Любовь и Гниль: Сезон 1 (Эпизоды 7-12) (ЛП)

Серьёзно, он действительно думал, что Пожиратели дадут ему шанс покопаться в рюкзаке и найти нужные боеприпасы или оружие?
Идиот.
Когда он начал набивать свои карманы и обвешивать тело оружием, маленький кусочек моего разума перестал мыслить рационально. Я откинулась на пружинистое сиденье и разразилась проклятой тирадой, которая заставила бы меня покраснеть, если бы кто-то другой произнёс эти слова.
— Для протокола, — прошептал Кейн мне на ухо.
Я на секунду забыла, что он здесь. Всего на секунду, потому что он вновь попытался разворошить котёл с неприятностями.
— Я согласен с тобой. Это очень глупый план.
— Заткнись, Кейн! — зарычала я на него.
Я была не в настроении выслушивать его чересчур драматичную чушь. Я просто хотела, чтобы Хендрикс был в безопасности. И я не смогу это обеспечить, если он будет висеть на движущейся крыше со всеми своими пистолетами, недоступно засунутыми в рюкзак за спиной.
Я пригнулась и прошла к передней части фургона. Проходя мимо, я бросила свой бесполезный пистолет на пустое сиденье, а затем втиснулась на переднее сиденье рядом с Харрисоном и Хейли. Я схватила двумя руками воротник футболки Хендрикса, очевидно, он накинул её, пока я разговаривала с Кейном, и притянула его к себе. Я прижалась губами к его губам в яростном, но быстром поцелуе и прошептала ему в рот, когда закончила.
— Будь осторожен.
— Буду, — пообещал он более мягким голосом.
Я снова поцеловала его, мне не хотелось бросать его вот так, просто позволяя ему уйти. Я должна была быть с ним. Если с ним когда-нибудь что-нибудь случится… с любым из парней…
Но серьёзно, если бы что-то случилось с Хендриксом, миллион людей умрёт от моих голых, окровавленных рук. Гнев Риган достигнет каждого уголка Земли.
Хендрикс обвил рукой мою шею, а затем крепко сжал мой затылок ладонью.
— Ты тоже будь осторожна, — скомандовал он.
— Всегда, — ухмыльнулась я.
— Не всегда, — его взгляд вернулся к Кейну, и я съёжилась, ожидая его гневной реакции. — Мы не просто сражаемся с Пожирателями, — пророкотал он низким голосом. — Мы также боремся за то, чтобы остаться вместе, Риган. Не позволяй ему стать ненужным препятствием.
Затем он крепко поцеловал меня в лоб и отпустил. Я откинулась на спинку сиденья и прислонилась к Хейли, ошеломлённая и немного озарённая чем-то, что только Хендрикс смог зажечь во мне.
Вон принялся за отсчёт, а потом они начали операцию «Вытаскиваем Нас Живыми». Вон мог управлять окном Нельсона, поэтому, пока он опускал стекло, Нельсон начал стрелять с потрясающей точностью. Он использовал автоматическую штурмовую винтовку, которую мы нашли в одном из многочисленных оружейных магазинов, разграбленных нами в Талсе. Он нажимал на спусковой крючок, и тело за телом падали под безжалостным потоком пуль.
В то время как Пожиратели сосредоточились на свежей плоти Нельсона, висящего в окне, он продолжал снимать их. Но они наступали со всех сторон, сбитые с толку своими собратьями-нежитью, лежащими теперь неподвижно у их ног. Больные, прогорклые тела, прижатые друг к другу в схватке смерти и разложения. Они наступали на своих павших, топтали их тела, не обращая внимания на то, что куча перед ними замедляла их движение. У них была одна цель, один объект.
И всë это было для того, чтобы добраться до Нельсона.
Их ослабевающие руки тянулись к его телу, но он был слишком быстр, а его цель была очевидна. Их пристрастие к поеданию мозгов не могло соперничать с любовью, которую Нельсон испытывал к своей семье, с любовью, которую любой из этих мальчиков чувствовал к своей семье. Решимость Нельсона защитить нас перевесила отчаянное желание Пожирателей нас съесть.
Так будет всегда.
Харрисон подполз к переднему сиденью и взял штурмовую винтовку. Как только он смог прикрыть окно, Нельсон выбросил своё тело из машины и, используя спину брата в качестве подножки, прыгнул на крышу, прихватив с собой остальные пистолеты.
Мы услышали, как его тело скользнуло и переместилось по металлической машине, пока он зачищал её от Пожирателей, уже находящихся там. Крыша застонала и прогнулась под его весом, но сейчас мы не могли об этом беспокоиться. Как только последний Пожиратель упал на землю, он топнул один раз по крыше машины, и Хендрикс последовал за ним.
 
Мы с Хейли схватили друг друга за руки, сжимая их до боли. Но ничто не причиняло мне большей муки, чем боль в груди и страх перед тем, что может случиться с Хендриксом и его братом. Я чувствовала себя безумной от беспокойства, совершенно не в своём уме.
Исчезли бесцеремонные чувства, которые кипели несколькими мгновениями раньше, и на их месте возник грубый, всепоглощающий ужас, который практически ослепил меня.
Мне казалось, что я наблюдаю за всем происходящим через туннель. Моё зрение сузилось до игольного ушка, мои лёгкие, казалось, застряли в зыбучих песках, пока я изо всех сил пыталась дышать.
Две пары ног топали над нашими головами, и громкие звуки постоянно взрывающихся пуль были единственным саундтреком к кошмару, разыгрывающемуся перед нами.
Гнилостное зловоние зомби — как мёртвых, так и живых — проникало через открытое окно, удушая нас своей остротой. Кроваво-красные глаза таращились на нас со всех сторон. И пока Пожиратели истекали на нас слюной в своём отчаянном голоде, их белая, липкая слюна капала с их зазубренных, чёрных зубов и гнилых ртов на переднюю часть их рваной одежды.
Стук в окно, наконец, завершился треском стекла почти со всех сторон. Хендрикс, Нельсон и Харрисон усердно работали, отражая самые непосредственные угрозы, но как только одни Пожиратели падали, другие заменяли их. Угроза нашей жизни казалась бесконечной.
Это был конец света. Это был он. Во всей своей смертельной, ужасной славе. Это были ожившие кошмары, самые большие страхи, немыслимые опасности. Леденящая кровь ужасная угроза попытки выжить в зомби-апокалипсисе.
И одна мысль всё время крутилась у меня в голове. Что, если это не конец света? Что, если это только начало?
После двух лет страданий от бездомности, плохой гигиены и ежедневных убийств мысль о том, что именно так я проживу остаток своего унылого существования, истощила меня.
В этой жизни должно было быть что-то ещё. Я должна была поверить, что так оно и есть. Я должна была держаться за какую-то крошечную надежду на то, что мы не просто выживем в этой жизни, но и преуспеем в ней. Человечество было сильнее, чем орды нежити, желавшие нас съесть. Мы заселили примитивный мир. Мы изобрели лампочку, интернет, чёртову туалетную бумагу. Мы гуляли по Луне. Нашли лекарства от некоторых из самых смертоносных болезней. И ежедневно совершали невероятные, гуманные, щедрые поступки.
Мы не были идеальными, далеко не были. И, вероятно, столько же сколько было хороших вещей, было плохих вещей и людей. Но в какой-то степени баланс всё же существовал.
Я должна была верить, что мы снова сможем найти этот баланс.
Я должна была надеяться, что в жизни есть нечто большее, чем смерть. Большее для того, чтобы жить, а не умирать.
Слёзы разочарования защипали мне глаза, а боль в груди усилилась. Пришло время сделать больше, чем просто бороться за выживание.
Пришло время бороться за жизнь — настоящую жизнь.
Как только эти мысли достигли звенящей ясности в моём сознании, Вон крикнул в окно:
— Ложитесь! Я собираюсь начать двигаться!
Путь перед нами был слегка расчищен оружием и меткими выстрелами Харрисона, высунувшегося из окна. Теперь уже Пожиратели больше стремились добраться до него, чем окружить нас.
Нельсон и Хендрикс над нами упали на животы, во всяком случае, так послышалось, а затем продолжили стрелять залп за залпом в приближающуюся орду.
Нас окружала сотня Пожирателей, всё ещё живых. Я надеялась, что у нас хватит патронов на всех, потому что не похоже было, что мы сбежим отсюда. Их было слишком много, а нас недостаточно. Они были всевозможных размеров, форм, возраста, пола и этнической принадлежности. Как они все оказались здесь, всё ещё оставалось загадкой, если только эта смертельная ловушка не работала как способ вербовки новых членов в культ нежити.