Бескрайний архипелаг. Книга II (СИ)

И в тот же миг из дома с паническими криками выбежала троица, присматривавшая за Максом. Внезапно строение содрогнулось, изнутри донёсся нечеловеческий рёв, похожий на крик динозавра из старых фильмов. Раздался сухой треск — и крыша разлетелась в щепки.
Наружу вырвался кровавый демон. Всё тело Макса, кроме головы, покрывала пульсирующая багровая масса, из которой хаотично тянулись живые отростки. Он не касался земли — щупальца молниеносно впивались в почву, перемещая его вперёд.
  
Когда демон устремился к выжившим, Фелиция потеряла сознание.
— Его глаза, — прохрипел Густаво и сглотнул слюну. — Они светятся так же, как и у тварей снаружи!
Демон замер перед людьми, давая возможность рассмотреть себя во всей жуткой красе. На лице Макса застыла зловещая улыбка. В следующее мгновение он оказался за спиной Яниса. Щупальце молниеносно хлестнуло по его ступням. Арестант лишился опоры, рухнул на землю и сильно ударился головой.
— Стой! Макс! Прекрати! — порывисто прокричал Густаво.
— Это уже не Макс… — с холодом в голосе сказал Эстебан и направил пистоль на демона.
БАБАХ!
Ловкий отросток поймал пулю в опасной близости от головы, а после смял её и отшвырнул к ногам вояки. На землю упала скрюченная свинцовая жилка.
Между Янисом и демоном внезапно появился Такеши.
— У-у. У, — якудза мычал и умоляющими жестами просил не убивать арестанта, но мстительная сущность была непреклонна.
Кровавый демон оттолкнул Такеши и занёс хлыст для смертельного удара. Лицо Яниса скривилось в отчаянии и обиде.
 Глава 3 
В последний момент что-то надломилось в жутком существе. Его голова задрожала с такой неистовой силой, что превратилась в размытое пятно. На долю секунды глаза демона просветлели, человеческое проступило сквозь чудовищное. На лице Макса застыла гримаса ужаса.
КР-Р-РАХ!
Западные ворота разлетелись в щепки, треск заглушил даже боевые крики. Дакханы хлынули внутрь сплошным потоком. Эти твари выглядели как нечто среднее между птицами и людьми. Их тела, покрытые жёсткими белыми перьями, лоснились от пота, а мускулы перекатывались под кожей, словно змеи. Крыльев у них не было. Эволюция лишила их возможности летать, но дала нечто большее — крупный размер и силу. Дакханы чем-то напоминали персонажей из детских «Утиных историй», которые годами жрали стероиды и прошли через адскую гормональную терапию. Только вот взгляд у тварей был отнюдь не мультяшный — хищный и сосредоточенный.
Ростом они были под два метра. Массивные ладони сжимали примитивное, но эффективное оружие ближнего боя. Топоры, дубины, ножи — всё одноручное, грубого качества. Ржавчина покрывала лезвия, но это не делало врагов менее смертоносными.
Монстры ворвались в лагерь, напирая друг на друга, точно обезумевшие. Не атака — стихийное бедствие, рассчитанное захлестнуть уцелевших.
Кровавый демон встряхнул головой. Зловещая сущность вновь обрела контроль над телом, отправив разум Макса куда-то глубоко внутрь, на задворки подсознания.
Демон жадно вдохнул и ощутил волну первобытной ярости, исходящую от приближающихся дакханов. Их кровь звала, манила. Он слышал эту пульсацию — сотни сердец, бьющихся в унисон.
Мастер крови бросился им навстречу, взмыл вверх и завис на высоте пяти метров.
ЧВАК!
По лагерю пронёсся хлюпающий звук прокалываемой плотью почвы. Три мощных отростка вонзились в землю, образовав живую треногу и крепко зафиксировав тело. Остальные щупальца превратились в орудия смерти.
Удар — и грудная клетка первого дакхана разорвана. Взмах — и второй падает со сплющенной головой. Третий, четвёртый, пятый…
Щупальца молнией рассекали воздух, оставляя за собой багровые всплески. Они вонзались в грудь пернатых воинов с хирургической точностью — прямо в сердце. Но не отступали сразу. Несколько секунд каждый отросток оставался внутри жертвы, набухая и выкачивая кровь.
Крики дакханов заполнили пространство. Не боевые кличи, а вопли ужаса и боли. Десять щупалец работали в унисон, превращая вражескую атаку в бессмысленный мясной штурм. Трупы громоздились, образуя вал из белых перьев, окрашенных алым.
С каждой каплей поглощённой крови демон менялся. Его тело набухало, увеличивалось в размерах. Плоть колыхалась, перестраивалась. Новые отростки прорывались сквозь кожу, удлиняясь и твердея. Кровь врагов превращалась в броню и покрывала тело Макса плотным слоем.
ХРУСТЬ!
Южные ворота не выдержали напора второй волны дакханов. Эстебан увидел прорыв. Его уверенный голос прорезал хаос битвы:
— Сомкнуть ряды! Перекрыть проход!
Выжившие среагировали мгновенно и сдвинулись, образуя живую стену из щитов и клинков. Люди против утконосых монстров. Отчаяние против численного превосходства.
Две толпы столкнулись с оглушительным грохотом. Началась настоящая битва.
Кровавый демон жаждал больше крови, а вместе с ней и силы. Но поток пернатых у западных ворот внезапно иссяк. Враги благоразумно обходили это направление и стекались в два других.
Демон выдернул свои опорные отростки из земли. Почва неохотно отпустила их, разбрызгивая грязь и сукровицу. Освободившись, он рванулся прочь из лагеря с нечеловеческой скоростью.
Теперь, напитавшись кровью поверженных врагов, демон превратился в машину уничтожения. Его тело пульсировало, переливаясь багровыми оттенками — от тёмно-бордового до ярко-алого. Прямо на бегу он сметал дакханов одного за другим, и звуки смерти сопровождали каждое его движение.
Третьи ворота не выдержали натиска и надломились. В образовавшийся проём хлынули многочисленные враги.
— Мы в ловушке! — прохрипел Густаво, панически озираясь.
Защитники медленно пятились. Они бросали короткие, полные тревоги взгляды через плечо, ожидая скорого удара в тыл.
Эстебан, с рассечённой бровью и кровью, заливающей левый глаз, выкрикивал команды напряжённым голосом:
— Держать строй! Держать, чёрт возьми!
Тем временем демон крови прокладывал путь через полчища дакханов. За ним тянулась широкая полоса истерзанных тел, похожая на след от гигантской косы, прошедшейся по полю пшеницы.
Внезапно демон замер и принюхался. Его внимание привлекло нечто, находящееся в отдалении от основной битвы. Чутьё подсказало ему: вот настоящий противник.
В джунглях, в паре сотен шагов от побоища, возвышалась исполинская фигура. Вожак дакханов — громадина высотой с фонарный столб. Он безмолвно наблюдал за полем битвы, скрестив руки на груди. В отличие от своих соплеменников, босс не был вооружён традиционным оружием, но в этом не было необходимости. На концах его четырёхпалых рук красовались когти — изогнутые, жёлтые от времени, длиной с кинжал. Это страшное оружие могло без труда пробить насквозь медведя одним небрежным движением.
Ярко-красные глаза вожака встретились с пылающим взором демона. В этом взгляде не было страха, только расчётливое ожидание. Его белые перья, в отличие от рядовых воинов, имели красноватый отлив на концах. Это был некий символ власти или, возможно, след от крови прошлых жертв.
Воздух между двумя чудовищами наэлектризовался от проскочившей между ними взаимной агрессии. Демон издал низкий гортанный звук — нечто среднее между рычанием и шипением. Вожак дакханов медленно расправил плечи и выпрямился во весь свой угрожающий рост, готовясь к неизбежной схватке.
Демон сорвался с места и увернулся от удара гигантской лапы. Нырнул под могучие ноги главаря и, как паук, взобрался ему на спину. Щупальца вонзились во врага, пробивая плоть, впиваясь в мышцы и высасывая горячую кровь.
  
Исполин взревел. Его тело содрогалось от судорог, а массивные лапы нелепо метались, пытаясь сорвать паразита. Ладонь шарила по плечу, скользила к пояснице, но гипертрофированная мускулатура не позволяла достигнуть места между лопаток. Демон был вне досягаемости.
Чудовищный утконос забился в агонии, жутко крякая. Мощные лапы дрожали, клюв клацал в бессильной ярости. Наконец, колени подломились, тело рухнуло на землю. В этот миг всё изменилось.