Давайте поиграем, папа-босс! (СИ)

— Дед М-мороз, — заикается рядом со мной девчонка. Хочет мне что-то сказать, но замолкает, когда я вывожу её в свет. Не одному мне краснеть же! У меня вон халат еле-еле на пояске держится. Сейчас пресс напрягу — пояс этот просто слетит. — Ты чего такое творишь?
Что, не нравится всеобщее внимание?
Осматриваю гостей, подмечая, что мужская часть зала такому представлению только рада. Сразу же оживляются, а отцы-одиночки, взмахнув хохолками на головах, выпятили грудь вперёд.
Ну ты б ещё кошелек с картами достал. Или пачку показал.
А, я поторопился.
Он вон уже в бумажник лезет, показывает золотую карту.
Дебил.
Не этим брать надо, не этим.
Но мужская часть оживилась.
Плебеи.
На детском-то празднике!
Хотя я сам взбудоражен. И возбуждён. Благо халат всё прикрывает. Отойти не могу, а мне ещё какой-то мелкий говорит:
— Дядь, у тебя болода накладная.
Ты смотри, какой смышлёный!
— Нет, просто лишай стригущий. Вот борода и отходит. Не бойся, не заразно.
Вряд ли он вообще знает, что это такое, поэтому говорю ерунду. Праздник детям портить не хочется.
— От старости появляется, — утешаю его вдогонку предыдущим словам. Чтобы не расстраивался и знал — ему до такого далеко.
Но я перестарался. Его глаза от ужаса расширяются. Он делает шаг назад. В голубых глазах слёзы появляются.
— Не хочу стареть!
Началось!
— Дед, ну ты чего? — снова пихает меня Варенька. — Хватит шутить! Лучше давай садись и слушай ребятишек! Уверена, они подготовилась к твоей встрече. Так ведь, ребята?
Слышу восторженные крики.
Осматриваю толпу счастливых детей. По каждому прохожу, ищу свою феечку. И пока все радуются — она угрюмо стоит в конце. В белых колготочках, таком же белом платье с розовыми украшениями. В руках волшебная палочка, а за спиной сделанные на заказ крылья. На голове красивая причёска и корона. Или не она. Называется как-то стрёмно на букву «д».
Принцесса моя.
Правда, недовольная.
Стоит, скрестив руки на груди. Осматривает меня с ног до головы, хмурится, надувая губки.
Узнала папку?
— А подалки? — выдаёт мне моё чадо с вызовом. Нагло так, будто она здесь босс, а я так. — Покажи товал, потом солиентилуемся. Мы тебе не наивная лебятня. Ничего делать просто так не будем.
Гордость за неё берёт.
Моя девочка.
Хочется похвалить её, сказать, что она молодец, раз так просто не ведётся на всю эту фигню, но… Она что, папку родного не узнала?
Коза маленькая.
Ладно-ладно, мы с ней дома поговорим.
— Точно! Подарки! — кричит рядом Снегурка. — Совсем про них забыли. Дедушка, пошли заберём их!
Маленькая девчонка тянет меня за руку. Сам делаю шаг в сторону под панику воспитательницы:
— Но подарки не по плану…
Показываю ей, что всё о’кей.
Нет, как раз-таки всё так.
Я убью эту Вареньку, оставшись с ней наедине. Точнее, нет. У нас будет пара минут, во время которых я хочу спустить пар. Боюсь, если этого не сделаю — кошмар случится.
Она мне как раз должна. Ничего не случится, если мы отлучимся на несколько минут.
А пока выходим в коридор. Снегурка, светящая трусами, забегает в комнату. Бежит к мешку. Но добежать не успевает — хватаю её за тонкое запястье и собираюсь проучить.
— А?
Одним движением дёргаю на себя. Та испуганно поворачивается, не удерживается на ногах и летит прямо в мои объятия. Хватаю её, вжимая в своё тело.
Мелкое тельце снова упирается в мой торс. Чёр-р-рт.
— Вы совсем с ума сошли? То бред несёте при детях, то…
Да. И в этот раз подхватываю её за бёдра, отрывая от пола и вжимая в стену. Слышу её стон, срывающийся с пухлых губ.
— Эй-эй! Дедушка, а вы в курсе, что Снегурочка ваша внучка? Вы чего творите?!
— В курсе, — усмехаюсь, подаюсь вперёд, едва не касаясь её губ.
Хочу.
Но сдерживаюсь.
Рассматриваю её миловидное лицо. Овальное, с щёчками. Пухлыми губами, аккуратным и вздёрнутым носиком. И голубыми глазами с тёмными и пушистыми ресницами. Хоть и обычная, но есть в ней что-то.
Например, острый язычок, который идёт в разрез с её нежным именем.
 
Варенька.
Но нет. Она — самый настоящий вареник с вишней. Кислая внутри, красивая снаружи.
Хм, а может, и нет.
Подаюсь вперёд, чтобы распробовать. Надо же показать девчонке, что не надо злить больших дядек.
Варя 
В первую очередь слышу треск ткани.
Во вторую — как борода слетает с лица и падает на пол.
И только потом понимаю, что… Требовательно, неудержимо он нападает на мои губы, словно хочет лишить воздуха, убить.
Мужчина будто одичалый накидывается меня, прижимая к стене. Поправляю глупое платье, пока горячее тело Марата греет своим теплом.
Но я быстро про всё забываю, когда ловлю себя на странной мысли.
Мне… Нравится. Да, очень.
Только воздуха не хватает.
А ещё не понимаю, что делать.
Волна чувств захватывает. На каких-то инстинктах отвечаю, хотя и вовсе не умею целоваться.
Невольно обвиваю его мощную шею руками и не знаю, как остановиться.
В голове пустота, в животе рой бабочек.
Сердце громко бьётся о рёбра, пока чувствую это необычное наступление.
У меня впервые всё это.
И поцелуй, и… близость с мужчиной. Когда между нами нет и миллиметра. Тела вплотную. Чувства на излом.
Слышу властное рычание, жесткие ладони на теле.
И мычу ему прямо в губы от боли.
Она-то и приводит меня в чувства, и я нехотя отстраняюсь, не понимая, что со мной.
Внизу живота приятно ноет, ноги отказывают. Пальцы трясутся. Губы подрагивают, как и ресницы, которыми хлопаю, недоумевая.
Крыша едет.
Всего секунда — и Марат накидывается снова.
Но в этот раз как бы мне ни было приятно — я отталкиваю его и кричу:
— Ты что, с ума сошёл? Решил детям праздник испортить? Надо подарки нести, ты, кусок тестостерона!
Сама не понимаю, что говорю. У меня мозг кипит, щёки горят.
Мой первый поцелуй.
И такой… Крышесносный. Необычный. Взрослый.
Но я не его сейчас хотела!
— Вообще хоть понимаешь, что происходит?
Пытаюсь освободиться, что прекрасно и делаю.
Марат, словно отойдя от наваждения, берёт себя в руки. Ищет по сторонам мешок, оборачиваясь ко мне спиной.
Вот чёрт…
Поднимаю ладонь, касаюсь порванной ткани.
— Ты в качалку меньше ходи, — выдыхаю разочарованно. — Может, на тебя будет одежда налезать хотя бы, а?
— А ну хор-рош, — рычит. Явно не в духе. Я даже дёргаюсь. — Давай юбку свою одёргивай и беги детей развлекай. Я сейчас приду.
— А ты?
Он поворачивается ко мне боком, усмехается.
— Буду делать детям праздник. Нормальный. Раз уж им достались перекачанный Дед Мороз и Снегурочка лёгкого поведения.
Лёгкого поведения??
Я открываю рот, чтобы ему многое высказать, но он хлопает меня по спине и подгоняет.
Плечо жжёт от его ладошки.
А я злюсь!
— Иди давай.
Понимаю, что да. Ещё чуть-чуть — и праздник испортится. Поэтому как можно быстрее иду обратно в зал, надеясь сгладить косяки этого мужчины.
  
Глава 4 
 
Марат 
Звоню другу с просьбой. Он креативщик-затейник. Даю задание, сжатые сроки.
Немного как раз остываю, пытаясь снять нахлынувшее возбуждение.
Твою мать.
Не могу успокоиться.
Хожу из стороны в сторону.
Думаю о дедах в чулках.
Надеюсь, что это как-то прогонит возбуждение, но ни черта подобного! За место деда — Варенька появляется! Причём — только в одни-их… Тьфу.
Я вроде у любовницы был три дня назад, мне хватило, но Варя…
Всколыхнуло то, что не надо.
Я же теперь, кхм, напряжён.
И успокоиться не могу.
А там дети.
Сижу в комнате минут пять. Успеваю сделать несколько дел по бизнесу. Созваниваюсь с другом — он придумал шикарную идею, как исправить этот вечер, и уже едет её воплощать в жизнь.