От ненависти до любви — один шаг (СИ)

— Я тоже боюсь этого. Всего через две недели после свадьбы Вы уйдете, и… — омега не осмелился договорить и опустился на королевские бедра, садясь удобнее, не отстраняясь от объятий.
— Черт, — выдохнул мужчина, закрыв глаза и закусив губу.
«Он думает о более важных вещах, чем я… Не привычно мне отказывать самому себе в удовольствиях».
— Что такое? — взволнованно спросил Энстоун, услышав, как тот выругался и чуть отстранился, и ягодицами только сильнее надавил на его пах. — В-вы что-то плохое скрываете? — спросил будущий король взволнованно, заправив прядь длинных волос за ушко.
  
— Нет, не скрываю, — ответил альфа и приподнялся, мягко уложив омегу рядышком.
«А он сексуален и не осознает этого. Интересно, он хоть немного хочет меня? Представлял хотя бы раз, как я его беру?»
Омега послушно лег и улыбнулся, обнимая альфу за шею, не выпуская его из объятий, и уткнулся в плечо.
— Я не смог померить платье, — прошептал тихо блондин, прикрывая глаза.
— Это из-за страха и переполняющих тебя чувств? Нужно было померить его сегодня. Вдруг там что-то не так… — Эван приподнялся, посмотрев в серые глаза, немного нахмурившись.
— Да. Из-за этого. Простите меня. Я завтра же надену его… — сказал юноша, видя, как альфа хмурится, и сразу же решил, что завтра сделает все, что нужно, ведь Лиссбет явно недоволен был этим промедлением. — И-извините.
— Да, завтра обязательно надень его, прям утром, — почти скомандовал кареглазый, а потом смягчился. — Я не злюсь, просто ты не должен был игнорировать примерку платья, дорогой мой.
— Да, извините. Я понял, — кивнул Милтон, уткнувшись носом и губками в королевское плечо, приоткрыв глаза. — Как проснусь, я сразу же надену, но Вам видеть нельзя… Традиции такие, — и улыбнулся.
— Хах, да, конечно, — властитель Биргита кивнул и приподнялся, чтобы омежка уткнулся в его грудь. — Все, пора спать, Милтон.
Утром Эван снова покинул омегу, уходя уже по делам, связанным именно со свадьбой, а не с королевством.
Как и обещал, проснувшись, Энстоун сонный пошел в свою комнату, потягиваясь и зевая, потирая сонные глазки. Белоснежное платье так и лежало на кровати нетронутым, и Милтон вздохнул, подходя к нему и примеряя его. Платье сидело идеально, красиво, пышно, как и полагается для жениха короля.
— Господи. Уже завтра…
Мужчина пришел к омеге вечером, постучавшись в дверь. Когда омежка ему открыл, он зашел к нему и взял за руку, ведя в столовую, где были всякие вкусности. За ужином все было спокойно, они много разговаривали и немного смеялись, да и еда была вкусной, потому пара расслабилась, и Эван даже разрешил блондину выпить немного вина. После этого они пришли в комнату Лиссбета, где альфа несколько минут нежно целовал жениха, что сидел у него на коленях. Милтон уже был не против поцелуев.
«Завтра мы станем супругами перед богом», — думал Эван, обнимая будущего супруга, который все сильнее привлекал его. Он уже понимал, что влюбляется, если уже не влюбился.
«Я сомневаюсь, что течка начнется прямо завтра…» — подумалось во время поцелуя Энстоуну, и он сжимал пальцами темные волосы альфы, вдыхая его еловый запах, и внизу живота вновь приятно тянуло.
Альфа закусил губку дорогого человека, не желая оставлять его одного.
«Он не пахнет, как омеги перед течкой. Но я возьму его все равно. Надеюсь, за эти две недели она начнется, иначе, я оставлю своего возбужденного малыша с первой течкой одного. Не представляю, что может быть хуже. Только если… Моя смерть».
Энстоун горячо выдохнул от укуса и приоткрыл глаза.
— Господин… Я не чувствую течки, — прошептал он, делясь своими переживаниями.
— Я знаю. Я тоже не ощущаю ее приближение в твоем запахе, — вздохнул король, встретившись со взглядом серых глаз своим. — Не волнуйся так, — и приподнялся, целуя жениха нежно в шею, пытаясь успокоить.
Милтон нервно сглотнул, наслаждаясь от прикосновений в шею, понимая, что это очень нежная, почти эрогенная, зона.
— Тогда… Мха-а… Не будет брачной ночи? — горячо выдохнул блондин, слегка учащенно дыша от ласк.
— Будет, — изрёк король Эван серьёзно и уверенно, закрывая глаза и вдыхая фиалковый запах; уже не такой слабый, ведь Милтон набрался сил, да и подходил постепенно к возрасту, когда омеги уже полностью сформированы и готовы для рождения детей.
— Ох, — Энстоун сильно покраснел от такого серьезного тона и намерений. — Х-хорошо, господин, — омега явно разволновался от этого и сглотнул, дыша чаще, прижимаясь к альфе, чувствуя и слыша, как тот вдыхает его аромат. — Господин Эван… Мне очень приятно, когда вы целуете шею…
— Скажи… Ты хотел бы это сделать и без течки? — спросил Лиссбет на ушко, нежно кусая мочку и проникая внутрь раковины языком, немного издеваясь над омежкой, ведь мужчина до этого постоянно возбуждался из-за Милтона в не подходящие моменты.
— М-мнг… Я не знаю… Господин, Вы же знаете, что я девственник. Я даже не знаю, каково это. И мне немного страшно. Ах… Но… Но ваши ласки доставляют удовольствия… Мнх, — жених слабо простонал, а бедра его слегка дернулись от немного накатывающего возбуждения.
— Ладно. Я понял, — ответил правитель тихо и перестал ласкать омежку, ведь то чревато последствиями.
«И все же… Он не желает меня так, как я его. Кажется, я сошел с ума… Черт, он мне безумно нравится!»
Энстоун слегка судорожно задышал, кусая губы и обнимая альфу крепко-крепко, не глядя на него и пряча красное личико.
— Вы… Кажется, Вы недовольны? — прошептал он, слыша некую печаль в его голосе.
— Ну да, есть немного, но причина кажется мне жалкой, — король поджал губы, ведь ему впервые кто-то отказывал и не отвечал взаимностью на его чувства, что пробуждались к омеге у альфы крайне редко.
— Какая причина? — спросил его блондин, отстранившись и посмотрев в тёмные глаза, коснувшись неловко пальцами его лица.
«Чем же он недоволен, когда я так таю от его ласк? Что Вам еще нужно, Эван?»
«Я недоволен потому, что ты не желаешь меня так, как я тебя. Черт, я заставлю тебя воспылать и хотеть меня, клянусь».
— Не важно, я решу ее, — брюнет погладил омегу по волосам, желая привязать его к себе невероятно приятным сексом, а потом и чувствами, ведь Лиссбет не знал, что Милтон уже привязался к мужчине.
— Хорошо, господин Эван, — прошептал ему на ушко жених, смущенно выдохнув, а потом немного поерзав на его бедрах.
«Черт, совсем забыл! Не могу у него спросить… Но он что, хочет, чтобы я был беременным? Надеюсь, что нет. Я не готов».
«Во время течки я обязан сделать его беременным. Это не только традиция, но и лучшее время для зачатия. Завтра я наверняка не сделаю этого, однако во время течки…» — Эван выдохнул, погладив супруга по светлым и шелковым волосам, зная, что тот, возможно, совершенно не готов к зачатию.
Они сидели молча, и каждый думал о своем, глядя друг другу в глаза.
«Но… Я, кажется, хочу его. Боже! Какой бред, о чём ты только думаешь, Милтон?»
— Это все так странно…
— Да, мне тоже все кажется странным и нереальным, — тихо сказал Эван и повернулся к омеге, который откинулся на кровать спиной. — Уже завтра мы будем с тобой едины перед богом, — изрёк брюнет и закрыл глаза, чувствуя, как сон одолевает его, ведь тот устал вновь.
— Да… Едины перед богом, — прошептал омега, повторив за альфой, и потянул его за руку, заставляя лечь рядом. — Ложитесь спать, господин. Я тоже хочу, — прошептал ему Энстоун, укладывая головой на свою грудь, поглаживая по волосам. Мужчина прикрыл сонные очи, чувствуя себя так спокойно рядом с омегой, что это даже пугало. Он доверял ему, хотел, влюблялся, и четко всё это ощущал. Вскоре он тихо засопел, уснув. Омега улыбнулся.
  
«Мне страшно, боже. Помоги мне пережить завтрашний день, дай мне смелости», — думал про себя Энстоун и вскоре тоже уснул до самого утра.
========== Часть 5 ==========
Утром мужчина разбудил омегу поцелуями, чего обычно не делал. Альфа погладил его по волосам, любуясь светлыми и шелковыми кончиками, думая о том, что он безумно красивый. Омега стал улыбаться сквозь сон и приоткрыл глаза, смущаясь, что они проснулись вместе, а не по отдельности, как обычно.