Шепот о тебе (ЛП)

— Я уже двигаюсь дальше. Холт не оставил мне выбора. И уж точно не дал шанса что-то прояснить, когда исчез, оставив лишь убогое письмо. Так что извини, если я не горю желанием вспоминать, как он разнес мне сердце в тот момент, когда я нуждалась в нем больше всего.
Я резко повернулась к экрану.
— Рен…
— Я работаю. А у тебя пропавшие туристы.
Джуд помолчал.
— Ладно.
  
Я услышала, как он ушел, каждый шаг ввинчивал глубже вину внутри. Джуд не заслуживал моей злости. Он, Крис и семья Хартли всегда были рядом. И бабушка.
Перед глазами всплыло ее лицо. Как она вытаскивала меня из постели на длинные прогулки, когда я хотела просто исчезнуть под одеялом. Она не отступала. И я потихоньку начала подниматься. Но это не отменяло того, что я жила, словно половина себя. Потому что жизнь, которую я хотела больше всего, — ту, что считала своей, — у меня забрали.
— Обрезала бедняге крылья, — заметил Эйбел, не отрываясь от монитора.
— Знаю.
— Все равно тебе придется с ним столкнуться. И Джуд в одном прав. Пора двигаться дальше.
Я прикусила щеку, чтобы не огрызнуться:
— Я уже двигаюсь дальше. У меня есть друзья. Любимая работа. Идеальный дом.
— А с кем жизнь делить?
— Я встречаюсь. Просто не встретила того самого.
Мое тело само отвергало эту мысль. Я твердили себе раз за разом, что это лишь потому, что слишком долго строила жизнь с Холтом. Но говорила: когда появится правильный человек, все изменится.
Эйбел развернулся ко мне, приподняв бровь:
— Ты отбрасываешь каждого, кто хоть как-то проявляет интерес. А тех, кто мог бы подойти, — вообще в упор не видишь.
— О чем ты?
— Я хоть и старый, но не слепой. Я вижу, как Клинт всегда зовет тебя на покер и на пиво после работы.
Я напряглась.
— Клинт сорвется на мне, как только поймет, что я никогда не откажусь от этой работы.
— А Крис? Любой слепой заметит, как он на тебя смотрит.
Я резко развернулась в кресле:
— Крис — друг. Как и Лоусон, Джуд и Нэш. Можно иметь друзей-мужчин, Эйбел. Ты же никогда ко мне не клеился.
Он хмыкнул:
— Будь я лет на несколько моложе — закрутил бы тебе голову.
Тепло разлилось внутри, чуть отгоняя напряжение от этого разговора:
— Проклятье моего времени рождения.
Улыбка сошла с его лица, и наступила тишина.
— Тебе стоит с ним поговорить…
Зазвонил телефон, и я поспешно схватила трубку. Да я бы за оголенный провод ухватилась, лишь бы вырваться из разговора с Эйбелом.
— Полиция, пожарная и скорая помощь Сидар-Ридж. В чем ваша чрезвычайная ситуация?
— Р-Рен?
В голосе девушки-подростка дрожали слезы, и я выпрямилась, глянув на экран, чтобы проверить, кто звонит.
— Что случилось, Джейн?
— Кто-то здесь. Пытается попасть в дом.
Лед прокатился по жилам, сердце забилось быстрее. Я сосредоточилась на дыхании. Вдох на два счета. Выдох на два.
— Ты дома?
— Да.
— Есть кто-то еще?
— Нет. Мама на работе, папа на смене. Сегодня у нас день без занятий в школе.
Дейл Клеммонс был пожарным. Он бы с ума сошел, услышав, каким испуганным голосом говорит его дочка.
— Я снова слышу, — прошептала Джейн. — Как будто когтями по двери.
Я нахмурилась и вызвала карту на экран. Дом семьи Клеммонс был недалеко от участка Мэрион Симпсон.
— Джейн, подожди. Я отправлю к тебе офицеров.
Переключилась на радио:
— Сообщение 10-62 по адресу 27 Маунтин-Вью-Уэй. Девушка, шестнадцать лет, дома одна. Джейн Клеммонс.
Эмбер ответила меньше чем через секунду:
— Андерсон и Рэймонд уже едут. Держи ее на линии и докладывай обстановку.
— Принято. И предупредите — в округе медведь, которого подкармливала Мэрион Симпсон. Возможно, это он.
— Поняла.
Я вернулась на линию:
— Джейн, офицеры уже в пути. Есть сообщения о медведе поблизости, так что, возможно, дело только в нем.
Роан увел зверя поглубже в лес, когда тот был под транквилизатором, но медведи всегда возвращаются туда, где находили еду.
Джейн выдохнула смешок:
— Подружки меня замучают, если узнают, что я вызвала 911 из-за медведя.
Я улыбнулась:
— Зато будет что рассказать.
Раздался звон разбитого стекла, и улыбка сползла с лица.
— Джейн, что происходит?
— Я… я не думаю, что это медведь.
— Скажи, где ты и что видишь, слышишь.
Ее дыхание было прерывистым:
— Я в гостиной. Кажется, он разбил стекло возле двери. Боже, Рен, он пытается войти.
— Прячься, Джейн. Найди шкаф или сундук — любое место, куда он не догадается заглянуть.
Пульс стучал в висках, в голове вспыхнули воспоминания, но я их оттолкнула, концентрируясь на настоящем. Слышала, как Джейн перемещается, и переключилась на радио:
— Разбито окно возле двери. Она думает, что он пытается войти.
Сирены уже выли, когда Эмбер вышла на связь:
— Мы в минуте пути.
Но я знала: за одну минуту можно разрушить целый мир.
— Где ты прячешься? — вернулась я на линию.
— В глубине шкафа для верхней одежды. Там есть панель, она ведет в подвал.
— Умница, Джейн.
Я быстро внесла ее местоположение в систему — Эмбер или Клинт увидят.
— Боже…
В груди похолодело:
— Что?
— Он в доме, — прошептала Джейн.
— Ты его знаешь?
— Видела только со спины. Думаю, это мужчина. В худи. Кажется, он что-то ищет.
Все вокруг замедлилось, мир сузился. Я прикусила щеку до боли, чтобы остаться здесь, а не уйти мыслями в десятилетнюю давность.
— Джейн, я отключу звук, но останусь на линии. Молчи и дыши.
Я взяла радио:
— Злоумышленник в доме. Мужчина в худи.
Эмбер выругалась, сквозь сирены:
— Мы на месте. Поймаем его.
Я слышала, как Джейн судорожно дышит, и слушала радио, пока офицеры прочесывали дом.
— Черт, убегает через задний двор. Преследую, — отрезал Клинт.
Раздались шаги.
— Я к Джейн, — сказала Эмбер.
Я выровняла голос, возвращаясь к линии:
— Джейн, он убежал через задний двор. Эмбер уже идет к тебе.
Стук в дверь шкафа.
— Ты уверена, что это она?
— Джейн, это Эмбер. Я открою дверь. Думаешь, сможешь вылезти?
В трубке послышались слезы:
— С-смогу.
Послышалось шарканье, потом приглушенный вздох Эмбер:
— Все в порядке, Джейн. Я с тобой.
Девочка заплакала еще сильнее.
Эйбел жестом показал мне:
— Скажи Джейн, что отец уже едет.
— Слышала? Твой папа уже в пути.
Сквозь всхлипы едва разобрала:
— Спасибо.
— Я с ней. Можешь отключаться, Рен, — сказала Эмбер.
Палец завис над кнопкой сброса, будто я не могла поверить, что с Джейн все будет хорошо.
Эйбел сам потянулся и нажал, выводя меня из оцепенения. В его взгляде читалась тревога:
— Ты в порядке?
Я кивнула и рывком поднялась, сдернув гарнитуру.
— Возьму свои десять минут.
— Рен…
Но я уже шла. Все вокруг размывалось, пока я пробиралась меж столов, жадно ища глоток горного воздуха и спасение от ощущения, что стены смыкаются надо мной.
Легкие горели, а в голове вихрем кружились лица, искаженные ненавистью. В ушах звенели насмешки и звуки разрушения и жгучая, раскаленная боль в груди.
Я вырвалась на улицу, распахнув двери и влетев на тротуар… и врезалась в высокую, широкоплечую фигуру. Чьи-то руки обхватили меня, удерживая от падения. Это было не то тело, что я помнила, и даже не те руки. Они были другими, не такими, как много лет назад.
Это был запах — хвоя с теплой пряной нотой и чем-то еще, чему я так и не смогла дать имя, но что для меня всегда значило Холт. Запах, который всегда казался домом.

  
  
9
 
Холт
Не должно было быть так хорошо держать Рен в объятиях, особенно когда я чувствовал, как волны паники исходят от нее.