в убежище своей юности, и переживать ее снова и снова, не старея ни на один год. Но я догадывался, что это бессмысленная надежда, которой место в Неверленде. Я так старался удержать их всех, сохранить те немногие фрагменты, которые остались от того времени, зажав их в кулаке. Но, возможно, судьба все это время говорила мне, что я должен отпустить их.
Завернув за угол, я понял, что еду по покрытой граффити улице, ведущей к «Парку Отбросов», и мой взгляд зацепился за владельца парка Джо Маккриви. Он стоял за пределами парка, перед ним был накрыт стол, а на нем разложена одежда. Эту одежду я узнал бы в любом мире, в любой жизни. Рози была там с Джейком, сучка натягивала ярко-розовый топ на свои сиськи и спрашивала мнение своего друга, пока он вертел в руке пакетик с желешками.
— Роуг, — это слово с трудом вырвалось у меня сквозь зубы, и я резко крутанул руль, въезжая на бордюр через дорогу от них, поскольку не видел ничего, кроме красной бури, затуманивающей мое зрение.
Дворняга рявкнул в окно на Джо, как будто он тоже был зол на этого мудака, и парень посмотрел на нас в замешательстве. Но хуже, чем попытка Джо быстро подзаработать на одежде, которая не принадлежала ему, был тот факт, что Картер Дженсон был там, просматривая ассортимент нижнего белья в деревянной коробке.
Я распахнул дверь, и Дворняга выскочил наружу, а я устремился за ним, переходя дорогу, даже не взглянув по сторонам, и гудок клаксона сообщил, что я вышел на встречную полосу движения. Дворняга уже перебежал дорогу, прыгнул на Картера и вцепился ему в лодыжку, но, пытаясь стряхнуть собаку, он, казалось, все еще не осознавал подстерегающей его сзади опасности.
Кровь отхлынула от лица Джо, и он провел рукой по своим жирным черным волосам. — Послушайте секунду, м-мистер Арлекин, она не заплатила за аренду, и это делает все, что находится в этом трейлере, моим. Кроме того, она теперь девушка Шона Маккензи, не так ли? Значит, она пошла против вас и…
Я схватился за стол и с рычанием перевернул его, разбрасывая повсюду одежду, а Картер завизжал, как девчонка, пытаясь убежать. Я схватил его сзади за рубашку, разворачивая к себе, и мой взгляд упал на трусики с Зеленым Могучим Рейнджером в его руках.
Нет. О, черт возьми, нет.
Я знал, что Роуг предала меня. Я знал, что она ушла в объятия человека, которого я презирал, человека, который стрелял в моего отца, который убивал хороших людей. Но что-то в том, что я видел ее одежду, разложенную для стервятников вроде Картера, не давало мне покоя. Эти вещи, эта одежда. Они принадлежали ей. А не ему.
Мой кулак врезался в челюсть Картера, с сильным стуком опрокинув его на спину, когда он ударился о тротуар. Он попытался отбросить трусики с ЗМР (Прим. Зеленый Могучий Рейнджер) Роуг, но они запутались у него в пальцах, поэтому я наступил ботинком ему на запястье, заставив его завизжать, как свинью, прежде чем я наклонился и выхватил их у него из рук.
Крик позади меня заставил меня резко обернуться, и я увидел, что Дворняга кусает ноги Рози и вцепляется когтями в ее кроссовки. Хороший мальчик.
— Он бешенный! — завопила она, а Джейк уставился на творящийся вокруг хаос, небрежно засовывая в рот желешки вместо того, чтобы помочь ей. — Джейк, убей его! Убей его! — Она пнула Дворнягу, который отскочил в сторону, и я оставил Картера на земле, держа в поле зрения новую добычу, когда она чуть не попала собаке в морду.
Ярость горела в моих венах, как кислота, и мои кулаки сжались от желания ударить эту сучку и заставить замолчать ее визгливый голос. Но каким бы заманчивым это ни было, ударить беззащитную женщину по лицу казалось немного излишним — даже если эта женщина почти регулярно трепала мне нервы.
Я выхватил у нее из рук кроп-топ и ткнул пальцем ей в лицо. — Если ты еще раз попытаешься пнуть мою собаку или попросишь своего друга-долбоеба, поедающего желешки, убить его, я закопаю тебя в землю, Рози Морган, — прошипел я, и она замолчала, ее нижняя губа задрожала, а из глаз потекли слезы. — Ты, блядь, меня понимаешь?
  
— Д-да, — пробормотала она, и я бросил взгляд через ее плечо, заметив Дворнягу, который срал на тротуар прямо за ней.
— Тогда извинись перед ним. На коленях. Прямо сейчас. — Я схватил ее за плечи, на большой скорости развернув так, что она испуганно вскрикнула.