Отражение: другой 2007 (СИ)

— Ты у нас автолюбитель, да? — прозвучало откуда-то с неба. Поднял голову. На металлической конструкции над нашими головами стоял Артём. — Ночью снова поедешь кататься?
Не придумал, что ему ответить. Не было сил ни отшучиваться, ни хамить.
Из-за спины Артёма выглянула Инга.
— Ох, Лёха, а тачку-то выбрал какую… Маришку решил впечатлить?
Услышав вычурно-ласкательное «Маришка», Марина болезненно скривилась. Тут у них явно какая-то драма.
  
Вместе с двумя неразговорчивыми парнями перетаскал ящики в местную столовую.
— Душ — в общаге, это здание слева. Тебе подготовили койку в вагоне внутри того цеха, — указал Костя.
Горячей воды в душе не было. Под ледяными струями кое-как смыл с себя засохшую кровь, вытерся попавшим под руку полотенцем (искренне надеялся, что его специально приготовили для меня). До цеха не дошёл — по дороге увидел «свой» БМВ, через багажник забрался на разложенный пол, закрыл за собой крышку и тут же вырубился.
Проснулся — и вздрогнул от удивления. Вместо грязного панорамного стекла БМВ над головой находился потолок моей квартиры. По-прежнему не доверяя глазам, потрепал себя за щеку. Я дома, дома! Что это вообще было? Я что, ударился головой? Вскочил с кровати.
Так, сначала надо накормить кота Трикотажа. Остальное обдумаем потом. Насыпал корм в серебристую миску. Кот добродушно потерся о ноги и принялся уплетать лакомство. И вдруг кто-то начал стучать в окно. Но я на седьмом живу… Что происходит?
Проснулся — уже по-настоящему. В тонированное стекло «бумера» и правда стучали. Думаю, что мое выражение лица можно было охарактеризовать как «недовольная мина» или даже «противная рожа». Где-то в глубине души теплилась надежда, что реально проснусь дома, а Отражение развеется как дым. К величайшему разочарованию, надежду пришлось затушить. Я в мире, где девицы студенческого возраста без всякого стеснения наматывают на руку чужие кишки. Встряхнулся и открыл дверь.
— Старина, будь другом, — заискивающе улыбался Игорь. — Расскажи, где ты взял сигареты?
— Так в магазине взял. Видимо, охры ночью привезли, — с невинным видом сообщил я.
Игорь посмотрел на меня безумными глазами Голлума, у которого отбирают кольцо.
— Свистишь! Нету их в магазине! Давно нет! Рассказывай давай! Или тебя снова мороком накрыть, головастик?
— Девчонки, вы о чем там? — послышался голос Инги.
Она приближалась к машине в компании Кости и ещё нескольких ребят.
— Вопрос Игоря, впрочем, знаю. Но ты не ему одному, а всем расскажи. Где ты нахрен достал вот это? — Инга подняла над головой пакет «Марианна».
Потёр глаза и озадаченно посмотрел на ребят, которые окружили меня полукольцом.
— Вы же сказали — захвати сигарет. Ну я и захватил.
— Он до сих пор не знает, — с досадой процедил Игорь. — Надо было молча забрать…
— Сигареты — идеальный эквивалент обмена. По сути, это местные деньги, — сообщил Костя. — И ты принёс с собой целое состояние.
Вывалился из багажника и быстро распрямился. Сон как рукой сняло.
— Но почему именно сигареты?
— Ночами охранники привозят в магазины все, что душе угодно — от туалетной бумаги до красной икры. А сигареты — не привозят, — объяснила Инга. — Курение оказывает влияние, о котором Минздрав не предупреждал: меняет структуру твоих навыков.
— За сигареты можно купить другие предметы, которые просто так не найдёшь: огнестрел, боеприпасы, любое холодное оружие серьёзней кухонного ножа, — добавил Костя.
— Так где ты это взял? — Инга снова потрясла полосатым пакетом, возвращая разговор на прежнюю траекторию.
— В магазине, — невозмутимо ответил я.
— Лёх, мы много раз были в этом магазине, и ничего подобного не увидели, — нахмурилась Инга.
— Но мне нечего больше сказать. Это правда.
Игорь пробормотал что-то себе под нос и угрожающе приблизился.
— Стоп! — махнула на него Инга и с прищуром посмотрела на меня. — Если не хочет рассказывать — его право. Но первую находку Лёха с нами разделит. Предлагаю пойти на Винзавод, купить ему достойное оружие… и немного накатить.
Ну конечно, едва у меня появились деньги — все тут же предлагают идеи, как их потратить.
— Что за Винзавод? — уточнил я.
— Буферная зона. Место, где исторически запрещены любые столкновения, — раскрыл Костя. — Там продаются редкие штуки, там проводятся переговоры между отражёнными разных групп. А ещё там наливают отличные коктейли.
— Разных групп? То есть черныши туда тоже приходят?
— Приходят, покупают оружие, из которого будут нас убивать, и пьют за столиком напротив, — с искренним возмущением произнёс Игорь. — Ещё не хватало с ними обниматься при встрече. И по плечу похлопывать.
— Лёх, затеять драку на Винзаводе — даже хуже, чем завести машину ночью, — улыбнулась Инга. — Ты будешь изгнан из всех общин вроде нашей. Выживай сам, как хочешь.
На мгновение задумался.
— Хорошо, на Винзаводе драться нельзя. А если дождаться на выходе?
— Черныши так и делают, — вздохнул Костя. — Ведь это не отдельное здание, а целый квартал, ограждённый и укреплённый. Так вот они частенько устраивают засады на подступах.
— Остальное расскажем по дороге! — замахала рукой Инга. — Пошли, пошли!
— Или поехали? — спросил я, хлопнув по капоту новообретенного автомобиля.
— Оставь свою передвижную ночлежку на базе, никто ее не угонит, — хихикнула Инга. — Тём, ты идешь?
Столб, который стоял поодаль с совершенно непроницаемым лицом, отрицательно покачал головой.
— Ладно, — пожала плечами Инга. — Эту надо позвать… Маришку. Она же сопричастна к находке, как-никак.
— А где она вообще? — поднял брови Костя.
— Вышла за ворота полчаса назад, — улыбнулся Игорь. — Наверное, побежала искать нычку головастика.
И вот этот человек будет пить коктейль за мой счет?
— Есть идея, — сказал, повернувшись к Игорю. — Давай ты будешь называть меня по имени?
Тот помолчал, окинул меня оценивающим взглядом и пробубнил:
— Как скажешь. Алёша.
Костя проводил на склад, помог подобрать спецовку и ботинки. Свои старые вещи, покрытые толстой коркой засохшей крови, оставил в машине. Теперь это не только ночлежка, но и кладовка.
Выдвинулись через пятнадцать минут. Любителей выпить за чужой счет набралось человек десять. Разделились на группы по двое-трое, пошли на дистанции в сотню метров. У магазина встретили Марину, с ног до головы покрытую мукой, пылью и паутиной.
— Ты отсюда этот пакет вынес! Я точно видела! — с детской обидой в глазах бурчала дредастая.
— А ты не пытайся Лёху обворовать. У него там схрон. Потайная дверца, а за ней сейф с кодовым замком, — ерничала Инга, как будто сама знала расположение тайника усатой продавщицы.
Марина не удостоила Ингу взглядом, но на базу не пошла, а пристроилась в хвост нашей процессии.
У меня впервые появилось время рассмотреть этот город. Этот — потому что он не был похож на мой родной город (хотя, вне всяких сомнений, им и являлся).
Дело не в том, что на месте привычных бизнес-центров громоздились полуразрушенные заводы, а билборды рекомендовали покупать рингтоны и монохромные картинки. Не в эпохе.
И даже не в том, что обычно оживленные улицы были пусты, а стерильную тишину нарушал только вороний грай. Не в безлюдье.
Идеально постриженные газоны. Деревья, стволы которых побелены под линеечку. Автомобили, припаркованные ровно по разметке, как будто кто-то расставлял их сверху. Вместе с тем — окна жилых домов, покрытые пылью снаружи и изнутри. Балконы и крыши с проросшими кустами.
— Это декорация, — промямлил я.
— Такие темы нужно обсуждать за коктейлем, — Костя похлопал меня по плечу. — Напомни об этом наблюдении на Винзаводе. Продолжим разговор с этого места.
  
Миновали гараж, на воротах которого оранжевой краской был выведен текст: «Четыре с половиной колеса». Так вот с чего начинался автоцентр Евгеньича! Эх, предупредить бы его, что не выйду на работу в понедельник. «Застрял в зеркале» — уважительная причина для отпуска без содержания?